Мой железный босс. Любовь вопреки - Анна Варшевская

Но что там они думают, мне безразлично. Я уверенным шагом дохожу до станции, которая оказывается буквально в десяти минутах ходьбы, прохожу турникеты, спускаюсь по эскалатору — и всё это время постоянно краем глаза вижу своих провожатых. Конечно, ни о каких пяти метрах и речи быть не может, особенно когда мы уже останавливаемся на платформе, дожидаясь приближающегося поезда.

Я подставляю лицо тёплому ветру из тоннеля, глубоко вдыхаю запах, который так люблю… рассеянно слежу взглядом за мелькающими мимо вагонами — поезд замедляется, тормозит, останавливается, открывает двери. Захожу внутрь, сразу за мной влезают мои двое из ларца.

А за ними в вагон заходит бабулька с ворохом пакетов и тележкой, из которой торчит то ли какая-то рассада, то ли цветок…

— Чего встал на проходе! — слышу я сварливый голос. — Понаедет деревни всякой…

Оборачиваюсь, вижу, как морщится, отвлёкшись, Андрей, как бормочет что-то условно-извинительное Антон, сдвигаясь в сторону…

— «Осторожно, двери закрываются. Следующая станция…» — звучит привычное из динамиков, и тут в моей голове мелькает безумная мысль.

Тело двигается быстрее, чем у меня получается додумать. Я срываюсь с места к соседнему выходу, Андрей, успев заметить моё движение, бросается за мной, но тележка перегораживает ему дорогу, бабулька вскрикивает, чуть не падает, потому что в неё врезается Антон…

Боже, благослови бабок с тележками, которые прутся куда-то с утра в выходной день! Надеюсь, с этой всё будет в порядке.

Выскакиваю в последний момент. Двери с грохотом захлопываются, состав трогается с места, набирает скорость...

— Феликс вас убьёт, ребята, — говорю негромко, глядя вслед хвосту поезда, исчезающему в тоннеле.

А может, и меня заодно.

Но мне плевать. Я перехожу через платформу и сажусь в поезд, идущий в противоположную сторону. А потом, подумав, отключаю мобильный полностью.

На секунду мелькает мысль, что я таким образом поставлю на уши абсолютно всех… И я даже невольно жду, когда же мне станет стыдно.

Но не становится. Видимо потому, что в голове кусками мелькает происходившее со мной в последние два дня. А заодно вспоминаются мамины слова… те, которые она говорила мне, ещё когда я была той, прошлой, глупенькой девочкой, не знавшей жизни.

— Мы женщины, — всплывает в голове мамин голос. — И мы должны быть мудрее, Аврора. Нужно уметь создавать вокруг себя комфортную для остальных атмосферу. Любой мужчина предпочтёт со вкусом одетую жену, которая улыбается и встречает его с работы горячим ужином. А если ты недовольна, если ты возражаешь, если пытаешься делать всё по-своему — неудивительно, что он тогда будет искать расслабления на стороне… и не только. Женщины часто сами провоцируют мужчин на грубости по отношению к себе.

Мотнув головой, стискиваю зубы покрепче и отбрасываю эти мысли подальше.

Я уже была покорной овцой. Делала всё, что мне говорили. Думала и беспокоилась обо всех вокруг. И к чему меня это привело?

Нет уж, хватит!

Так что выхожу из метро, проехав пару станций — благо помню, что тут поблизости есть большой торговый центр — иду туда, выбираю самый недорогой смартофон, оплачиваю его и новую симку. А потом уже лезу в интернет и нахожу нужный мне магазин.

Туда приходится добираться уже почти час. Внутри прохожу прямо к бородачу, стоящему за прилавком, и говорю:

— Мне нужны перцовый баллончик и электрошокер… и ещё, знаете, что-то такое, типа сирены.

— Сигнальной кнопки? — уточняет мужчина, разглядывая меня.

— Ну, чтобы нажал — и она заорала как резаная, — развожу руками.

— Понял, — кивает он. — Пойдёмте, покажу, что у нас есть.

В итоге через полчаса я без лишних хлопот обзавожусь мини-арсеналом для защиты. Вздыхаю, глядя на всё это.

Понятно, что это просто демонстрация. Хотя крошечный перцовый баллончик никогда не лишний, как и кнопка, от которой в ушах звенит. К тому же, я осознаю, что покупаю это просто для того, чтобы поддержать свою собственную психику. Создаю себе иллюзию безопасности…

Может быть, мне всё-таки стоит сходить к психологу, думаю тоскливо, пока расплачиваюсь на кассе. Суммы, которую я отдала, наверняка хватило бы на пару сеансов. Интересно, а как Феликс отнесётся к тому, что я буду вываливать подробности произошедшего постороннему человеку? И вот тоже момент — а психолог обязан сообщать в полицию, если ему рассказали о преступлении?

Хотя…. какое преступление, чего смеяться. Я же уже жена. Никто не будет возбуждать никакого дела ни о каком насилии. Да я и сама этого не хочу. Как представлю, что меня может расспрашивать какой-нибудь полицейский с якобы всё понимающей улыбочкой… бр-р-р-р!

Вздохнув, благодарю продавца и выхожу на улицу.

Надо пойти перекусить. Возвращаться в то место, где я теперь по недоразумению и мнению моего так называемого мужа должна жить, абсолютно не хочется. Поэтому я просто нахожу какой-то небольшой ресторанчик, устраиваюсь там, заказываю обед и, скачав какую-то книжку в приложении, несколько часов читаю.

И только в начале шестого вечера заставляю себя подняться.

В конце концов, Альберт говорил, что вернётся к шести. Охрану мне не жалко — сами идиоты, не уследили за одной девчонкой, прямо можно подумать, я Мата Хари какая-то! Тем более мне не жалко Феликса. А вот его двоюродный дед — единственный во всём этом паноптикуме, кого не хочется расстраивать. Он хотя бы нормально со мной разговаривал.

Так что, повздыхав, еду обратно, беспрепятственно прохожу в здание, поднимаюсь на лифте, приложив пропуск — хорошо, что запомнила этаж.

Где-то в животе собирается холодок страха, но заставляю себя расправить плечи и открываю дверь квартиры.

— Вы, дебилы, вашу мать… — успеваю только услышать громовой голос моего мужа.

Перед ним стоят, опустив глаза, несколько мужиков. Узнаю своих «двоих из ларца» сбоку — о, ну, значит, не убил! Уже хорошо!

А потом Феликс поворачивается, видит меня и замирает на месте с приоткрытым ртом.

Глава 19

— Добрый вечер, — произношу ледяным тоном, стараясь, чтобы голос звучал максимально равнодушно.

— Ты… где… была?..

Такое ощущение, что Феликс с трудом сдерживает мат, такие у него многозначительные паузы между словами.

— Гуляла, — отвечаю так же холодно.

— Гуляла?!

Мужчина делает шаг ко мне, но тут же останавливается, явно пытаясь взять себя в руки.

— Где ты… гуляла?! — выплёвывает последнее слово так, что я приподнимаю брови.

— Такое ощущение, что ты хочешь спросить, не «где», а «с кем», — хмыкаю, прищуриваюсь, глядя на него. — Можешь не волноваться. Кроме твоих церберов никого рядом со мной не было. Да и они были недолго, — насмешливо смотрю на