Дикса. Второй шанс… или истинная для пятерых? - Ирайра Конири

Я ощутила, как волна злости пронеслась сквозь него, но тут же отступила, словно испугавшись. Он уткнулся носом мне в макушку и глубоко вдохнул аромат моих волос. И снова мурашки, словно электрические разряды, пробежали по всему телу.

— Я помогу тебе в их поисках, — глухо прошептал он, все так же крепко обнимая меня.

* * *

После двух дней, проведенных в спальне, сотканных из страсти, нежности и откровений, я наконец поделилась с Ричардом тайной своего происхождения. Рассказала все, как оказалась в этом мире, о жизни до Диксы. На этот раз увиливать было невозможно.

К моему удивлению, Ричард воспринял новость спокойно. Казалось, пазл в его голове сложился. Он давно мучился, пытаясь понять мое незнание здешних реалий, выстраивал самые невероятные теории. Озвучивать их, правда, не стал — наверное, побоялся моего гнева.

Когда я обмолвилась, что мой истинный живет в Дахайне и, возможно, его семья приближена к королю, Ричард решил вернуться к первоначальным планам: после проверки еще одного ресторана отправиться в Дахайн на празднование второй годовщины правления Марколея. Он взошел на трон после смерти отца, как единственный наследник. Правитель отмечал всего два праздника: день коронации — обязательное мероприятие — и праздник Шести Королевств. Несмотря на юный возраст, он был умен, хитер, строг, холоден и нагл.

— Раз твой истинный сын приближенного к королю, велика вероятность, что он будет на балу в честь годовщины правления. Он состоится через два месяца.

Все это, конечно, прекрасно, но Марко, которого знала я, никак не вязался с описанием Ричи. Зато кое-кто другой… Но это же невозможно! Наверное, они просто придумали фальшивые имена, так было бы проще. Или у них были свои мотивы? Хочется верить, что я ошибаюсь и просто накручиваю себя, хотя намеков было предостаточно: и то, как этот тип вертел Каштанчиком, и его «принцесса»…Хотя, скорее всего, я придумываю, ведь так меня еще называли Ра и близнецы.

Мы все еще лежали в кровати, в объятиях Ричарда, которые согревали меня лучше любой батареи. Решили, что он переложит свои обязанности на Вольку, а мы отправимся в Дахайн чуть раньше с целителями. Мы стали своего рода командой, и пока они не найдут свое место в жизни, предпочитали держаться вместе.

Ричард поцеловал меня в лоб, и мы решили, что пора выползать из спальни и заняться делами. Собрав свои скромные пожитки, мы сели на коней в сопровождении охраны и двинулись в сторону Дахайна.

Всю дорогу я провела с Ричардом на одном коне, плотно прижавшись к его груди. Наверное, лучшего места в этом путешествии и не придумаешь: его поглаживания, теплое дыхание, опаляющее мое ухо, и стук его громкого сердца помогали мне не погружаться в свои мысли.

Остановки делали только по необходимости или для ночлега. Спали, по возможности, в гостиницах, а если их не было, договаривались с местными за плату. И почти все наши ночевки заканчивались бурной страстью с Ричардом. Я и не подозревала, что мой муж может быть таким пылким и нежным одновременно.

Добрались мы без происшествий. Оказалось, что у Ричарда почти в каждой столице королевств есть свое жилье. Там мы и планировали провести остаток нашего «воссоединения» до бала, который должен был состояться через две недели.

Первым делом Ричи решил нас приодеть. Я доверила ему выбор одежды, ведь совершенно не знала здешней моды. В итоге я получила четырнадцать абсолютно разных платьев, а наряд для бала решили сшить на заказ.

Не скажу, что я в восторге, но нужно не выделяться. Дома я все равно буду носить то, что мне удобно.

Хуже всего дела с одеждой обстояли у Эли. Его тянуло на то, что сейчас даже старики не носят, а продавцы только и рады были сбагрить ему всякий хлам. Но Хави все же вправил ему мозги, и Эли согласился на пару приличных костюмов. Хави же без проблем выбрал достойную одежду — мода не сильно изменилась за эти пятьдесят лет.

Мне пришлось согласиться на туфли, драгоценности, шляпки, платки и сумочки. Смотря на себя во всем этом, я больше походила на косплеера, чем на прекрасную даму.

О том, что Ричард знаменит среди женщин, можно было и не говорить. Куда бы мы ни пошли, все влюбленные взгляды были обращены на него, а на меня — слегка презрительные. Но меня это не волновало. Мой истинный не может быть ни с кем, кроме истинной. От этой мысли моя голова и уверенность задирались только выше.

Однажды мы ужинали в ресторане вдвоем, пока целители где-то гуляли. К нам подошли две очень опрятные дамы. Они явно знали Ричи лично, а не понаслышке. Игнорируя мое присутствие, они начали с ним кокетничать. Эти глупые курицы, видимо, списали меня со счетов или решили, что я какое-то недоразумение. Только так можно объяснить настолько наглые попытки соблазнить мужчину при спутнице.

Но Ричи меня удивил. Он указал на меня рукой и сказал:

— Дорогие леди Лунцент и леди Малн, позвольте вам представить мою невесту, леди Хок. В скором времени у нас состоится свадьба.

Я опешила, но была горда тем, что мой мужчина сразу обозначил мою роль, даже щеки запылали.

Однако, бросив на меня короткий пренебрежительный взгляд, дамы продолжили флиртовать с Ричи. Ах да, я забыла про многоженство. Эти нахалки просто не поняли намека.

— И сразу хочу сказать, что в нашей семье будет только полиандрия, — спокойно, но строго произнес Ричи.

Наступила минутная пауза. Казалось, девушки зависли, а потом встали и ушли, не удостоив меня даже взглядом. Ну и ладно. Хотя реакция у них странная. Я как-то особо не ревновала своих мужчин. Если Струйка говорил правду о том, что «не встанет» на другую, то и переживать не стоит. Но особо наглых нужно приструнять. Смотреть можно, но трогать мое — запрещено.

Слух о семейном положении Ричарда разлетелся мгновенно. Мы только вышли на улицу после ужина, чтобы немного прогуляться, а прохожие уже поздравляли. Язык у этих леди явно хорошо подвешен.

Больше приключений не было. Дни проходили спокойно. Мы забрали мое платье для бала, подобрали к нему аксессуары. Я была полностью готова к выходу в свет. Поскольку приглашение было только для Ричи, он достал еще одно для своей невесты. Для целителей не получилось — им пришлось остаться. Но их это не огорчило, казалось, они даже