Владелец и собственность - Аннеке Джейкоб

— Я так понимаю, ты хочешь её купить, — сказал Гарид, как всегда, не выдавая мыслей.

Терин закатил глаза и развёл руками в притворном отчаянии. Гарид пролистал голограммы из каталога аукциона, на котором Мисеко приобрёл рабыню.

— Она очень красивая. Ты её видел?

— Конечно! Она была у меня — просто прелесть. Сиськи у неё… — Терин мечтательно замолчал. — Мисеко использует её как пони для прогулок по своему поместью. Есть на что посмотреть.

— Сможешь собрать деньги?

Терин с грохотом вернулся на Хент.

— Должен. Я просто должен, Гарид. Это должно получиться. У меня прилично отложено.

Гарид с минуту смотрел на него.

— Нужен кредит?

Он хорошо запомнил этот разговор. Друг отключился, выглядя счастливее, чем когда-либо. У него всё получится. Деньги, доля, всё. Гарид знал, что Терин вернёт долг. Сумма не разорила бы его, даже если бы этого не случилось. А в голову уже лезли новые идеи.

Весь вечер Гарид крепко связывал свою рабыню, заведя запястья за спину, и гонял её на поводке кругами по двору, пока не стемнело. Бегала она неплохо: ноги ровные, бёдра длинные для её роста. Он приучил её к нагрузкам и теперь с удовольствием наблюдал, как долго она может выдерживать темп. Упряжь, конечно, стесняла дыхание, но к этому нужно привыкать. Он уже мысленно конструировал другую, под свою новую задумку. Колеса с низким трением, сверхлёгкая конструкция… Он прикинул в уме. Пожалуй, она сможет тащить его, хоть он и немаленький. Придётся попотеть. А мотивировать её будет одно удовольствие.

Он щёлкнул кнутом по её ногам, напоминая поднимать колени. Она уставала. Когда она споткнулась, он заставил её сделать ещё один круг и только потом позволил остановиться. Грудь тяжело вздымалась, рот жадно хватал воздух, пытаясь справиться с кляпом — он сменил его на обычный шарик. Даже издалека он видел, как влага проступает сквозь пояс верности, смешиваясь с пылью на внутренней стороне бёдер.

На следующий день он связался с Мисеко, а ещё через день отправился к нему. Мисеко оказался мужчиной среднего для хентайца роста, крепким, широкогрудым. Прямые соломенные волосы, обветренное, но приятное лицо. Обрадованный тем, что решение его проблем близко, он с радостью представил свою рабыню — гладкую, оливковокожую, с тёмными, как речная вода, волосами и экзотическими глазами в обрамлении густых ресниц. Он запряг её и прокатил Гарида.

Тележка была рассчитана на одного, и Гарид сидел на краю, наблюдая, как женские ягодицы, обтянутые упряжью, покачиваются перед ним. Зрелище завораживало настолько, что он принял решение. Теперь, когда у него была своя рабыня, ему отчего-то не терпелось взглянуть на чужих. Полусочувственная, полунасмешливая конкуренция между владельцами всегда отталкивала его. Но, возможно, пришло время присоединиться к небольшому сообществу истинных ценителей.

— Она может бегать гораздо быстрее, когда в повозке только я, — сказал Мисеко. — Но мне хотелось, чтобы ты тоже увидел этот вид. Он мой любимый, — он ухмыльнулся. — Мы встречаемся раз в несколько недель. Тренируем рабов в упряжках, устраиваем гонки, ну и всё, что только можно вообразить. Будем рады видеть тебя. Честно говоря, мы уже давно тебя ждём.

Он улыбнулся, повернулся к своей измученной пони и хлестнул её плетью.

— Быстрее, Визай!

Мышцы её бёдер напряглись, руки в наручниках за спиной сжались, и она рванула вперёд, тщетно пытаясь увеличить скорость.

Член Гарида болезненно напрягся при виде беспомощной женщины, мечущейся между деревьями. Он глубоко вздохнул, сосредоточился и сказал:

— Я не готов делить свою женщину. И в любом случае хочу контролировать любой доступ к ней.

— О да, контроль будет за тобой, это само собой. Некоторые мужчины находят огромное удовольствие в том, чтобы предлагать своих рабынь любому желающему. Проверка владения: можешь ли ты отдать? Но другие более собственнические. Это не проблема.

— Если кто и понимает необходимость контроля, так это ваша компания, верно?

Мисеко усмехнулся.

— Это точно. Сборище законченных контролёров. Раньше у нас были проблемы с решениями: каждый хотел быть главным.

— И что случилось?

— В конце концов мы пришли к своего рода анархии, основанной на консенсусе. Никто никому не указывает, мы просто собираемся и веселимся.

— Звучит неплохо.

— Что касается женщин, то даже владельцы, которые пускают своих самок по кругу, всё равно должны давать разрешение.

— Моя рабыня будет довольно недоступна.

Гарид рассказал о поясе верности. Мисеко, уже слышавший об этом от Терина, с интересом выслушал подробности.

— Это необычно. Значит, ты вообще не позволяешь ей кончать?

— Редко. И только если она ведёт себя очень-очень хорошо. А в последнее время она была очень плохой девочкой.

Судя по упряжи, Мисеко явно не собирался отказывать своей рабыне в оргазмах. Он заставил её кончить прямо на бегу, дёргая за ремень между ног и подстёгивая плетью. В итоге она почти навалилась на ремень, вжимая его в промежность, сбилась с шага и снова побежала, дрожа всем телом.

— В ремне узелок, прямо над клитором.

Мисеко заставил её продолжать движение даже после первого оргазма, хотя Гарид думал, что она упадёт. Она явно приближалась ко второму, когда всё-таки рухнула на колени, не выдержав двойного веса. Мисеко спрыгнул, уложил её на спину и поставил ногу ей на ягодицы, фиксируя, а сам безжалостно и умело дёргал за ремень на промежности. Она издавала приглушённые стоны, закусив губу, пока второй оргазм сотрясал её тело.

— Хочешь воспользоваться ею прямо сейчас? — предложил Мисеко.

Гариду пришлось уступить хозяйское право тому, кто хотел сначала посмотреть. Он наблюдал за тем, как Визай ласкает Мисеко ртом, и подумал, что Терину повезло. А потом и сам убедился, как она хороша.

Однажды рано утром Терин и Мисеко отправились в Бюро по контролю за животными. Чтобы начать оформление передачи Визай, требовалось пройти медосмотр. Здание, как водится, оказалось труднодоступным, они чуть не опоздали, их прогоняли из кабинета в кабинет, пока они не оказались перед дверью с ободранной запиской: «Вернусь через 5 минут». Там они прождали три четверти часа.

Вернувшийся мужчина оказался дежурным ветеринаром. Он осмотрел, ощупал, просканировал и изучил Визай с большой эффективностью и тщательностью, но, как показалось Терину, ни разу на неё не посмотрел. Терин, очарованный женщинами, никак не мог привыкнуть, насколько отталкивающими они кажутся многим мужчинам.

Все разрешения были получены. Дело оставалось за Бюро регистрации прав.

— Знаешь, мы могли бы сделать это и дома, — заметил Терин. — Мы пришли лично только из-за осмотра. Никто не оформляет передачу имущества лично.

— На аукционах оформляют.

— Только не при частной продаже.

— Нам сказали, это как раз во дворе напротив, — сказал Мисеко. — Чего ждать? К тому