Семья напрокат - Лесана Мун

Северин замер. Лицо стало каменным.

— И ты решила, что я целовал не тебя? — произнес медленно. — А воспоминание о ком-то другом?

Я не ответила. Просто смотрела на него. Он резко развернулся. Прошел к книжному шкафу в углу комнаты. Открыл нижний ящик. Рылся там какое-то время, что-то перекладывал. Потом вернулся ко мне, держа в руках небольшую рамку. Протянул.

— Смотри.

Я взяла рамку. Бросила осторожный взгляд. Это был портрет молодой девушки. Очень молодой — лет восемнадцати, не больше. Хорошенькая блондинка. С круглым личиком, большими голубыми глазами, пухлыми губами. Улыбалась застенчиво, чуть опустив взгляд. Я долго смотрела на портрет. Потом на свое отражение в зеркале над камином.

Светлые волосы — да, у нас обеих. Но на этом сходство заканчивалось. Больше ничего общего. Абсолютно. Меня накрыло таким странным ощущением, словно огромный камень свалился с груди. Я наконец-то смогла вдохнуть полной грудью. Боже... какая же я дура!

— Это Мадлен, — произнес Северин тихо. — Моя первая влюбленность.

Я перевела взгляд на него. Он стоял, глядя на портрет. Лицо спокойное, без эмоций.

— Мы познакомились, когда мне было девятнадцать. Ей — семнадцать. Она была... светлой. Доброй. Наивной. — Он пожал плечами. — Я думал, что это любовь. Настоящая, вечная, как в книгах. Мы были вместе почти год. Строили планы. Говорили о будущем. Но потом... — Северин покачал головой. — Мы поссорились. Из-за какой-то ерунды, я даже не помню из-за чего. Что-то глупое, как это бывает у совсем молодых. Я был горд и упрям. Она — обидчива и ранима. Никто не хотел идти на примирение первым и мы расстались.

Он взял портрет из моих рук. Посмотрел на него.

— Через полгода она вышла замуж за другого. Барона из соседнего королевства. Уехала. Я злился, чувствовал себя преданным. Но постепенно отпустило, жизнь продолжалась. Года через два я узнал, что Мадлен заболела. В дороге, по пути к родственникам мужа. Простуда перешла в горячку. Несколько недель она не могла выздороветь. Лекари пытались помочь, но... — Северин сжал портрет. — Она умерла. Мне было жаль. Жаль девушку, которая была когда-то частью моей жизни. Жаль, что она умерла такой молодой. Но это была не та боль... не та потеря, какой я ожидал. Я понял тогда, что любовь прошла.

Он поднял глаза на меня.

— Я храню этот портрет не потому, что до сих пор ее люблю. А потому что... — он запнулся. — Потому что она была частью моих воспоминаний. Частью того, кем я был когда-то. Это просто память. Не о любви. О том, что была такая девушка.

Северин посмотрел на портрет. Потом на меня.

— Но если тебе неприятно... — он медленно повернулся к камину. — Я могу прямо сейчас его выбросить.

Протянул руку с портретом к огню.

— Нет! — я шагнула вперед, схватила его за запястье. — Не надо!

Северин остановился, посмотрел на меня. Его взгляд стал мягче.

— Иветта... - он перехватил мою руку своей. — Ты ничего общего с ней не имеешь. Совершенно. Да, вы обе блондинки. На этом сходство заканчивается.

Он положил портрет на стол. Развернулся ко мне, взял обе мои руки в свои.

— Она была свет. Ты — огонь. Она была податливой, очень мягкой. Ты мягкая только внешне, внутри тебя несгибаемая основа. Она улыбалась всем. Твоей же улыбки удостоен не каждый. — Его губы дрогнули в почти-улыбке. — Она никогда не наступила бы кавалеру на ноги во время танца. А ты, насколько я видел, от этого даже получала удовольствие.

Я фыркнула, не удержавшись.

— Только если кавалер заслужил.

— Знаю, — Северин сжал мои пальцы. — Вот именно в этом разница. Мадлен была мечтой мальчишки. Добрым воспоминанием. Но ты...

Он замолчал. Смотрел на меня долго, изучающе.

— Ты — реальность. Живая. Настоящая. Со всеми своими колкостями, сарказмом, упрямством. — Его взгляд потемнел. — И когда я тебя целовал... я целовал не воспоминание. Я целовал именно тебя. Иветту.

У меня перехватило дыхание. Северин поднес мою руку к губам. Поцеловал костяшки пальцев.

— И если я когда-нибудь дам тебе повод думать иначе... — его голос стал жестче. — Скажи мне. Прямо. Без бегства. Хорошо?

Я смотрела на него. На его лицо — открытое, искреннее. На глаза — полные тепла.

— Договорились, — ответила.

— Спасибо.

Отпустил мои руки. Вытащил ключ из кармана и протянул мне. Отступил на шаг.

— Кстати, — сказал, явно стараясь перевести разговор на что-то более легкое. — Как насчет прогулки сегодня вечером?

Я моргнула.

— Прогулки? Сегодня? Вы ранены!

— Царапина, — отмахнулся.

— Отравленная царапина, — поправила я. — Гур говорил, лекарь рекомендовал покой.

— Лекари всегда что-то рекомендуют, — Северин пожал плечами и тут же поморщился, задев рану. — Работа у них такая.

Я закатила глаза.

— Вижу, как вам не больно.

— Совсем чуть-чуть, — герцог попытался изобразить невинность. — Иветта, я весь день пролежу в постели, как требует лекарь. А вечером — всего лишь небольшая прогулка. Свежий воздух полезен для выздоровления.

— Вы сами это придумали или лекарь так сказал?

— Я придумал, — признался. — Но звучит убедительно, правда?

Я фыркнула.

— Хорошо, — согласилась. — Но с условием.

— Каким?

— Я придумаю, чем мы будем заниматься на прогулке, — скрестила руки на груди. — Никаких ваших "давайте просто погуляем". Я организую вечер. Сама.

Северин приподнял бровь. Я сощурилась.

— Хотите отказаться?

— Нет, — он покачал головой. — Согласен на любые ваши условия. Вечером прогулка, вы организуете развлечение. Я подчиняюсь.

"Подчиняется. Ха! Посмотрим, как долго это продлится."

— Договорились, — деловито кивнула.

Пошла к двери, но остановилась на пороге. Обернулась. Северин стоял посреди комнаты, провожая меня взглядом.

— А теперь идите отдыхать, — сказала. — Я серьезно.

— Вы очень заботливы, — заметил Северин тихо.

— Просто не хочу, чтобы вы свалились в обморок посреди моего идеального вечера, — соврала. — Испортите всю затею.

Он не менее деловито кивнул.

— Конечно. Только поэтому.

Я вышла, не дав ему увидеть, как довольная улыбка расплылась на моем лице от уха до уха. Закрыла дверь. Прислонилась к ней.

"Ладно, Светулька. Нужно придумать что-то хорошее. Что-то интересное."

Идеи начали появляться.

"Можно устроить что-то с фонариками. Или..."

"Нет, погоди."

"А что если..."

Оттолкнулась от двери. Пошла по коридору — быстро, решительно. Нужно было найти Зулану. И Гура. И еще кое-что достать. Если уж что-то делать, то хорошо!

Я почти бежала вниз по лестнице. И не заметила, что довольная улыбка так и не сошла с моего лица.

* * *

В своих покоях Северин стоял у окна. Смотрел на заснеженный сад внизу. Поднял руку к губам. Коснулся их пальцами.

Все еще чувствовал ее вкус. Ее тепло. Ее дрожь под его руками.

"Иветта."