Сердце космического дракона - Ольга Вадимовна Гусейнова

Из беседки они уходили чрезвычайно довольные друг другом. Все «случайные» прохожие заметили, насколько прекрасные отношения у леди Каэль из рода Огненных Стражей с будущим супругом драконом. Он буквально не сводил с невесты восхищенного взгляда, выполнял каждое желание и несколько раз делал ей та-акие комплименты прямо на людях!

После их прогулки заинтересованные лица только и делали, что перешептывались: «Видели, как этот мужчина на нее смотрел? А что она себе позволяла?! Это любовь… Вы слышали, что он сказал про помолвку Фирана?»

Слухи потекли по столице, как весенние ручьи: неудержимо и полноводно. Дамочки засели за письма в провинцию. Даже мужчины передавали новость друг другу, хоть и более сдержанно.

Жених с невестой благополучно вернулись домой. И Каэль тут же была вовлечена в подготовку к свадьбе. Торжество предполагалось исключительно для узкого круга самых близких и родных людей, но требовало решения огромного числа вопросов. Тем не менее, посыльные и поставщики действовали четко, а имя Огненных открывало все двери.

Даэрон с просьбой не беспокоить закрылся в выделенных ему покоях, где «пропадал» до самого вечера. Кто-то из слуг видел яркую вспышку в щели под его дверью, однако войти и проверить не осмелился. Дракон вышел к ужину в идеальном новом костюме и с неизменным восхищением в адрес невесты.

Каэль знала, что Даэрон уходил «к себе». Но куда именно? Почему сейчас он уходит и возвращается, а потом, после свадьбы, ход в королевство будет закрыт, она не поняла. Жених не спешил объясняться, предлагая отложить разговоры на потом, опять-таки на после свадьбы.

«Потом» приближалось с неимоверной скоростью и тоже нервировало Каэль. Нет, она не боялась своего жениха, но его загадочное поведение начало утомлять. Нежная, милая девушка, которой Каэль была до академии, непременно смирилась бы с требованием безропотно ждать. Но теперь в ней зрели большие перемены и хотелось проявить характер! Отчасти из-за пережитых в академии трудностей, отчасти тому виной был сам Даэрон, позволяя избраннице все, что она хотела, и поощряя любые, даже самые смелые мечты.

За что и поплатился.

Тем вечером, сразу после ужина, мужчины удалились в кабинет для разговоров «о своем». Каэль не вмешивалась. Охотно оставила мужскую компанию и ушла к себе. Приняла ванну с ароматическими маслами, сделала прическу, обманчиво простую, собрав волосы в высокий, якобы небрежный узел. На самом деле две пряди, свободно «выбившиеся» слева и справа, выгодно оттеняли загорелую, веснушчатую кожу, а свободный объемный пучок на затылке придавал Каэль особый шарм и выгодно подчеркивал длинную стройную шею.

На этом она не остановилась. Отпустив горничную, Каэль достала из гардеробной приготовленные на будущее ночные одеяния. И выбрала алое, в тон к волосам. Шелковый пеньюар с широкими рукавами длиной в пол закрывал все прелести. Однако, стоило легким струящимся полам слегка разойтись, открывался совершенно вопиющий вид на тончайшую, непозволительно короткую сорочку с очень откровенным вырезом, отделанным кружевом.

Каэль успела несколько раз отрепетировать якобы случайное ослабление пояса от пеньюара, когда услышала, как открылась и закрылась дверь в покои жениха. Даэрон вернулся к себе.

Ночью жених оставался в доме и заходил к невесте пожелать спокойной ночи, заодно посидеть рядом с ней, испытывая терпение обоих на прочность. Сегодня она намеревалась обойтись с ним подобным образом! И ее слегка потряхивало от собственной смелости.

Решимость Каэль слегка ослабла лишь однажды, когда она выглянула в коридор и на цыпочках подбежала к двери жениха. Ей вдруг представилось, что кто-нибудь заметит это безобразие. Стало ужасно стыдно. Но Даэрон неоднократно повторял Каэль, что рядом с ним она может и должна раскрываться, не пряча истинных желаний и чувств. И она рискнула.

Коварно улыбнувшись, Каэль толкнула дверь в покои Даэрона. Вошла, даже не постучавшись и быстро закрылась от посторонних глаз. Затем нашла взглядом жениха и… сразу поняла, что старалась не напрасно!

Даэрон замер, словно зверь, почуявший добычу. С потемневшими глазами, с таким видом, словно готов был вот-вот наброситься, забыв про обещание сохранить ее целомудрие.

Каэль была в восторге! Грациозно прошла вперед, остановилась напротив своего избранника и как ни в чем ни бывало сказала:

– Я решилась побеспокоить тебя, потому что забыла сказать нечто очень важное после ужина.

– Что? – его голос, низкий и хриплый, взбудоражил Каэль до дрожи.

– Осталось совсем чуть-чуть до нашей свадьбы, – тихо продолжила она, – а потому тебе пора прекратить приходить ко мне в покои после захода солнца. Эти ночи нам нужно провести по отдельности.

– Почему? – нахмурился Даэрон, полоснув жгучим взглядом по ее пеньюару.

– Расскажу тебе позже, – повела плечами Каэль. И добавила, осторожно проведя кончиками пальцев по вороту его рубашки: – Но сразу после свадьбы это изменится.

Брови Даэрона поползли вверх. Затем на его лице отразилось неверие, потом дрогнули губы, а в глазах отразилось понимание.

– Коварно мстишь за мои тайны, Каэль? – спросил он, перехватывая ее пальцы.

– Как ты мог обо мне так подумать? – Невеста с трепетом смотрела на целующего ее пальцы жениха, чувствуя, как от каждого прикосновения его ласковых губ сердце ускоряло бег.

– Ты просто зашла ко мне, чтобы сообщить о нежелании видеть у себя? – прищурившись, уточнил Даэрон.

– Дело не в моем нежелании, – Каэль показательно тяжело вздохнула, высвободила руку, сделала шаг назад и удрученно добавила: – Ты ведь понимаешь, о некоторых… традициях нельзя рассказывать до свадьбы.

Даэрон широко улыбнулся, любуясь своей доморощенной интриганкой. Каэль, невинно похлопав ресницами, снова отступила. Мягко усмехнувшись, он согласился:

– Понимаю. Но пока не могу рассказать, куда ухожу.

Каэль ощутила легкий укол обиды. И тут же вспомнила о своей маленькой женской мести. Словно невзначай повела плечами, мысленно ухмыльнувшись: «Так тому и быть!» Полы пеньюара плавно разошлись в стороны. Не сильно.

Но для Марсаера оказалось вполне достаточно. Улыбка медленно сползла с его лица. Не двинувшись с места, он будто мыслями подался вперед.

Торжествующе сверкнув глазами, Каэль показательно неловко охнула, неторопливо поправила пеньюар и грустно улыбнулась:

– Я уважаю твои правила, Даэрон. Не буду давить на тебя. Отложим до нашей свадьбы.

У двери она остановилась, не услышав ни звука. Жених не попытался догнать или окликнуть. Обернувшись, Каэль увидела, что он сел в кресло и провожал ее взглядом.

– Хороших снов, – пожелала Каэль, хотя пожелание прозвучало скорее как неуверенный вопрос.

Горе-авантюристка засомневалась, стала ли ее выходка за гранью приличий своеобразным женским наказанием за недоверие.

– Самых лучших, – с загадочной улыбкой добавил Даэрон, разглядывая избранницу совершенно по-новому, чуть склонив голову к плечу.

Он сразу понял, что его избранница не покорная тихоня, но не ожидал, что прячущийся в серо-зеленом омуте ее прекрасных