Его одержимость. Время вспять - Дилара Маратовна Александрова

— Ты меня выдашь? — поразился Кассарион. — Ты это что, серьезно?

— Мы уже не дети, Касс. Быть за друг дружку раньше означало хранить общие секреты, а сейчас — не дать другому умереть.

— Не нужно отчитывать меня, как ребенка, — в очередной раз огрызнулся Кассарион. — Я уже давно вырос, и не собираюсь слушать всякую ерунду. Я знаю, что делаю. Лучше пойдем на танцы, а споры оставим, — взгляд Кассариона упал на бирюзовое сердечко — его сердечко, лежащее на туалетном столике между флаконом духов и какой-то бутылочкой крема. — А это что? — спросил он, чувствуя, как под ребрами отчаянно колотится сердце.

Что она… думает о нем?

— А, это, — отмахнулась Джудит. — Какой-то ребенок подарил, — пожала она плечами, — Не знаю, конечно какой, но уж точно не старше тебя. Ведь ты тоже ребенок, — Джудит показала Кассариону язык, очень по-дурацки его передразнивая.

— Ты сказала, что мы уже не дети.

— Одно другому не мешает, — ответила Джудит, называвшая Кассариона маленьким каждый раз, когда учила его жизни.

Кассарион вздрогнул, вспыхнул, волосы его, казалось зашевелились от возмущения, как юркие змейки.

«Это подарил какой-то ребенок», — звучало набатом у него в висках.

Она не воспринимает знак его симпатии всерьез. Она думает, это какая-то забавная шутка, не требующая особого внимания. Она даже не съела его мангровую конфету!

— Да ты сама ведешь себя, как ребенок, — зло кинул Кассарион, метнувшись в сторону двери. Если он сейчас не уйдет, что-нибудь в комнате точно лопнет. — И больше не показывай мне язык!

Когда дверь хлопнула, Джудит глубоко, очень глубоко вздохнула и покачала головой — нет, в последнее время с Кассарионом просто невозможно разговаривать. Он словно напряженная струна, как раскаленная плита — если дотронешься, то обязательно поранишься или обожжешься.

Джудит взглянула на себя в зеркало и обомлела: ее волосы стояли дыбом, словно ее хорошенько ударили электричеством. Прическа не просто была безнадежно испорчена, теперь Джудит стала похожа на морского ежа, у которого выдалось очень скверное утро. И как она в таком виде пойдет на танцы?!

Нет, это уже ни в какие ворота не лезет!

— Кааас!! — взревела Джудит, превращаясь в яростного тираннозавра, готовая растерзать все на своем пути. — Каааааассс!!

Глава 17. Гора сюрпризов

Не описать, как зол он был в этот момент. Зол и обижен. В груди жгло, дыхание сбивалось, хотелось поднять что-нибудь в воздух, что-нибудь очень тяжелое, и швырнуть, разгромив половину домовой стены. Что бы он ни делал, Джудит в упор не видела его чувств. В чем он хочет признаться…

Конечно, Кассарион сам скрывал свою личность — того самого тайного поклонника, но было бы легче, знай он, что она хотя бы воспринимает послания всерьез.

А тут — безразличие, пожимание плечами и милая улыбка. Мол, ребенок. Кто знает, что там этим ребятишкам придет в голову? Джудит была вожатой нескольких групп младших классов и парочки средних, она проводила экскурсии по простым туристическим маршрутам исторических мест Омеги. Наверняка, подумала, что сердечки ей подкладывает кто-то из подопечных.

Кассарион спустился на первый этаж, прислонился спиной к прохладной стене и попытался успокоиться. Вдох, выдох. Вдох… прикрыл глаза, подняв лицо к потолку. Как же он зол… кровь будто кипит, разгоняясь по венам раскаленной лавой. В последнее время его телепатия набирала силу буквально за несколько мгновений, адреналин ударял в голову, лишая всякого самообладания. Парень с трудом удерживал себя. Чтобы выплеснуть бушующую энергию, он заходил все дальше в джунгли, игнорировал все больше карантинных зон. Будто совершаемое им безрассудство помогало избавиться от внутреннего напряжения, требовавшего сделать что-нибудь действительно опасное.

— Она не дает согласия, сколько бы я ее не уговаривала, — расстроенный голос матери выдернул Кассариона из тревожных мыслей. Парень вдруг обнаружил себя около кухни, родители не видели его, он стоял за стеной. — Кэролайн сказала, что откажется от опеки Джудит только через свой труп. Ну как ей объяснить, что Джу будет гораздо лучше, если мы ее удочерим?

Сквозь Кассариона словно прошел электрический ток. Что она сказала? Удочерить… Джудит? Сердце в груди ударило глухим набатом так, что у него зашлось дыхание. Парень даже не стал стоять и слушать, что скажут дальше его родители и ворвался на кухню, словно ураган.

— Вы хотите удочерить Джудит?! — спросил он так громко, что Виктория вздрогнула от неожиданности.

— Ох, Касс, милый. Мы не хотели никому говорить, пока Кэролайн не даст окончательного согласия, но она, к сожалению, против. На самом деле давно пора было это сделать… мы хотели еще пару лет назад, но Кэролайн…

— Да плевать на нее, а у меня вы спросили? — возмущенно выпалил Кассарион.

— А ты разве против? — на удивление спокойно спросил его Файрон, сложив руки на груди. — Я думал ты будешь рад, если у тебя появится старшая сестра. Джудит отличный кандидат, тем более ничего не поменяется — она будет выполнять все те же функции, что и раньше. Сдается мне, в последнее время только она может усмирить твой праведный гнев. Правда, до меня так и не доходит, в чем он праведный — ты злишься по любому поводу.

Отец говорил, а Кассарион его не слышал.

Старшая сестра. Его старшая сестра!

Это походило на какой-то лютый фильм ужасов, или форменное издевательство, или просто идиотизм. В любом случае, в этот момент Кассарион почувствовал себя беспомощной жертвой.

Если Джудит станет его старшей сестрой, все кончено. Даже когда он вырастет, он не сможет предложить руку и сердце своей сестре, пусть и не родной, не кровной. Ведь он планировал позвать Джудит замуж сразу же по достижению возраста совершеннолетия. А теперь…

Это будет выглядеть настолько нелепо