Какой скандал! (Это просто смешно) - Ци Инцзюнь

Согласно классическим сюжетам дворцовых интриг, в этот момент с неба начинает лить дождь.

Се Юнэр не взяла зонт и шла одна под проливным дождем, в голове зазвучала мелодия для эрху*

(прим. пер.: Эрху (二胡) — это китайская двуструнная скрипка, которая издает мелодичные, часто грустные и выразительные звуки.)

Сейчас ей нужно выяснить, не скрывается ли за той плотно закрытой дверью императорских покоев нежная и очаровательная Ю Вань Инь.

Се Юнэр, обойдя дворец благородной наложницы, была поражена увиденным: Ю Вань Инь не только была там, но и сидела в одиночестве на веранде, держа в руках дворцовый фонарь и смотря на дождь. Мокрые пряди её волос прилипли к щекам, и её яркое лицо казалось бледным.

Се Юнэр: «…»

В такой сцене ты выглядишь ещё более жалкой, чем я? Что за дела?!

Се Юнэр остановилась, собираясь тактически отступить, но Ю Вань Инь уже заметила её и удивлённо воскликнула:

— Это ты, сестра Юнэр?

Она позвала Се Юнэр под навес, чтобы укрыться от дождя:

— Разве ты не должна была сегодня ночью быть у императора? Почему ты здесь?

Се Юнэр опустила голову:

— Его Величество плохо себя чувствует и уже лег спать.

Сяхоу Дань заболел? Ю Вань Инь удивилась.

Днём в кабинете он действительно жаловался на головную боль. После её ухода стало хуже?

Или он просто симулирует болезнь.

Она стала его подозревать, поэтому он притворяется слабым, чтобы избежать вопросов.

Ю Вань Инь сожалела, что покинула кабинет. Какой смысл разоблачать его? Она долгое время игнорировала его странности, разве это не было тоже способом избежать реальности — избегая одиночества и беспомощности?

Се Юнэр наблюдала за выражением лица Ю Вань Инь. Она не ожидала, что благородная наложница действительно ничего не знала.

Значит, император действительно болен?

Се Юнэр, на мгновение задумавшись, вдруг проявила заботу:

— Сестра наложница, тебе стоит пойти и проверить императора. Ему было очень плохо, и он вроде бы говорил, что хочет видеть тебя.

Ей не хотелось быть единственной, кого выгнали.

Реакция Ю Вань Инь оказалась неожиданной, на её лице не было ни радости, ни ожидания, а наоборот, она нахмурилась, будто переживала внутреннюю борьбу.

Се Юнэр, опасаясь, что она передумает, собиралась ещё немного её подбодрить, но Ю Вань Инь уже согласилась:

— Если так, я пойду проверю.

Се Юнэр с довольной улыбкой наблюдала за её уходом.

Ю Вань Инь подняла бумажный зонт и пошла под дождём, затем вдруг обернулась:

— Сестра, отдохни здесь немного. Я позову слугу, чтобы он помог тебе переодеться в сухую одежду, а потом отвёл тебя обратно, когда дождь закончится. Спасибо, что пришла сообщить мне об этом.

Се Юнэр ещё ярче улыбнулась и мягко сказала:

— Сестра, ты однажды предупредила меня не пить отвар для предотвращения беременности, и я всегда буду помнить это.

Ю Вань Инь: «…»

Неужели это искренне?

Теперь, глядя на всё это, кажется, что по сравнению с братьями Сяхоу, уровень Се Юнэр настолько низок, что это даже мило.

Ю Вань Инь почувствовала лёгкое чувство вины и грустно сказала:

— Не ожидала, что смогу когда-нибудь искренне поговорить с тобой.

Се Юнэр: «…»

Неужели это искренне?

Неужели она в прошлый раз действительно просто доброжелательно предупредила?

С её точки зрения, невозможно представить, что кто-то намеренно откажется от императорского наследника. Так что моё прошлое отравление было моей собственной виной?

Но если главная интриганка оригинальной истории больше не будет злодейкой, разве все мои приготовления к борьбе не станут односторонним преследованием?

Ю Вань Инь уже направилась к покоям императора. Се Юнэр, растерянно открыв рот под дождём, так и не произнесла ни звука.

* * *

Гром гремел, молния прорезала небо, и свет её отразился на мечах стражников.

Стражник:

— Наложница, пожалуйста, возвращайтесь, Его Величество никого не принимает.

Ю Вань Инь сначала не хотела встречаться с Сяхоу Данем, но, увидев это, встревожилась:

— Что с Его Величеством?

Стражник молчал.

Фонарь Ю Вань Инь давно погас, бумажный зонт не защищал её от дождя, и она вся промокла, дрожа от холода:

— Можно ли попросить, чтобы кто-нибудь сообщил старшей служанке Бэй…

— Благородная наложница Ю?

Ю Вань Инь обернулась. Перед ней стоял Бэй Чжоу, одетый как старшая служанка.

Он как раз собирался войти в покои, держа в руках чашу со сладкой кашей.

Ю Вань Инь быстро схватила его за руку и тихо сказала:

— Дядя Бэй, позвольте мне войти и посмотреть на него.

Бэй Чжоу бросил на неё пристальный взгляд, вероятно, вспомнив её уверенное обращение к императору на лодке в тот день, и его лицо слегка смягчилось:

— Следуй за мной.

Сяхоу Дань был весь закутан в одеяло, свернувшись в комок.

Бэй Чжоу дважды окликнул его и приподнял одеяло, обнажив его голову:

— Вань Инь пришла.

Ю Вань Инь испугалась.

Длинные волосы Сяхоу Даня были растрёпаны, лицо бледное, как бумага. Он с трудом взглянул на Ю Вань Инь и хриплым голосом сказал:

— Спасибо, дядя, просто оставьте это здесь.

Бэй Чжоу тактично ушёл.

Ю Вань Инь села на край кровати и осторожно предложила:

— Мне покормить тебя?

Сяхоу Дань кивнул, но затем скрипнул зубами и застыл, его лоб покрылся выступающими венами, как будто даже такое малейшее движение причиняло сильную боль.

Ю Вань Инь, растерянная, поддержала его, но не осмелилась приложить усилия. Прошло какое-то время, прежде чем Сяхоу Дань сам решился сесть. Ю Вань Инь быстро подложила две мягкие подушки ему за спину.

Она снова потянулась за чашей каши, но Сяхоу Дань остановил её.

Сяхоу Дань глубоко вдохнул и мягко сказал:

— Нам нужно поговорить.

— Не сейчас, тебе нужно отдохнуть…

— Ты угадала правильно, — прервал он, — я действительно не какой-то генеральный директор. До того как я сюда попал, я был никому не известным актёром. Внешность подкачала, талантов мало, много лет играл второстепенные роли, но не добился успеха.

Ю Вань Инь ошеломлённо смотрела на него.

Это, по крайней мере, объясняет его правдоподобную игру в роли тирана.

— Но если это так, зачем было обманывать меня?

— Я не собирался тебя обманывать. Ты сама предположила, что я генеральный директор, и я просто согласился.

— Почему?

Сяхоу Дань слегка улыбнулся, его губы были бескровными:

— Мне всегда не везло, поэтому, когда я сюда попал, первым делом я подумал, что умру в этом ужасном месте. А потом ты появилась, как спаситель с небес, с планом и решимостью, ты сразу же принялась за дело… Когда я смотрел на тебя, у меня