Подделка - Екатерина Ровская

Неужели его сестра? Та самая, на которую я так сильно похожа?

Почему-то именно эта мысль пришла мне в голову самой первой. А инопланетянин лишь стоял и молча смотрел. А потом медленно, буквально заставляя себя, приблизился к вольеру и осторожно, едва слышно, постучал по пластиковой стене.

Что он делает?!

Каюсь. У меня начали появляться сомнения в разумности моего спутника. Что я в сущности о нем знаю? Что я знаю о том, через что ему пришлось тут пройти? Даже самые стойкие ломаются. Может и он…

Так я размышляла ровно до того момента, как услышала со стороны прикованного к кушетке тела странный звук, похожий на глухое мычание!

Кажется безумие заразно!

Никто и ничто не способно было здесь выжить! Не так! Не в таких условиях! Долгое время среди вони гниющих тел, среди смрада и гари! Без еды и воды! Абсолютно обездвиженным! И... В вольере явно был очень сильный пожар. Сгорело абсолютно всё, кроме металлической кушетки и специальных наручников... Словно они были сделаны из огнеупорной стали... Словно кто-то заранее знал, что это свойство для этих вещей необходимо... Словно кто-то знал, что пожар возможен и очень даже вероятен и не хотел чтобы узник вырвался на свободу...

Узник, способный этот пожар устроить...

Или узница...

Это же не может быть...

Да?

Я поймала себя на том, что медленно пячусь назад. Шаг за шагом. Не сводя взгляда с тела под слоем пепла, которое начало тихонечко шевелиться.

У меня галлюцинации!

Мне это кажется...

— Я нашел ее через несколько дней после того, как все началось. Вот в таком беспомощном состоянии. Вокруг царил настоящий хаос. Персонал метался, пытаясь спасти свою жизнь. Никому не было дела до пленников. Почти всех сожрали в первые дни. "Счастливчиков" на следующие. Ей не повезло родиться с определенной особенностью. То, что в иных ситуациях считается невероятным благом, сыграло с ней злую шутку. Регенерация, равной которой по силе нет ни у одного живущего в этой галактике создания... И неспособность умереть ни от голода, ни от жажды, ни от холода и огня... Тем более от своего собственного...

— Гвэйла... — губы не слушаются, язык заплетается как у пьяной. Я не уверена, что когда-то была в состоянии подобном этому. Никогда и ничем не была так шокирована.

— Я принял тебя за нее тогда. Там, наверху. Думал ей удалось спастись...

— Это твоя сестра? — шепчу я.

— Нет... к счастью. Моя сестра умерла раньше. Просто я хотел ее спасти. И не смог. Слишком много тварей. А у меня не было оружия. Она просила... Умоляла помочь ей! А я ушел! Бросил! Хотел вернуться и много раз пытался. Но прорваться сюда становилось всё сложнее. Твари размножались и охотились уже стаями. А потом я потерял надежду ее спасти. Надеялся, что она умерла. Что регенерация отказала... Если бы я знал...

Глава 18

В голосе мужчины столько всего, такой невероятный коктейль. Хочу повернуть голову, посмотреть на его лицо, увидеть выражение. Хочу… но не могу отвести взгляд от самой жуткой картины в своей двойной жизни. Как из под слоя пепла медленно проявляется грязное, изможденное лицо, больше напоминающее голый череп, обтянутый тонкой иссохшейся кожей. Впалые щеки и глазницы, выпирающие гости… Темные волосы, похожие на измочаленную паклю.

Боже…

Там, наверху, меня интересовал вопрос… А есть ли на этой забытой богами планете живые. Теперь я очень сильно в этом сомневаюсь. Потому что только сейчас поняла разницу между понятиями "выжившие" и "живые"... И да, Боги эту планету давно забыли…

Я заторможено, в полном шоке, смотрела на то, что осталось от некогда молодой и возможно даже красивой женщины. И собственные волосы начинали шевелиться на голове по мере того, как осознание произошедшего с ней здесь, в этой клетке, доходило до моего сознания…

Тот запах… та вонь, что встретила нас при входе в лабораторный отсек… Удушающий запах гари, который перебил даже миазмы разложения. Вот почему он до сих пор не выветрился! Потому что это была она… и это происходило с ней снова и снова… бесконечно… Бесконечный ад… Ловушка без единой лазейки… Жуткий замкнутый круг, из которого нет выхода…

Гвейлы… Несчастные, но невероятно опасные создания с нестабильной силой… Опасные для всех окружающих, но в первую очередь для себя. Те, чья нестабильная сила завязана на эмоции… А регенерация на силу…

Господи!

Сколько времени провела она здесь, обездвиженная, измученная, одинокая? Наблюдая с самого начала агонию этого проклятого во всех смыслах места и его обитателей? Она видела как гибли сотрудники… Смотрела, как пожирали тех, кто был в других клетках… Видела последние мгновения их жизни… Слышала их полные мучительной боли и ужаса крики… Наблюдала, как оставшиеся без еды, оголодавшие твари пытаются добраться и до нее, день за днём проверяя на прочность стены ее узилища…

Сколько раз, сорвавшись от всего этого, она воспламенялась?!?!

Десятки?! Сотни?!?!

До тех пор пока на уже неизвестно каком по счету разум не начал покидать ее… Вырвавшись на свободу и оставив гнить заживо тело…

Но не умирать!

"...Ей не повезло родиться с определенной особенностью. То, что в иных ситуациях считается невероятным благом, сыграло с ней злую шутку… Неспособность умереть ни от голода, ни от жажды, ни от холода и огня... Тем более от своего собственного…"

Она почти умирала раз за разом, снова и снова! А потом восстанавливалась как феникс, медленно и… мучительно?!

Она не способна умереть, но… а чувствовать?!

— Она ведь абсолютно всё чувствовала… — шепчу я, почти вжимаясь в грязное стекло не менее грязным носом. — Всё…?

— Да… — слышу я такой же тихий шепот в ответ. — Гвэйлы способны восстановиться от любой раны, даже отращивать утраченные конечности, но… боль они ощущают наравне с остальными…

Она сгорала заживо в огне много раз, испытывая адские муки. А потом столько же раз восстанавливалась! Испытывая невыносимую боль от ожогов и не только. Я ещё помню как горела кожа на месте царапин от когтей птеров… бросков… И это неглубокая рана!

Без медицинской помощи! Без анестезии и обезболивающих! Со 100 процентами ожогов тела! Не способная даже перевернуться и сменить позу! Вынужденная гадить под себя!

Онемение рук… Пролежни! Которые появлялись, исцелялись и снова появлялись!

И это не всё…

Голод… Жажда…

Они мучили ее все это время, грызли изнутри. Она не могла от них умереть, но они пытали ее день за днём!

Но страшнее