Лягушки, принцессы и прочие твари - Ксения Алексеенко

Щеки эльфиса лихорадочно алели, пальцы на струнах дрожали. Куциан удивился, как он раньше не заметил, что эльфис безнадежно пьян. Пьян и устал, оттого выглядит заметно старше своих малых для элфиса лет. Сколько они живут? Двести лет? Триста? И почти не стареют притом, до самой старости выглядя чуть-чуть за тридцать.

Зависть, людская зависть и только она не позволила этим существам до сих пор ассимилироваться.

— Фанти… — мягко начал Куциан.

— Фантаэль! — огрызнулся тот.

— Фантаэль. Ты устал, ты пьян… мне кажется, тебе надо отдохнуть. Или, хотя бы, пить не здесь, чтобы не цеплялись…

Куциан ожидал вспышки буйного гнева, думал, что придется ловить Фантаэля и заламывать ему руки за спину, а потом искать тетушку Хос и просить унять буяна. Думал, его сейчас пошлют неизвестными, иномирными матерными словами. Напомнят, что за музыку плачено. Но услышал только кроткое:

— Наверное, ты прав. Но она ненадолго заткнулась — я не мог не напиться.

Фантаэль покорно встал, покачнулся… и дальше Куциан тащил его уже на своих плечах до темной конуры где-то под лестницей. Обычно в таких селили уборщиц, а эта сгодилась эльфису-музыканту. Куциан не знал, где комната Фанти, а там была койка…

Куциан буквально закинул эльфиса в темноту. Поставил на какую-то плоскую поверхность кувшин вина на опохмел — не стоило оставлять Фанти пить в одиночестве, но раз заснул…

Руки его тряслись.

Он никак не мог выгнать из головы последние слова Фантаэля, которые тот выдал, прежде чем захрапеть и обвиснуть на его плечах бесполезной вонючей тряпкой.

«Ты заметил? Вокруг принцессы-трусихи нет никого цельного; как будто кто-то смел черепки в кучку и теперь раздумывает — а выкинуть? Или пригодятся еще на дренаж?»

Куциана уже выкинули из семьи и страны, поэтому за себя он не боялся — вряд ли могло стать хуже.

Он боялся за Лику.

Теллер держал ответ.

В последнее время удерживать ответы, не выпуская их на волю, становилось все сложнее.

— Араза сообщила, что поцелуй совершился. — Отчеканила королева.

Теллер искривил лицо в изумлении. Получилось профессионально, даром, что ли, он столько отрабатывал это выражение лица? Однако Анталаита не поверила.

— Вам известно, кто он.

Не вопрос — утверждение.

— Откуда бы? — Пожал плечами Теллер. — Это предсвадебный побег принцессы. Умной и хитрой принцессы, которая как никто умеет скрываться. Но мы над этим, безусловно, работаем, и…

— Ты знаешь, где она и с кем. — Анталаита яростно сверкнула глазами. — Мне придется разрывать контракт?

Теллер отвлекся на ее голову, где как влитая сидела тяжелая золотая корона. Казалось, даже если Анталаита решит сплясать чечетку, корона не сдвинется ни на волосок, как будто пустила в королевскую голову корни.

— Сьеса Араза в таких делах разбирается лучше меня. Может, вам у нее спросить совета?

— Может, мне ее на твое место поставить? — зашипела Анталаита, — Ты слишком мало знаешь, я начинаю задумываться, что ты не соответствуешь занимаемой должности.

Теллер улыбнулся как мог искренне. Он мог хамить — хуже все равно стать не могло.

— Я буду только рад. Мне сообщить подчиненным, что у них новая начальница? Я давно хочу в отпуск.

Он нашел отравителя и как мог тщательно вытравил всех джоктийских крыс из дворца. Уже через месяц здесь будут новые, и их придется заново вычислять, только лишние хлопоты. Но Анталаита приказала, а он сделал. Очень уж не хотелось любоваться городом с виселицы. Высоко, все видно, но шею жмет.

Только хватит ли этого?

Лика была его гарантом, защитой от Анталаиты. Он единственный, кто знает, где она. А Анталаита знает, что он знает… А еще Теллер хорошо чует слежку — хоть какой-то толк от кувырканий.

Конечно, можно вернуть Лику и разом избавиться от пристального внимания королевы к своим делам… но что делать с Далькой, так до сих пор и не решено. Да и для того, чтобы подсыпать неудобной личности мышьяка в бокал, порой достаточно одной не додавленой крысы.

Нет, сейчас важно понять, почему Совет начал действовать именно сейчас? Их-то кандидатке в наследницы, если верить документам, перехваченным Феской, сейчас года три. Три года ничего не делали, а тут зашевелились? Боялись, что Лика выгодно выйдет замуж? Возможно, но что-то подсказывало, что было еще какое-то обстоятельство…

Далькин дар вскрылся уже после того, как они начали действовать…

У кандидатки прав мало: внебрачная дочь мужа старшей принцессы может претендовать на престол, только если бесплодными окажутся все дочери Анталаиты. Раз уж они решили разыграть эту карту, значит, уверены, что смогут это обеспечить…

Хотя… Никогда ведьма не правила королевством. Далька теперь оторванный ломоть. Мог ли Хидшах об этом узнать? Заранее? Веды ведают. В этом их преимущество.

Валиалина пустоцвет; Лику никто и никогда не принимает во внимание; Далька — ведьма. При таком раскладе у малышки появляется шанс… И уже далеко не призрачный.

— Щенок, — устало сказала Анталаита, — хотя бы делай вид, что меня слушаешь. Хотя бы делай вид, что тебе не плевать на мои приказы.

— Так точно! — Теллер прищелкнул каблуками.

Выпрямился.

— Я могу быть с тобой откровенна, Теллер, — голос королевы звучал обманчиво-мягко, — теперь уже можно говорить о том, чего никогда уже не будет… О том молодом человеке, что обойдется нам в хорошие отступные Бальяре, ты вряд ли захочешь говорить. Я опасалась, что им станешь ты: к счастью, такого не случилось.

Только Веда ведает, что ему стоило сохранять бесстрастное выражение лица! Знала бы королева, о ком именно она говорит! Она бы скорее предпочла иметь в зятьях сына бастарда, чем джоктийца. Чтобы не выдать нежданного веселья, он спешно парировал:

— Королева Акре переживет утрату и без отступных. Гонец… оступился, сломал ногу, ему пришлось отлежаться. Доставить согласие он не успел. Я давно предлагаю Аразе содействовать магией в случае неотложных…

Не сильно-то он рисковал, что она согласится. По мелочам Араза не разменивается. Не хочет… не может? Вполне возможно, что это и есть ее слабость, которую та прячет за спесью.

— Ты лжешь.

Перебила Анталаита.

— Не могу согласиться.

Теллер поднял голову, чтобы заметить любопытство, скользнувшее по лицу Анталаиты быстрой тенью. Теллер понадеялся, что она в глубине души уже смирилась с тем, что договор о сотрудничестве сорвался. Даже если бы Лика не сбежала, он бы все равно мог сорваться.

К счастью для Теллера, королевская корона все-таки оставила в голове Анталаиты местечко для материнского инстинкта, хоть и совсем крохотное. И королеве-матери было просто по-женски любопытно, каков из себя жених ее дочери.