Лекарка из другого мира - Ольга Кобзева

Аккуратный прокол между четвертым и пятым ребром, вставила туда веточку, с облегчением видя, как сквозь нее выходит скопившийся газ, а легкое мужчины плавно расправляется.

Пострадавший порозовел, задышал ровнее, а я выдохнула с непередаваемым облегчением и радостью. Только тот, кто хоть раз спас жизнь другому, может понять чувства врача в этот момент. Это то самое ощущение всемогущества, от которого невозможно отказаться. Эйфория. Наркотик. Комплекс Бога.

В тот момент я не видела никого вокруг, кроме пострадавшего мужчины, а вот за мной наблюдали. Наблюдали и делали выводы, но об этом я узнала чуть позже. У каждого поступка есть последствия, за все приходится платить. Мне тоже придется, но не сегодня. Еще немного времени осталось.

Придя в себя, ощупала мужчину, отмечая, что у него, в дополнение, сломано ребро. Тоже, кстати, довольно характерно при травматическом пневмотораксе. Экстренную помощь я ему оказала, теперь нужно слегка перемотать грудную клетку, уложить пострадавшего так, чтобы он был в покое и наблюдать, дабы не допустить рецидива схлопывания легкого, а такое, к сожалению, может произойти.

К счастью, меня слушали и выполняли приказы. Если учесть, что подбадривал недовольных, если они и были, Малыш, то и вовсе я могла рассчитывать на полное подчинение.

Пострадавшего перенесли в дом, устроили в небольшой комнатке рядом с моей.

— На твердую кровать, — распорядилась я. — Уберите с нее тюфяк, это важно. Где его сын? — поискала глазами мальчишку. — Иди сюда, — позвала, когда нашла. — Папа немного побудет здесь, ему нужен уход. Говоришь, мама умерла?

— Да, — кивок, а у самого губки дрожат.

— Дома кто? Бабушка, дедушка?

— Только Тимми, Санира и я, — изо все сил храбрясь, ответил мальчишка.

— А тебя как зовут? — спросила чуть запоздало.

— Рихер.

— Итак, Рихер, Тимми и Санира — твои брат с сестрой, верно?

— Санира — моя сестренка, а Тимми — наш куроз, — выдал Рихер смущенно.

— Зим Санире сколько?

— Три.

— Значит так. Ступай домой, бери Саниру, ее и свои вещи на некоторое время, куроза Тимми и идите сюда. Поживете пока рядом с папой. А Тимми устроим во внутреннем дворе, чтобы вам не беспокоиться о нем. Идет?

— И-идет, гардара.

— Ну и хорошо.

Вместе вышли в коридор. Мне нужен Артарон, а то раскомандовалась я знатно, все же стоит спросить дозволения на свои действия у даргара.

С Артароном столкнулись прямо у дверей.

— Ты в порядке? — спросил он, оглядывая меня с ног до головы. Задержал взгляд на нескольких капельках крови, впитавшихся в одежду.

— Это не моя, того мужчины.

Я объяснила Артарону диспозицию, рассказала про детей, оставшихся без попечения и о своем плане перевезти их пока в поместье. Вместе с курозом.

— Это ведь возможно? Ну куда их гнать? Мальчишка мелкий совсем, а сестренке его и вовсе только три зимы. Родных больше никого… — разволновалась я.

— Стой-стой! Эурика, я разве сказал хоть слово против? Устроим этих детей в поместье, не переживай. Дядя, уверен, поступил бы также. Ты из какой деревни? — спросил Артарон у Рихера, который все это время мялся рядом. Переминался с ноги на ногу и неосознанно жался ко мне. — Ехоровка? Каменка? Леденец?

— Из Престировки, — часто-часто моргая, выдавил мальчишка. — Папка оттуда, а мамка из Ехоровки. Была.

— Ну-ну, будет тебе, — потрепал Рихера по голове Артарон. — Эй, Закар! — окликнул он в коридоре одного из слуг — крепкого молодого парня, который был одним из тех, кто переносил пострадавшего в дом. — Закар, пойдешь с Рихером к нему домой! — распорядился молодой даргар. — Престировка не так далеко, пешком дойдете. Бери сестру, куроза, вещи на какое-то время, — это он мальчишке. — А ты старосту предупреди, чтобы за домом присмотрел, ну и мальцу помоги, в чем скажет, — это уже слуге. — Все понятно?

Оба синхронно кивнули. Рихер совсем по-детски шмыгнул носом и тут же утер его широким рукавом. Боже, ребенок ведь совсем!

— Как вернешься — мне отчитаться! — последнее напутствие от Артарона, прежде чем Рихер и Закар ушли.

— Спасибо.

Вместо ответа молодой даргар нахмурился.

— Дядя оставил меня за главного, я должен заботиться о его людях, как это сделал бы он сам, — серьезно ответил Артарон. — Что с ним? — кивнул на закрытую дверь в комнатку, где устроили пострадавшего.

Замерла. Ну вот и как объяснить?

— От сильного удара его… дыхательная система повредилась. Еще и ребро треснуло.

— Да уж, на пути аписта лучше не вставать, — хмыкнул Артарон.

— С чего он так разошелся? Мне казалось, аписты смирные.

— Любой зверь может показать дикую натуру, Эурика, — явно намекнул на Малыша молодой даргар. — Этого аписта ужалил шшель. Животное уже успокоили, но не окажись меня во дворе, неизвестно чем бы все закончилось.

— Артарон, почему он тебя не тронул? — выпалила вопрос, который мне не давал покоя. — Апист был разъярен, а ты стоял прямо у него на пути!

— Это мой дар, — пожал плечами молодой даргар. — Ты ведь уже видела, что и гэрхов я не боюсь. Любое животное видит мою Силу и смиряется. Слабые подчиняются, сильные считают за вожака. Я могу пройти через стаю диких гэрхов, и ни один меня не тронет.

— Удивительный дар, — качнула головой.

— Я бы предпочел другой, — отрезал Артарон.

В этот момент мы оба услышали стон из комнаты пострадавшего. Одновременно с тем в коридоре показалась Лалия, служанка. Девушка замерла чуть в отдалении, ожидая указаний.

— Проверю его состояние, — предупредила Артарона. — Детям нужны кровати или хотя бы тюфяки, где спать.

— Все будет, — кивнул Артарон. — Ты ведь не училась лекарскому делу? — вдруг спросил он, прищурившись.

— Евсия меня учила.

— Она была ворожеей, ведь так?

— Да, она много знала, кое-чему успела и меня научить.

Аж взмокла. Вот вроде и не соврала, но и правду не сказала.

— Я отправил за лекарем, — сообщил Артарон. — В Тирош.

Тирош — крупный город, расположен неблизко. Пока гонец туда прибудет, пока обратно…

Артарон ушел, а я зашла к пострадавшему.

Проверила его состояние, спросила имя.

— Рамир, гардара, — вытолкнул