Генеральный дьявол - Аля Алая

мы вчера с девчонками…. — тут я осекаюсь. Воспоминания в голове какие-то отрывочные. Вот мы в бутике выбираем платья, вот я пою на сцене. Офигеть, я пела на сцене!!!!

Резко сажусь и голову пронзает головной болью до потемнения в глазах.

— Без резких движений, Майюша.

— Уже поняла, — жалобно утыкаюсь лицом Кайсарову в пиджак, — я наверное умру.

— Точно нет, — он хмыкает, — полежи часик, пока таблетки подействуют, потом в ванне отмокни. В кухне куриный бульон тебе и твоей боевой подружке. Она просила.

— Боевой подружке? — открываю один глаз и отклоняюсь от Тимура. Хмурю брови, — а что было после караоке? — спрашиваю и затыкаю себе рот ладонью. Глаза округляются.

Я допилась до того, что не помню!!!

А может меня просто вырубило прямо там в караоке?

— Мужской стриптиз, — Тимур мрачнеет.

— Ох, — хлопаю глазами. Взгляд снова цепляется за графин воды рядом с кроватью. Указываю Тимуру на него пальчиком.

Туман в голове немного рассеивается, позволяя увидеть в воспоминаниях блестящие стринги стриптизера и его гладкий торс. Вот вообще без единого волоска. Следом вспышка с грудью Тимура и его ковром из волос.

Сглатываю, пью медленно воду.

Думаю, воспоминания постепенно вернутся.

Должны.

— А ты помнишь, что дома было? — Тимур присаживается на постель рядом со мной.

— А как я домой попала? — кусаю губы.

— Мда…

— А ты! Ты!!! Ты приехал в клуб и меня выкрал, — вспыхивает в голове.

— Забрал свое, — Кайсаров щурится. Его довольный взгляд фокусируется на моих губах и сразу темнеет, становится жадным и порочным.

Прикрываю губы ладонью, смотрю на него удивленно.

— Не помнишь, — констатирует он. Двигается ближе, убирая мою ладонь. Обхватывает пальцами мой подбородок, большим пальцем касается губ. Нажимает, погружая его в рот.

— Оооо, — резко вспоминаю, что вчера там было что-то намного большее по размеру. Тут же заливаюсь краской с головы до пят.

Тимур сглатывает. Прикусывает нижнюю губу и оттягивает, облизывается.

Видно, все что ему очень понравилось. И он хочет еще.

Но точно не сейчас.

Перехватываю его руку и аккуратно убираю от лица. О минете я, пожалуй, немного позже подумаю, сейчас не готова.

— А это что? — поднимаю кисть, на которой завязан красный галстук Тимура. Обращаю внимание на второе запястье. Вокруг него натерто и немного саднит.

— Пожалуй, вспомнишь сама, — Кайсаров поднимается на ноги. Смотрит на часы.

— Ты говорил про боевую подругу. Я не поняла.

— Соня звонила, спрашивала как ты. Угрожала мне.

В груди теплеет. Сонька такая молодец, все вчера организовала.

Несмотря на жуткую головную боль, мы вчера отлично провели время.

— Сказала, что приедет к тебе после обеда проведать.

— Хорошо.

— Приходите в себя, похмеляться не советую.

— Ни за что, — к горлу подкатывает рвотный рефлекс. Представить себе не могу, что хоть когда-нибудь еще попробую алкоголь. Тем более сейчас.

— Вот и хорошо, — Тимур целует меня в губы, — до вечера.

Целую его в ответ и вяло улыбаюсь. Когда Кайсаров уходит, забираюсь под одеяло пострадать и попытаться вспомнить, что было вчера.

Перебираю в пальцах галстук на руке. Вспыхиваю, вспоминая как Тимур им меня связывал.

Это я сболтнула, что стриптизер меня хотел наручниками приковать. Вот Кайсаров расстарался сам.

Через несколько часов дремы собираю себя и тащу в ванную. Из зеркала на меня смотрит не женщина, а форменный кошмар. Волосы в разные стороны, вся косметика растеклась по лицу. Глаза до сих пор пьяные. Да и вообще вид жутко помятый.

— Жуть, а он даже слова не сказал, — вздыхаю, вспоминая с каким желанием Тимур смотрел на меня утром.

Отмокаю в ванной до самого обеда, потом отправляюсь в кухню за бульоном. Попутно насыпаю комп для Лаки. Кот от меня воротит нос, чихает. Видимо пьяные и с перегарчиком люди ему не нравятся.

Кота оставляю в покое, чтобы открыть дверь Соне.

Она в отличие от меня выглядит хорошо, даже отлично.

Влетает в квартиру с полупустой бутылкой минералки, глаза горят:

— Майя, я тебе сейчас такое расскажу!!!

— Давай, — захлопываю за ней дверь.

— А ты чего так плохо выглядишь? — она с подозрением осматривает меня, — вроде немного же выпили. По две бутылки шампанского, не больше.

— По две? — с ужасом смотрю на Соню. Вспоминаю, что еще дома пила после и мне кажется что это какая-то смертельная доза была. Я должна была после нее погибнуть.

— Угу, где бульон?

— В кухне, я разогрела, — шоркаю тапочками в нужную сторону. Соня бодро чешет следом, — так что случилось? Что ты там хотела мне рассказать.

— Первое. Я влюбилась вусмерть.

— Ого, когда это ты успела? — ставлю на стол миску с бульоном, рядом кладу хлеб.

— Вчера, — Соня садится на стул. Поднимает на меня горящие глаза.

Господи, да я там звезды вижу.

Точно влюбилась.

— И в кого успела? Ты же свадьбу ждать собиралась, ну чтобы там найти себе подходящего миллиардера.

— Да ну их, старперов этих, — Сонька отодвигает ложку. Поднимает миску с бульоном и выпивает его, как из пиалы, — хорошо пошло, Тимурчик молодец. Дал же бог умненького брата, хоть одного. А еще нет?

— Есть, там десять порций. Тимур с запасом заказал, — принимаюсь за свой бульон, медленно черпая его ложкой. На Соньку смотрю с интересом. Что ж там за парень такой, что все миллиардеры, которыми она бредила раньше, померкли перед ним.

— Я влюбилась в Алекса, — сообщает на выдохе.

Так, Алекс… Алекс — это…. Кто этот Алекс?

А черт!

— Боже, ты влюбилась в стриптизера? — у меня отвисает челюсть.

— Стриптиз — это временная работа. Алекс подрабатывает.

— Соня, ты…. ты… ты… — у меня не хватает слов. Я просто хапаю ртов воздух.

— Он хороший, ты не думай.

— Стриптизер?!

— Ой да господи, — Соня закатывает глаза, — ну что тут такого? Кто в студенчестве не подрабатывал. Алекс будет юристом, кстати.

Юрист и стриптизер. У меня эти две профессии разом в голове не укладывались.

— Мы вчера отвезли Нину домой, а потом гуляли по городу до утра, много болтали, — Соня опускает глаза, — а потом поехали к нему. — Она краснеет, и я понимаю, что они там не только болтали, — ты не думай, он не на деньги клюнул. Для него я бедная студенточка Соня, которая в общаге вместе с ужасной соседкой живет.

— Тимур с Тимофеем ему голову оторвут.

— Не оторвут, — она вздыхает, — это мой выбор. Они смирятся. И ты им ничего не скажешь, иначе ты мне не подруга!

— Соня... - качаю головой. Похоже, я ее братьев лучше знаю, чем сама Соня. Они и сами все узнают. У этих двоих глаз на проблемы наметан.

— Он предложил пожить у него. Лучше же, чем в общаге.