Любовник - Кристина Лин

— Привет, — говорит он хрипло, заставляя мое тело вибрировать от удовольствия. Век бы слушала его голос. — Пойдем, — добавляет мужчина и берет меня за руку.

По телу пробежал табун мурашек и успокоился он только в животе, растворившись в бабочках, которые устроили там вечеринку. Но нет, я сильная, и, конечно, не позволю себе превратиться в радостного дельфина от одного только прикосновения.

«И почему ты так вкусно пахнешь?» — думаю, пока мы едем в лифте. В узком пространстве небольшой кабинки мужчины снова стало слишком много для моей, почти сдавшейся, гордости.

На пятнадцатом этаже лифт останавливается. Мужчина подходит к одной из дверей, достает ключи и открывает.

— Проходи, — приглашает меня войти. И я иду.

Конечно, ничего не будет между нами сегодня. Мы ведь еще не помирились, и я его не простила. Ну, ладно, может, и простила. Но ему-то я не говорила об этом. И сейчас, что будет сейчас? Очередной сюрприз? Ступаю в комнату, оглядываясь.

— К черту все! — говорит Жданов, обхватывая мою талию и привлекая к себе.

Он впивается в мои губы, прижимая так плотно к своему телу, что шанса на сопротивление уже не остается. Ошметки моей гордости осыпались к его ногам, а бабочки в животе устроили рок-вечеринку. Разум нервно булькнул о том, что я не планировала на сегодня секс. А тело отозвалось таким протяжным стоном, от которого даже у меня свело внутренности в предвкушении.

Глава 32

Алексей.

Вырвать Лару из привычного и поговорить — идея хорошая. Только с этой женщиной просто не бывает. Я уже не знаю, чем еще ее взять. Поэтому, чувствуя себя полным придурком, вместо того, чтобы работать, я по форумам зависаю в поисках идей. Твою же мать! Чего только бабы не пишут, башкой тронуться недолго.

Первый и самый простой вариант, понятный любому мужику, — цветы. Сработало или нет — хрен узнаешь, она же трубку не берет! Ха-ха, Жданов, не можешь держать себя в руках — получишь игнор.

В холодный пот бросает, и дышать становится трудно. Никогда так сильно не волновался, это пиздец просто.

Звонить больше не решаюсь, потому, что страшно услышать отказ. А знать ее реакцию на мои подарки хочется. И не придумываю ничего лучше, чем приказать установить в кабинете моей феечки скрытую камеру.

Теперь у меня новое развлечение. Я, как маньяк, рассматриваю свою конфету в мониторе. Кому сказать — засмеют. Никогда так на женщине не клинило. Полно же баб вокруг. Но нет, мне нужна именно эта. Самая сладкая девочка в моей жизни.

Вот ей посылку от меня приносят. Напрягаюсь, как перед ударом. Если выбросит все, то вообще не представляю, что делать дальше. Совсем меня извела уже, моя сладкая. А она посылку открывает, улыбается, десерт пробует. В нокаут меня отправляет.

Вкусно тебе, милая? А мне как вкусно, слюни текут, челюсти сводит, в паху ноет. А ты там сидишь, неприступная такая со мной. И такая открытая, когда думаешь, что я не вижу. Охренеть, какая сексуальная. И как тебя отпустить? Никак это не смогу сделать.

Лариса поддевает пальчиком крем, в рот отправляет, палец облизывает, прикрыв глаза от удовольствия. И меня ломать начинает, до спазмов в паху. Если бы не был уверен в том, что она про камеру не в курсе, подумал бы, что это приглашение. Почти сорвался со стула уже. Потом сдержался.

— Бляяяя, — вырывается из рта хриплое шипение.

Контрольный, мать ее, в голову! Смотреть можно, трогать нельзя. Зашибись, аттракцион!

А я и смотрю, пот со лба вытираю и смотрю.

Лара встает из-за стола, к зеркалу подходит, блузку на себе поправляет. В кабинет к ней какой-то мужик заходит, что-то говорит. Бумажки ей на стол кладет. А она наклоняется, задницей в камеру.

Ларочка, ты точно не знаешь про камеру? А то я, блять, кончу сейчас, как пацан, в штаны спущу. Нарочно что ли ты это делаешь? Так и поседеть недолго, милая. Совсем извела меня.

Еще и мужик этот, на пятую точку ее пялится. Не в курсе, что мое там все. Уволю нахрен, чтобы даже в мыслях своих ничего не позволял себе! А она еще бумажки ему протягивает, улыбается. Искренне так. Скулы сводит от этого безобразия. Воспитывать и воспитывать еще. Да я бы хоть сейчас этим занялся. Но нет же, она же на звонки не отвечает.

Через две недели такой терапии я окончательно дошел до ручки. По рукам себя бью, чтобы на видео с камеры не смотреть. Невыносимо ее видеть и не трогать. И она ни разу не позвонила! Даже не написала!

Идеи закончились, осталось последнее. Подготовить все было нетрудно. Гораздо труднее настроить себя на спокойный лад, чтобы не сорваться. Возле подъезда я ошиваюсь около часа, дожидаясь серый форд.

От волнения курить начал, пол пачки скурил, пока ждал ее. Потом выбросил остатки в урну, от соблазна подальше.

Сердце колотится, как сумасшедшее. То в жар, то в холод бросает. От одной мысли, что не пойдет со мной, страшно до покалывания в пальцах. Никогда не был трусливым, а тут ведет прям, как мальчишку.

Когда Лара подходит, меня клинит. Вот-вот заикаться начну. Она так близко, еле сдерживаю себя. Так неправильно, когда недоступная. Но я же решил, что не трону, пока не позволит. Совсем паинькой стал, самому противно.

В руках себя держу, руки в кулаки сжимаю. Я силу воли две недели тренировал, думал, этого достаточно. Ни хрена, не достаточно. В квартиру заходим, я запах ее волос вдыхаю и мозг выключается.

— К черту все! — слышу, как во сне, не осознавая, что произношу это вслух.

Ее к себе притягиваю, в губы впиваюсь. А она еще стонет так сладко, желание подстегивает. Хоть бы до спальни дотянуть. Нет, не смогу. Прямо тут ее трахну. Мне надо это, очень. Первый голод утолить, а потом уже и в спальню можно переместиться.

Одежду с нее срываю, действуя быстро и решительно. Не давая возможности сопротивляться. Да она и не пытается. Ко мне тянется, в спине выгибается.

Платье стягиваю с нее, а там белье новое и чулочки. И она так на работу ходит? Перед другими мужиками жопой виляет? А мне не дает. Сожру! Всю себе заберу, никому не оставлю!

Мышцы на пределе, сознание в отключке. Только стоны ее и запах. Облизываю кожу на шее, к груди спускаюсь. Вкусная моя девочка, везде сладкая. Полоску трусиков в сторону отодвигаю и внутрь скольжу пальцем. А там мокро все,