Тесса, бастардка князя - Марина Николаева (ЛФР)

— Мух нет, — ответила Алиса.

— Мухи в середине осени не летают, они спят, — глубокомысленно ответила я и, поразившись глубине своего ума, захохотала. Ведьма меня поддержала.

— Ну, ладно, давай поедим, а потом подумаем на сытый желудок, — примирительно сказала наставница.

Внутри, действительно, мух не было. И чистота формально соблюдалась. Народу было мало: время, было послеобеденное. Увидев нас, подавальщица сначала побледнела, потом покраснела, потом юркнула в дверь. Через минуту она выскочила с подносом, на котором заметно позвякивали глиняный кувшин с двумя кружками. К её выходу в зале никого не осталось: заметив на наших плащах знак Тайной Стражи, все посетители один за другим устремились к выходу. Вслед за подавальщицей появился моложавый подтянутый мужчина с едва намечающимся круглым пивным животом. Мужчина оказался хозяином столовой.

— Присаживайтесь, уважаемые госпожи вот сюда, около окна, — с поклоном предложил он нам, выдвигая громоздкие деревянные стулья и помогая сесть ведьме. Мне, между прочим, стул не выдвинул. Ничего, я не гордая! Сама села! Подавальщица поставила на стол кувшин и кружки.

— Глинтвейн, горячий, уважаемые госпожи ведьмы, для сегодняшней погоды в самый раз, — улыбнулась она, губы у неё заметно дрожали.

Вторая подавальщица уже неслась со вторым подносом и вскоре на нашем столе дымились горячим паром ароматный борщ с большими кусками мяса, пельмени со сметаной.

— Извините, госпожи ведьмы, наша столовая в ремесленном районе готовит самые простые блюда, не гневайтесь, — кланялся нам хозяин. К этому времени первая подавальщица снова появилась перед нами, выкладывая на стол тарелку с нарезанными солёными огурцами, свежий чёрный хлеб и сыр.

— Можете идти, пока, — властно махнула ведьма рукой.

Сытно поев и малось подобрев, я с наслаждением вытянула натруженные ноги.

— Ну, Тесса, что мы имеем на данный момент? — сказала Алиса, потягивая горячий глинтвейн.

Что мы имеем? Вернувшись из Чеменевки, мы как зашли к Главе с отчётом о проделанной работе и мечтами об отдыхе, так вышли с новым заданием!

— Помощь ваша нужна, девочки, очень уважаемому человеку, — доверительно протянул господин Азам, забрав наши бумаги( даже не выслушав о проделанной работе!)

— Мы вас слушаем, господин Атнер, — с готовностью откликнулась Алиса. Я тоже сделала стойку. А как же иначе⁈ У кого сидим то на приёме? У самого Главы!

— Дело секретное. У купца Зимовского потерялась младшая дочь на выданье. Сам купец считает, что дочь сбежала с учителем музыки. От вас требуется отыскать и вернуть дочку, она уже засватана за ещё одного уважаемого купца! Всё надо проделать так, чтобы никаких слухов и сплетен в городе не выплыло.

— А с музыкантом что делать? — отрывисто спросила наставница.

— По возможности доставить его живым и невредимым в Тайную Стражу! Это условие с купцом оговорено! Мы ему мозги почистим и отправим на западные земли, будет землю пахать, хватит, натанцевался он за свою жизнь, — Глава коротко хохотнул, ему показалось это смешным. Мы тоже с ведьмой захихикали, чуть-чуть, в самую меру.

— И ещё, девочки, — добавил он вдогонку нам, когда я уже взялась за ручку тяжёлой двери, — всю награду за дело поделите между собой. И запомните: максимально секретно!

В двухэтажном каменном доме Зимовских всё было мрачно: мать плакала, слуги скользили тенью по углам, занавески были плотно закрыты. Глава семьи никого не принимал: мрачный, высокий и толстый, он сам открыл нам дверь и предложил пройти в кабинет.

— Когда заметили, что дочка потерялась? — спросила ведьма.

— Вчера утром выехала из дома, сказала, по магазинам пройдётся.

— А музыкант вместе с ней был?

— Нет, музыкант уволился днём раньше. Куда выехал и где остановился — не знаю.

— Верните мне дочку, ничего не пожалею! — твердил он, постукивая тростью о паркетный пол.

В комнате сбежавшей невесты заветная серебряная тарелка отказывалась показывать местонахождение девушки, красное яблоко не катилось по тарелке, а бесконечно вертелось вокруг своей оси на одном месте.

Глава 36

— Не работает! Думаю, у влюблённых амулеты имеются. Достали ведь где-то! — рассердилась ведьма, стукнув по хрупкому столу. Стол затрещал, не выдержав ведьминого удара. Мы обе испуганно ойкнули. Платить за сломанный стол не хотелось. Пришлось ведьме починить мебель с помощью магии.

— Как долго магия будет действовать? — спросила я, рассчитывая, как далеко сможем уйти.

— Постоит так некоторое время, дня два, — махнула рукой Алиса.

Собрав с девичьего гребня волосы невесты, мы спустились в холл. Авось, пригодятся в поиске. В комнате музыканта ничего не нашли, здесь уже всё было убрано слугами.

— Уважаемые ведьмы, есть ещё одна вещь, о чём я забыл вам сказать, — сказал нам глава семьи и повёл нас в гостиную.

На стене, обитой бордовым, с золотыми нитками, шёлком, среди картин и портретов в золотых рамках, пустовало свободное место. По оставшимся следам на шёлке было понятно, что раньше здесь висела картина.

— Здесь висел портрет моей семьи. Сам художник Баснецкин рисовал! Вот, исчез. Думаю, дочка забрала из-за рамы. Я всем хвастался, что рама из чистого золота. А на самом деле железная рама была, покрытая золотой краской. Дочка, Марфуша, даже не знает, кто автор картины! — с болью в голосе высказался купец.

Мы с ведьмой задумчиво покивали головой. И тут ведьма что-то решила. Вытащив из котомки одну из склянок, распылила в воздухе щепотку своего знаменитого зелёного порошка. Сперва ничего не происходило, но ведьма начала читать свой заговор на незнакомом языке. В воздухе замерцала едва видимая белесоватая нитка, тянущаяся от стены.

— Тесса, идём по следу, — прошипела повеселевшая Алиса.

Не прощаясь с купцом, мы вышли из его дома, стараясь не потерять след. И вот, пешком дошли по следу из купеческой части столицы в его ремесленную часть, где жили и работали простые жители города. Пару-тройку раз теряли след, и снова ведьме приходилось распылять свой колдовской порошок в воздухе. В последний раз след мы потеряли, завернув на эту улицу. И, как ни старалась ведьма, следов больше не отыскали.

— Будем искать на этой улице. Пройдёмся по домам, — решила ведьма.

Расплатившись за обед, мы вышли на улицу. Мощёной дороги здесь не было, благо, на улице подморозило и грязь месить не пришлось. Проходя мимо