Киллер. Никому не отдам - Калерия Гумерова

Смелыми шагами она достигает моих колен. Моя жена становится той ещё манипуляторшей, кокеткой и одновременно чертовски привлекательной обольстительницей.

— Пустяки — это всё, кроме тебя, оленёнок. Я никогда для тебя не занят, запомни это!

Эсфи улыбается и закидывает руки мне на шею.

— Хочу сахарной ваты.

— Я обещал вчера, — киваю на её слова, — я куплю. Ещё что-то?

— Да.

— Что?

— Большого и дикого Рари, пожалуйста! — её носик скользит по моему, подразнивая.

— Если тебе хочется ваты сейчас сильнее, чем меня, то беги переодеваться, оленёнок, — я опускаю глаза в вырез её платья и оттягиваю указательным пальцем тонкую ткань.

Перед месячными её грудь всегда становится больше, сочнее, наливается и почти всегда торчит. Ох уж эти сосочки…

Эсфи хлопает меня по руке, смеясь, и поворачивается на выход. Успеваю шлёпнуть по аппетитной попке, отчего она взвизгивает и подпрыгивает.

— Я пойду в этом, Рари! — хихикает она и скрывается в коридоре. — Поехали!

— В смысле в этом?

Я точно поседею с ней раньше времени!

Беру ключи от машины и иду догонять свою шальную принцессу. В клубе на неё никто не смотрит под страхом кастрации. Но на улице… Там же слишком много людей!

— Эсфи, иди переоденься! — догоняю её на выходе.

— Тебе не нравится моё платье? — она поворачивается в проёме, упираясь двумя руками в раму по обе стороны.

— О-чень нравится, — это белое платье просто невероятно ей подходит. — Но может, ты переоденешься? На улице прохладно.

— Плюс тридцать пять, Рари! — Эсфи раскидывает руки в разные стороны и начинает кружиться, подставляя свои щёчки солнцу.

В последнее время она часто гуляет во дворе клуба, из-за чего её лицо покрылось симпатичными веснушками. Сегодня, после прогулки, я наконец покажу ей новую мастерскую, что ждала свою художницу. Не хотелось говорить о сюрпризе в разгар ссоры. Эсфи занималась с учительницей в своей спальне, где и спала. Надеюсь, это её обрадует!

— Переоденься. Пожалуйста.

— Не буду, мне это платье нравится, Эстер подарила.

— Тогда ты идёшь домой!

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Да, чёрт возьми! — вспыхиваю я.

— Хорошо, — поникшим голосом подчиняется она и опускает голову.

Одно её жалостливое «хорошо», и я уже готов лезть на потолок! Бл…дь!

— Ладно, я согласен, — сдаюсь я, — но если ты наденешь мою кофту.

— На улице жарко, Рари! Я не хочу!

Пухленькие губки дрожат. И я напрочь проигрываю, никогда не смогу сопротивляться её обидчивому личику.

— Не плачь, Эсфи, — прижимаю маленькую жену к себе и веду к машине. — Ты очень красивая в этом платье. Иди в нём, если тебе хочется!

Вообще какого х… я должен её заставлять переодеваться, если ей удобно в этом? Это проблема окружающих, если они будут пялиться на неё, лишаться зрения!

— Илья, эвакуируй людей, — приказываю я одноглазому бойцу, как только мы тормозим у парка.

Эсфи вылетает из салона первой вместе с фотоаппаратом, я следом за ней. Бойцы рассредоточиваются по территории, чтобы контролировать каждый уголок.

— Весь парк? — уточняет Илья тихо, пока Эсфи фотографирует вывеску на входе.

— Да, б…ь! И живее, — один молодой паренёк окидывает мою принцессу взглядом, пялясь исключительно на её ножки, а потом на грудь.

Если бы не рука Эсфи в моей, то метнул бы в его глазное яблоко нож, лучше сразу в оба!

— Ты рехнулся, тут их больше сотни!

— Тогда перестань болтать и займись делом! — рычу я на мужчину. — И того парня убери, — киваю я на мальца.

— Б…ь, если это из-за её платья, не такое уж оно и короткое.

— Ты разглядывал мою женщину? — вспыхиваю я.

— Всё, я пошёл, хозяин!

Я громко вздыхаю, пытаясь совладать с желанием убить всякого, кто даже просто мельком смотрит в сторону моей маленькой розовой жены.

— Пойдём сначала на качели? — спрашивает она меня с глазами, полными энтузиазма.

— Пойдём. Всё, что ты захочешь!

Кажется, я противоречу всем указаниям Эстер. Вообще плевать! Это ведь моя жизнь! Я хочу баловать свою жену и делать всё, что она хочет! Если это плохо — тоже плевать. Её стандарты здоровых отношений не для нашей семьи. Хоть мы и проходим терапию с Эсфи, стать обычными у нас точно не получится, нормальными тем более!

Наш мир другой, восприятие тоже. Послушав монолог Эстер, я никак не вдохновился её принципами. Не знаю, как на это реагирует Сатан, но я решил действовать, как подсказывают мои собственные мысли.

— Вата! — Эсфи дергает меня за предплечье и резко тянет в другую сторону. — Малиновая, Рари! Дай мне деньги!

Даю ей пачку наличных, она тут же убегает к прилавку, к которому я подхожу спустя минуту.

— А можно её посыпать шоколадом?

Женщина странно косится на неё, видимо, думая, что моя жена шутит. Но когда моя тень вырастает за её маленькой спиной, продавщица практически вжимается в прилавок.

— Воды без газа и молочный шоколад, — добавляю я к заказу Эсфи.

— Может, мороженого?

— Нет, оленёнок, у тебя может заболеть горло!

— Ну ладно… ваты пока хватит! А можете посыпать хотя бы вот этими разноцветными звёздочками?

— Это для…

Я смотрю на неё испепеляющим взглядом.

— Да, конечно! — сдавленно отвечает продавщица, криво улыбаясь.

— Рари, смотри! — держа в руке розовую шапку сахарной ваты, украшенную блестящими звёздочками, она с нетерпением протягивает мне лакомство. Её голубые глаза сияют от восторга, а меня наполняет невероятное чувство изнутри.

Оно расширяет грудь и приятно разливается по всему телу. Как же сильно я её люблю!

Эсфи отрывает воздушный кусочек и отправляет в рот. Я наклоняюсь и нагло забираю тающий сахар своим языком.

— Рагна-ар! — протягивает она. — Я же могу поделиться!

— Мне так вкуснее, — прикусываю её нижнюю губу и втягиваю в рот.

Мой оленёнок смущается и начинает улыбаться.

— Будешь ещё? — спрашивает она, наклоняя голову.

Нет, она не смущается. Эсфи заигрывает!

— Когда мы придём домой, — шепчу я ей на ухо, — я сначала покажу тебе сюрприз, потом уложу прямо на полу и разолью малиновое варенье по всему твоему телу.

— Зачем, Рари? Я буду вся липкая!