В поисках мамы. Майор с прицепом - Ирина Чарова

внутри непроизвольно сокращаются от волны возбуждения, которая бьет по телу.

И снова нахальные губы берут меня в плен.

Они медленно скользят везде.

На шее, на плечах, на груди, и снова у лица...

Язык чувственно толкается в мой рот, не оставляя никаких шансов на сопротивление.

А пальцы уже проникают внутрь...

Выгибаюсь, прикрывая от наслаждения глаза, и позволяю ему делать всё, что он захочет.

Я вдруг осознаю, что вчера виноват был не алкоголь.

Дело вовсе не в шампанском.

Просто мое тело пьянеет от его тела.

И я окончательно теряю способность сопротивляться этому бесстыдному захватчику.

Моё государство пало.

Плавая в эйфории от его ласки, неожиданно чувствую, как в меня уже упирается упругая головка.

Распахиваю глаза, рефлекторно дергаясь...

Горячо!

– Тихо–тихо – мягкий шепот у виска. – Тихо...

А внизу новое движение...

Головка уже скользит по влажным складкам, втыкаясь сильнее...

Медленно, тягуче...

Неотвратимо!

Со стоном кусаю губу, ощущая болезненно–сладкое растяжение на грани.

– Сладкая моя девочка... – Тимур грубо сжимает пальцами мои скулы. – Я ж затрахаю тебя теперь...

Прикрываю глаза.

И тело мое пронзает тысячей острых импульсов внутри.

Кажется, ему такой сценарий нравится...

А Байсаров, дразня, уже скользит снова, размазывая влагу.

И опять...

Вдавливается внутрь.

– Да–да–да... – задыхаясь от этой пытки, шепчу я.

Адекватность моя уходит к черту!

И дважды просить не нужно...

Вскрикнув, обнимаю мощные плечи, чувствуя, как он наполняет меня внутри.

Пульсирующий, раскаленный...

И слишком...

Слишком большой!

Толчок, ещё глубже...

– Ах... Стой!

Но эту просьбу он уже не слышит.

Затыкает поцелуем мои губы, толкается внутрь языком.

Плавно двигается внутри...

И шок от вторжения постепенно сменяется теплой волной удовольствия.

Она мягко наступает, поглощая с головой.

И Тимур уже начинает ритмично двигать бедрами, плавно врезаясь в меня снова и снова.

Ловит губами мое дыхание...

Его движения быстрее, резче...

Что–то с грохотом падает вниз....

Глаза мои закатываются от удовольствия...

В ушах звенит. Бедра дрожат.

На мгновение замираю, чувствуя, как неумолимо собирается напряжение в теле...

Новый толчок.

Ба–бах!

И оно уже взрывается до темных пятен перед глазами.

А я начинаю неконтролируемо содрогаться, пытаясь вырваться из мужской хватки.

Слишком интенсивно, ярко, горячо...

Боже!

Но Тимур не отпускает.

Вместо этого он спускает меня на пол и рывком вжимает в холодное зеркало на стене.

А потом, тяжело дыша за моей спиной, беспощадно врезается снова...

Глава 35 Дижестив

Тимур

Жадно смотрю на прижатую к зеркалу грудь, на приоткрытый рот...

А–р–р…

Его я хочу тоже!

Перевозбужденный, наматываю рыжие волосы на кулак, оттягиваю...

И отпускаю контроль, затрахивая её теперь так, как нужно мне.

Наращивая темп, кусаю в плечо.

Мощно вдалбливаюсь, уже не щадя.

С пошлыми шлепками наши тела встречаются снова и снова.

– А! А! А! – начинает звучать, как полагается.

Зажимаю ей рот ладонью.

– Тише ты... – возбужденно смеюсь, кусая за ушко.

И намеренно двигаю бедрами ещё быстрее, начиная вонзаться в бешеном ритме.

Ещё...

Ещё...

И снова...

Прикрыв глаза, девочка сводит брови...

Напрягается на мгновение, замирая.

И вдруг снова интенсивно сжимается внутри, пытаясь вытолкнуть меня из себя.

Ах, чёрт!

С шипением делаю ещё несколько мощных, жадных толчков на грани.

В дрожащей тесноте...

И меня оглушительно уносит следом, взрывая.

Успеваю выйти из неё в последний момент, кончая на бедро.

Зарываюсь носом в её волосы, переводя дыхание. Замираю, чувствуя, как оглушительно херачит по ребрам сердце.

Кайф какой...

Но....

Мало.

И мне хочется получить свой дижестив.

Тяну Василису за волосы, заставляя запрокинуть голову.

Смотрю расслабленно в красивые глаза.

Взгляд ошалелый, щеки красные, ко лбу прилипли мокрые пряди...

– Целуй – требую хрипло.

Со стоном, покорно касается губами моих губ.

Медленно, кайфуя, углубляю наш поцелуй. Развернув к себе, прижимаю к груди.

Дышу запахом нашего секса, запахом её кожи, волос…

Мягко, лениво ласкаю её пальцами.

Влажная внутри после оргазма.

Дрожит в моих руках, и, мурчит, словно кошка, впитывая ласку.

А я плаваю в какой–то неведомой мне прежде эйфории.

Ну как отпустить эту аппетитную прелесть?

Бля–я–ть.

Ну как?

Хочется сжимать это шикарное тело, ласкать, стискивать...

И целый день "любить" эту девочку хочется.

С изысками!

Целовать, мучать на грани до хриплых стонов, ласкать губами...

И потом трахать, трахать, трахать!

Во всех возможных позах.

Весь день напролет, с перерывали на обед и перекур...

И меня злит, что отпустить её сейчас всё–таки надо.

В груди моментально вспыхивает раздражение.

Вот же придумала, твою мать...

Первое января!

Все нормальные люди дома сидят, а она куда–то собралась.

Дать бы хорошенько по заднице...

Нехотя выпускаю её из своих рук, чувствуя, как уверенно разгоняется внутри эта мысль.

А то ведь и правда дам...

Поправив штаны, достаю из кармана пачку. Цепляю зубами сигарету.

– Вот теперь иди к своим маньякам.

Выхожу за дверь.

Глава 36 Бунт и хмель

Стоим с Лисой на пороге.

Дочка с недовольным видом держит меня за ногу.

Я, с таким же недовольным видом, поглаживаю мех на её капюшоне.

Вдвоем смотрим, как Василиса летает туда–сюда по дому, собираясь в свой Центр.

В глаза она мне теперь не смотрит.

Морозится всякий раз, когда я встаю рядом.

"А маньяку своему улыбаться будешь, да?" – тихо взрывает меня внутри.

– На карте пробка на Ленина была? – раздраженно уточняю я.

– Кажется...

– Не опаздываем? – смотрю на часы.

– Кажется, нет... – пробегает мимо.

Лиса долго–долго моргает от ветерка, который проносится от этой беготни.

Сонная, хмурая.

И хоть Василиса заранее предупредила её о том, что уходит по делам, дочь так и не пережила все стадии принятия.

Я – тоже.

И только дед Васе плевать.

Лиса притащила его к порогу на семейный