Ночь с драконом - Кира Фарди

Мы ни на секунду не расставались с егересом. Он познакомил меня с Обителью драконов, представил своему народу. Для этого посадил меня на шею и сделал торжественный круг почета над площадью, где собралось население столицы. Замок устроил приветственный праздник в мою честь.

И, хотя я была для всех всего лишь заложница-шилесса, отношение ко мне менялось с каждым днем. Я постоянно ловила на себе внимательный взгляд Рея, смущалась и краснела до корней волос.

— Э, красотка! — окликнула однажды меня старая драконица.

— Слушаю вас, бабушка Расина.

— Какая я тебе бабушка? — проворчала старуха. — Ты мне не родня по крови.

Но в ее ворчании не слышалось злости. Наоборот, тон голоса был теплым и ласковым.

— Вы любимая женщина правителя, — обняла ее за плечи и прижалась щекой к морщинистой коже лица. — Значит, бабуля для всего народа, в том числе и для меня.

— Так, ответь мне, шилесса, чего ты краснеешь, когда видишь моего внука? Он тебе нравится?

— Ну, Рей — выдающийся молодой дракон, — ушла я от прямого ответа.

— Вот и держись от него подальше! — приказала старуха. — Ему нужно пару найти, на свет потомство произвести. Не может егерес без наследника.

— А почему вы ему пару не ищете?

Своим вопросом я вступала на скользкую дорожку.

— Ищу, вот только егересу истинная нужна, а в нашей Обители нет никого.

— И как же быть?

— Нужно искать в чужих землях.

— А здесь есть еще племена драконов?

— Есть одно, но находится слишком далеко. Рей не может покинуть свой народ и отправиться на поиски. Настоящий тупик. Может, сейчас появится возможность.

— Почему?

— Рей произвел обмен заложников, война с людьми теперь не грозит, егерес может отправиться на поиски возлюбленной.

Слова драконицы заставили задуматься. Если все так, как она говорит, то егерес находится в трудной ситуации. Я оказалась пленницей вместо настоящей шилессы, а подлым людям ничего не стоит съесть Голена. В результате нет никакого стабильности в международных отношениях. Наоборот, обе расы находятся на грани войны.

Хотя… я отбросила плохие мысли подальше. По меркам драконов он еще молод и полон сил, а пока…

Я мечтательно закрыла глаза и вздохнула. Наши горячие ночи сводили с ума. Больше я ни разу не была в покоях егереса, зато он, когда замок засыпал, прокрадывался ко мне. Я ждала этой минуты с нетерпением и загоралась мгновенно, как только он открывал дверь.

Он входил стремительной походкой, высокий, сильный, красивый, с кошачьей грацией приближался к ложу, где я его ждала, и все, я теряла реальность, погружалась в неведомые ранее ощущения.

Не знаю, какие чувства испытывала, похоть или любовь, но привязанность была настолько сильна, что ни минуты не могла провести, не видя Рея.

Если он следил за тренировкой молодняка, которую проводил командор, я крутилась рядом. Чтобы не показывать явный интерес, потому что Рагнар косился на меня и хмурил брови, брала с собой детей. Эми и Дитрих повторяли движения учеников, а я просто сидела, грелась на солнышке, полузакрыв глаза, а сама сквозь ресницы наблюдала за Реем.

Это было по-настоящему безмятежное время. Я наслаждалась покоем, обожанием окружающих и все реже вспоминала свой мир. Слова Рея, что он поможет мне вернуться домой, как-то потускнели, потеряли актуальность, но две вещи все же беспокоили меня.

Во-первых, беспокоилась о Голене.

Юноша был в опасности, а егерес не торопился его вызволять из плена, ну, или что-то планировал, но не посвящал меня в свои планы.

А еще я немного волновалась, потому что не могла предохраняться, в этом мире просто было нечем, а так как мы держали наши отношения в тайне, не могла ни с кем обсудить свои дела.

В душе жила только одна надежда: особи разных рас могут спариваться, получать удовольствие, но не могут производить потомство.

Но и здесь меня терзали сомнения: драконы ежеминутно не меняли сущность и жили обычной жизнью, так похожей на быт людей. По-своему это было даже удобно. Когда какому-нибудь отцу семейства из дальнего поместья нужно было попасть в столицу, он расправлял крылья и взмывал в воздух. Не нужны были ни повозки, ни тягловые животные.

И все же я ждала месячные с волнением и на местном календаре отмечала дни.

— Слушай, Рина, — поймала как-то служанку за руку. Она уже сменила в моих покоях постельное белье и забрала одежду в стирку. — А как у вас женщины справляются с проблемными днями?

Рина уставилась на меня круглыми черными глазами. Она смотрела, не отрывая взгляда, я видела в ее зрачках свое отражение и любовалась глупым выражением лица. А что делать? Может, и раню чьи-то нежные чувства, но информацию добывать как-то надо.

— С какими днями?

— Ну, — я замялась, не зная, как объяснить, и продолжила шепотом: — Когда у женщин кровь идет.

— А-а-а, вы, шилесса, говорите о красной луне?

— Н-наверное.

Представления не имела, о чем это она, но на всякий случай согласилась.

— О, это настоящий праздник.

— Э-э-э, — я окончательно зашла в тупик.

— У дракониц редко бывают красные луны. Раз в несколько лет.

— Ого!

— Да, и это грустно. Но, если наконец пришел такой день, семья ликует.

— Почему? — сердце заколотилось учащенно, казалось, мы с Риной говорим о разных вещах.

— Все просто: тело драконицы готово воспроизвести потомство, и скоро может наступить зачатие. А у вас, людей, разве не так?

Вот так номер! Я измеряю жизнь драконов меркой своего мира, а здесь все по-другому: самцы воспитывают потомство, а самки не могут долго забеременеть. Но этот разговор немного меня успокоил, хотя новые вопросы закрутились в голове.

— Нет. Мы живем намного меньше, чем драконы, поэтому и проблемные дни чаще. Так устроена наша природа.

— Я так вам завидую, — Рина оглядела меня с ног до головы. — Так завидую! Мне уже двести лет, а красная луна еще ни разу не приходила.

— Получается, дети в Обители появляются редко?

Я действительно, кроме Эми и Дитриха, не видела в обители других малышей, но думала, что не всем разрешено жить в замке.

— Да. Раса драконов угасает.

Рина покатила тележку с грязным бельем вон из спальни, а я осталась со своими мыслями наедине.