Выметайтесь, граф! - Екатерина Мордвинцева

напевая, спустилась вниз. Макса и девицы нигде не было видно. Позвав слугу, графиня распорядилась накрыть праздничный стол. Когда все было готово, она пригласила сына и его избранницу.

— Что случилось? — настороженно спросил Макс у матушки. — Такие резкие перемены явно не к добру.

— Ну что ты, сынок! Просто я все обдумала. Я искренне желаю тебе счастья. И, если это твой осознанный выбор, то я, как любящая мать, просто обязана его поддержать.

— Надеюсь, что ты и правда все поняла…

— Разумеется! — заверила Луина елейным голоском. — А теперь давайте садиться за стол, пока все не остыло. Эрида, милая, садись ко мне поближе, — графиня самолично отодвинула для девушки стул, из последних сил борясь с нестерпимым желанием выдернуть его прямо из-под присевшей Виллард.

Разместившись рядом, она взяла приборы и принялась за трапезу. Никто вокруг даже не представлял, что творилось у нее внутри. Графиня буквально кипела от копящейся злости. Так и хотелось воткнуть вилку прямо в ногу проклятой ведьме, но вместо этого она мило улыбалась, сцепив зубы и прикусив язык.

Глава 19

— Куда мы едем? — наконец очнулась Эрида, заметив, как они въехали на центральную площадь.

— Ко мне домой, — сухо ответил Аддерли, словно это само собой разумеется.

— А-а-а-а-а… зачем? — настороженно спросила она. — Граф лишь ухмыльнулся, ничего ей не ответив. — О, нет! Нет! Нет! Нет! — затараторила Вилард, засуетившись. — Я не поеду к вам! Нет!

— Успокойся! — совершенно серьезно произнес Максимилиан. — Этот вопрос даже не обсуждается.

— Я сказала, что не поеду! Кучер, стой! — застучала она своими маленькими кулачками по передней стенке экипажа. — Остановите мне здесь!

— Чего ты так всполошилась?

— Вы не понимаете, — продолжила настаивать девушка. — Это совершенно недопустимо! Уже и так наше с вами общение довело до беды. А что будет дальше? Моя репутация пострадала, еще и ваша будет запятнана нелицеприятными домыслами, — пыталась вразумить графа Эрида.

— Тебе не все ли равно, о чем судачат городские сплетники? Лично мне нет до них никакого дела, — спокойно произнес Макс.

— Как же так? А ваша матушка? Она и на порог меня не пустит. Нет, все же отвезите меня в ближайшую недорогую гостиницу или вовсе здесь высадите, я дойду пешком, — паниковала девушка.

— Видимо, ты еще не поняла, — вздохнул Аддерли. — С этого дня я буду всегда рядом с тобой и всячески буду заботиться о тебе, — взяв в свои руки ледяные от волнения ладошки Виллард, мужчина поднес их к своим губам, касаясь легким поцелуем. Сверху донесся легкий стук, заставивший Макса улыбнуться. — Да-да, Гризельда, о тебе я тоже буду заботиться, — рассмеялся граф.

— Все равно это неправильно… — подняв на Максимилиана нерешительный взгляд, уже не так рьяно возразила ведьмочка. — Я не хочу, чтобы вы…

— Ты, — перебил ее Макс. — Перестань уже обращаться ко мне на «вы».

— Ты… — покорно поправилась Эрида. — Я не хочу, чтобы ты ссорился из-за меня с графиней.

— Можешь об этом не беспокоиться. Я сам решу вопрос со своей матушкой. Ей придется считаться с моим мнением и принять тебя. Тем более, что я уже не отпущу тебя никуда.

Слова Аддерли заставили Эриду смутиться. Легкий румянец окрасил ее щеки, глаза опустились. Она готова была отвернуться, но Макс не позволил, легонько поддев пальцами ее подбородок и слегка подняв так. чтобы их взгляды встретились.

— Ты не безразлична мне, — признался граф, стараясь избегать высокопарных слов, дабы не спугнуть и так взволнованную возлюбленную. — Я не прошу от тебя взаимности, но позволь мне хотя бы попытать свое счастье и завоевать твое сердце.

Ответить Виллард не успела. Экипаж остановился, и кучер, подойдя к двери, распахнул ее, приглашая пассажиров выйти.

На крыльце своего хозяина встречал верный слуга.

— Томмис, графиня дома? — уточнил у него Максимилиан, вытаскивая чемоданы.

— Да, Ваше Сиятельство. Графиня изволила отдохнуть после пережитого утром происшествия и сейчас находится в оранжерее. Да… — замялся слуга и бросил взгляд на девушку.

— Рассказывай! — поторопил его Аддерли.

Томмис вкратце поведал о минувшем инциденте.

— И все это в запертой комнате, — закончил он свое повествование.

Граф нахмурил брови, о чем-то крепко задумавшись. Тем временем все еще лежащая на крыше экипажа Гризельда затаилась. А вот Эрида сразу все поняла. Теперь она догадалась, куда именно летала ее любимица и где пропадала все утро.

— Я разберусь с этим позже, а сейчас проводи нашу гостью в свободную комнату рядом с моей, отнеси ее чемоданы и помоги с обустройством, — нахмурился Максимилиан.

— А как же Ее Сиятельство?

— С графиней я поговорю.

Подав руку Виллард, он повел ее в особняк. Девушка заметно волновалась.

— А Гризельда? — замешкав у двери, спросила она.

— Гризельда! — крикнул Аддерли.

Та нерешительно слетела с крыши экипажа и, стараясь держаться подальше от хозяйки, подлетела к Максу. Эрида нахмурилась. Ох и достанется же Гризельде, когда они останутся наедине. Такой несказанной наглости Виллард уж точно не спустит с рук. За свою выходку метелке придется отвечать.

Внутри было тихо. Графини нигде не было видно. Макс проводил возлюбленную до лестницы и передал в заботливые руки слуги, а сам собрался проследовать в оранжерею для беседы с матушкой, но не успел. На всю гостиную разнесся радостный голос Луины Аддерли. Услышав его, Эрида так и застыла на ступенях, не успев подняться.

— Максимилиан! — мчалась женщина в объятия любимого сына. — Наконец-то ты вернулся. Я уже и слуг на твои поиски отправляла, а тебя все нет и нет. В твое отсутствие столько всего случилось, — тараторила дама до тех пор, пока случайно не подняла свой взгляд. — Что?! А эта девка что здесь делает?! — взревела графиня, отстраняясь от Макса.

* * *

Выглядела женщина необычно. Нарядное домашнее платье, не лишённое элегантности, прекрасно подогнанное по фигуре, и вполне соответствующие ему симпатичные туфельки совершенно не сочетались с растрёпанной тряпкой на лбу. Луина забыла о компрессе, бросившись навстречу дорогому сыну. Она много чего передумала, приводя растерзанные чувства в порядок, пока лежала на диване в оранжерее, и теперь намеревалась поделиться неожиданными горестями с Максом.

Причиной свалившихся на неё бед графиня упорно считала рыжую ведьму, приняв устроенный в запертой комнате погром за какое-то особо изощрённое колдовство, и, увидев Виллард на ступенях лестницы, ведущей в покои графа, только утвердилась в этой мысли.

— Матушка, — сухо ответил ей Максимилиан, — извинитесь, и больше никогда не оскорбляйте Эриду! Ни при мне, ни в моё отсутствие.

— В отсутствие? — лицо графини покрылось бордовыми пятнами, — Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что эта девушка останется здесь столько, сколько посчитает нужным.

— Это неслыханно! — Луина, наконец, сорвала с головы тряпку,