В поисках мамы. Майор с прицепом - Ирина Чарова

– В Центр волонтерский – становится тоньше её голос.

Ах, центр.

Точно.

Это ведь было понятно из их диалога...

Но тебе снесло башку, да, Байсаров?

– Ладно. Тогда прощаю... – шепчу, не отрывая от неё взгляда.

Теплые у неё глаза.

Зеленые. Яркие. Живые.

И вдруг снова та свербящая мысль жалит мозги.

"Не хочу..."

До боли...

"Не хочу увидеть её в черном пакете...." – оглушительно взрывает меня изнутри эмоцией.

И секса с уклоном "в похер" – тоже не хочу...

Теряя связь с мозгом, бескомпромиссно притягиваю её к себе и касаюсь нежных губ.

Пульс со всей дури долбит по вискам...

Охуенное ощущение!

И мозги уже перепрошивает от этих нежных губ, от запаха, вкуса...

– Тимур… – лепечет, пытаясь отстраниться.

Нет–нет–нет.

– Сюда иди!

Сильнее стискиваю её в своих руках, нагло углубляя поцелуй.

Детка, давай.

Ты хоть дай мне знак, что я одобрен.

Я ж не пацан!

Моя система с таким вот постоянным перегревом скоро навернётся к чертям.

И когда она робко отвечает на поцелуй, из груди моей вырывается тихий стон.

Какая же сладкая...

До невозможного просто!

Отпускать не хочется совсем, ни на секунду...

Но вжимая её в свое тело, вдруг слышу, как снова открывается дверь.

Переводя дыхание, мы вдвоем поворачиваемся ко входу в дом.

И видим, что на улицу с любопытством выглядывает Лиса в колпаке гнома.

Хлопает глазами, растерянно глядя на нас несколько мгновений...

А потом, спохватившись, хмурится, прочищая горло.

– Пивет, юбимый зайчик! – выдает манерно. – С наступающим тебя! Зайчик!

И, замолчав, смотрит с ожиданием.

– Скажи " привет, солнышко" – сбивчиво дыша, шепчет Василиса украдкой. – И что ты скучал...

Послушно повторяю.

Лиса в ответ, засияв, прыскает нервно со смеху...

И задом–задом, тихонько отходит назад, скрываясь в доме.

Дергает на себя дверь...

Всё!

Окончен разговор.

В шоке дама, явно.

Пошла переваривать....

Тихо смеемся с её реакции, снова поворачиваясь друг к другу.

– Василис? – усмехаясь, веду пальцем по нежной щеке.

– Мм?

– А тебе тоже нужно это сказать?

Мне очень нужен такой же подстрочник.

Моему отупевшему в чувствах сердцу нужны подсказки!

Оно лупит по ребрам, как бешеное...

Но переводчика, который преобразует стук в понятные слова – у меня, увы, нет.

– Не надо – качает Василиса головой.

– Почему? – шепчу, снова притягиваясь к её губам за новым поцелуем.

– Скажешь тогда, когда не захочется спрашивать...

Вспорхнув с моих колен, она убегает в дом следом за Лисой.

А я задумчиво верчу телефон в руках, глядя на вспыхивающие в небе фейерверки.

В моей картине мира любовь – это вовсе не борьба.

Это забота и ответственность.

Готов ли я взять их на себя и нажать на газ?

Готов.

А значит – я на все имею право.

Глава 32 Момент упущен

Василиса

К восьми часам я уже успеваю украсить комнату Лисы и гостиную гирляндами.

Успеваю даже приготовить авторский оливье с кукурузой!

Увы, горошка я нигде не нашла…

Ёлка наша опаздывает на два часа.

Лиса сидит на подоконнике в гостиной и ждет, когда она появится на горизонте, а Тимур ругается с продавцом по телефону.

В теле мандраж от его голоса.

Мы ведь сегодня перешли определённую грань....

Это означает, что все изменится.

И я боюсь этого, и я хочу этого...

Но совершенно не знаю, что с этим делать!

В панике запираюсь в ванной и пытаюсь подкрасить свое бледное лицо.

Мне хочется быть сегодня красивой!

Потому что Тимур шикарен по определению, а я – не дотягиваю.

Выравниваю тон, крашу нюдовую помаду, пытаюсь нарисовать стрелки...

Подводка течет, заливая весь глаз черным...

Ох...

Ужас какой!

Лисичка тарабанит в дверь.

– Мам! Ёвка! – кричит радостно. – Ёвка едет! Ёвка!

От неожиданности косметика моя валится на пол.

Так.

Ладно.

К чёрту это всё!

Быстро смываю подводку глаз, оставляя на лице только помаду.

Аккуратно открываю дверь, стараясь не задеть Лису.

– Сковей! – подпрыгивает она передо мной, как заводная игрушка. – Бежим вствечать!

– Уже приехали?

– Ага! – взахлёб – Я буду папе помогать нести! А ты смотви на Исю, какая она сивьная, вадно?

– Хорошо, солнышко.

– Поце–вуйчик! – требовательно тянется ко мне, вставая на носочки.

Господи...

Ну как можно не любить эту прелесть?

Мой маленький гномик в полосатом, красно–зеленом колпаке...

Чмокаю малышу в лоб, чувствуя, как слегка отпускает мандраж.

– Лиса! – кричит Тимур из прихожей. – Ты там идешь или нет? Я выхожу уже!

– Стой, подожди! Я бегу! – сжав ладони в кулаки, срывается с места.

Летит со всех ног в прихожую.

Когда входная дверь за ними захлопывается, подбегаю к гостиной и приоткрываю окно.

Курьер уже выгружает ёлку из машины.

Валит снег. Светят фонари.

– Оставляй, оставляй! – командует Байсаров, спускаясь с крыльца. – Сам затащу.

В зубах у него сигарета. Охотничья куртка нараспашку.

Прямо лесник.

И вот опять...

Бескомпромиссно шикарен!

Услышав, что они уже подходят ко входу, бегу открывать им дверь.

Запах хвои мгновенно расползается по прихожей, наполняя дом волшебством.

Лиса заходит первой.

С брутальным видом несет на плече верхушку ёлки, пока Тимур держит дерево за ствол, балансируя кончиком, чтобы её не придавило.

– Патрикеевна! – смеётся, подмигивая мне. – Ты давай, не халтурь мне тут! А ну–ка крепче держи.

– Да я девжу! Это ты сам квепче давай а ну–ка! – хмурясь, возмущенно взмахивает свободной рукой.

Улыбаюсь.

Ещё один брутальный лесник! Только с вайбом сказочного гномика...

А дальше, спустя пару часов, – уже хаос, суета и паника!

Топот Лисы по паркету каждые пару минут.

Бежит с дед Васей в руках то в гостиную, то в детскую, то в спальню майора.

Пытается поймать фейерверки со всех возможных сторон.

Когда