Дракон, девушка и гусь - Екатерина Жданович

— Как вы интересно рассуждаете, — хмыкнул Кейлеб. — Это еще не скоро. Не хотите ли прогуляться? — он предложил локоть, но я отрицательно покачала головой.

— Простите, но надо бежать к принцессе.

— Конечно. Дела, — кивнул Кейлеб с понимающей улыбкой. — Как я уже говорил, я ректор академии, в которой вы, скорее всего, и будете учиться. Так что еще увидимся.

И в этот момент я захотела сделать больно Эмилю. Если это вообще возможно. Я легко коснулась руки Кейлеба, едва ощутимо, но достаточно, чтобы послать легкий разряд магии.

— С превеликим удовольствием. До скорой встречи, — с этими словами я пошла прочь, чувствуя, как меня прожигает взгляд Эмиля.

Глава 42

Глава 42

Эмиль

Беседка словно заворожила, выкинув на поверхность воспоминания. Эмилия… что мне делать? Я потеряю тебя и так и так. Либо ты уйдешь, убедившись в моей холодности, либо… либо попадешь в руки к королю.

За спиной послышался шелест. Обернувшись, увидел Эмилию, и она, похоже, пыталась меня избежать. Иначе зачем так резко менять направление? Грустно улыбнувшись и мотнув головой, хотел шагнуть вперед, уже почти решившись рассказать ей об угрозе короля, и едва не зарычал.

Кейлеб Авис.

Я о нем уже успел забыть. Чертов дракон ожидал, когда освободится Его Высочество Джонатан — опять сбегут кутить в город, — и прогуливался по парку незаметной тенью. Догулялся. Эмили едва не сбила его с ног, а после слишком уж откровенно коснулась, высказав надежду на встречу таким тоном, что у меня почти снесло крышу.

Едва дождавшись, когда она уйдет, демоном подлетел к Кейлебу.

— Что вы здесь делаете, сэр Авис?!

— Проклятье, ты? — дернулся он, резко обернувшись ко мне. Рыжий хвост волос прочертил в воздухе дугу. — Чего подкрадываешься? Сам ведь знаешь, Джона жду. — Изучив меня сузившимися глазами, он подозрительно уточнил: — Что не так?

— Это моя женщина!

Я не хотел ссориться с этим драконом. Мы не были друзьями, да и приятелями нас назвать было сложно, но это не мешало общаться весьма ровно и к тому же на ты.

— Да я не… — даже попятился он от моего шипения. Потом криво ухмыльнулся, чуть склонив голову набок. — Влюбленный шип, необычно. Я ее будущий ректор, Эмиль, а с ученицами я не имею привычки сходиться настолько близко.

— Я… — резко выдохнув, на мгновение прикрыл глаза, подчиняя вышедшие из-под контроля эмоции. — Прости.

— Да ладно тебе, понимаю, — улыбнулся он как-то грустно, а после встрепенулся и глазами указал мне в сторону, но я и так уже чувствовал приближение Его Высочества.

— Ваше Высочество, — развернувшись, склонился я в поклоне и почти сразу распрощался, спеша оставить Джонатана наедине с другом.

Не стоит мешать моим ребятам. Следить за этими двумя им до утра и далеко не в безопасных королевских парках.

В безумии сборов прошел и последний день. Наконец наступил день отъезда. Для Ее Высочества принцессы Лилии король выкупил целый вагон. Всю ночь мы вместе с Адрианом лазили по нему, проверяя и расставляя защиту. После предательства шипа доверять кому-то было сложно. В дорогу я сразу выбрал самых верных и готовых на все ради короны людей, но им стоило отдохнуть. Привлекать же к проверке других было страшно, вот и мучились мы с советником. Оставалось надеяться, что в дороге мне удастся отоспаться.

Прощание вышло долгим и тяжелым. Все время, что королевская чета тискала дочь, я провел в напряжении. Часть вокзала оцепили для безопасности, но, как по мне, лишь привлекли этим внимание. Такое могло многого мне стоить.

Еще хуже было оттого, что мой разум не желал сосредотачиваться на деле. Он все чаще и чаще возвращался к незаметной на фоне королевской семьи фигурке. Эмилия в дорожном платье и с чемоданом в руках покорно ждала, когда принцесса позволит ей пройти в купе. Сжавшаяся, такая маленькая и трогательная, она вызывала почти непреодолимое желание подойти и обнять, укрыть в своих руках.

Его Величество мягко улыбнулся семье и направился ко мне. Жестко схватил за локоть, оттягивая в сторону, хотя мы и так находились в отдалении от всех. Руку прострелила боль, но я даже поморщиться не смел. Лишь угодливо склонил голову, показывая, что готов слушать последние наставления.

— Я тебя предупредил, Эмиль! — заговорил он тихо, но по хребту скользнула холодная капля. — Я вижу, какие взгляды ты бросаешь на эту девушку. Мне оставить ее здесь?

— Не нужно, Ваше Величество. Не расстраивайте дочь, — прошептал я. — Здесь хорошая охрана, вот я и позволил себе лишнего, но клянусь, в пути я даже не взгляну на нее.

— Я верю тебе, — с нажимом проговорил он и отпустил руку. Вздохнул как-то тоскливо и едва слышно обронил: — Я никогда бы не поднял руку на чужое сокровище.

После чего удалился, оставив меня смотреть в пустоту круглыми глазами. От облегчения хотелось стечь на плитку перрона, но приходилось изображать мрачную статую.

Наконец с прощанием было покончено, и принцесса вместе со всеми сопровождающими вошла в вагон. Я замыкал эту неприятно длинную процессию, напоследок замкнув защитный контур.

Поезд тронулся, застучал колесами. Мы оставили безопасный дом, направляясь в чужие земли. И мне оставалось лишь надеяться, что путь пройдет легко и незаметно, но внутри неподвластное разуму, зарождалось напряжение. Слишком много было неприятных, опасных событий, связанных с королевской семьей в последнее время. Это дарило понимание, что противники Родерика Герберта не оставят такую возможность добраться до него через дочь… да и жених этот не вселял доверия. Слишком неспокойно было в его землях. Слишком сильно шатался под ним трон.

Отерев лицо рукой, чтобы хоть немного отогнать сон, я оторвался от созерцания убегающего города и пошел на последнюю проверку. Нужно еще раз обойти всех людей и защиту, а потом можно… нужно лечь поспать. Иначе охранник из меня будет откровенно никакой.

Глава 43

Глава 43

Эмилия

Я не отходила от Лили ни на шаг как тень. Сердце сжималось при взгляде на нее. Юная принцесса, привыкшая к роскоши и почитанию, теперь ехала навстречу полной неизвестности, маленькая птичка, выпущенная из клетки. Когда мы устроились в купе вагона, она вдруг закрыла лицо руками, и плечи ее задрожали. Я тут же поспешила ее обнять, стараясь передать хоть немного уверенности и тепла.