Вне конкуренции - Лиз Томфорд

class="p1">И я говорю это не просто для того, чтобы согласиться с ней сейчас. Я действительно понимаю, что между нами больше ничего не может быть. Слишком рискованно, особенно теперь, когда уже ходят слухи.

О чём я вообще думал? Я ставлю под угрозу её карьеру и репутацию — то, что обещал защищать.

Риз выходит из лифта в свою квартиру и оборачивается ко мне.

— Спасибо, что проводил меня домой.

Я киваю, пытаясь улыбнуться.

— Спасибо, что позволила украсть тебя со свидания.

Она тихо усмехается и отвечает маленькой, но грустной улыбкой.

И мы просто смотрим друг на друга, пока двери лифта закрываются, понимая, что это последний раз, когда мы можем смотреть друг на друга вот так.

Риз

— Есть ли ещё что-нибудь, что нужно тебе или твоему отделу? — спрашиваю я Кеннеди.

Сидя на стуле по другую сторону моего стола, она просматривает блокнот в руках, где пунктами записано всё, что мы обсудили за последний час этой встречи.

— Пока ничего не приходит в голову.

— Твои сотрудники уважительно относятся к твоей новой должности? Переход прошёл нормально?

— Да, всё хорошо. Думаю, то, что я последние несколько месяцев прошлого сезона уже исполняла обязанности главного врача, помогло легче официально занять эту должность в этом году.

— А игроки? Они нормально относятся к тебе и твоей команде?

Она на мгновение колеблется.

— Большинство — да.

Кеннеди не нужно ничего объяснять. Я прямой начальник Харрисона, а он даже меня не может заставить себя уважать. Уверена, она уже пару раз сталкивалась с его покровительственными комментариями.

— Я этим занимаюсь, — пытаюсь заверить её, не вдаваясь в подробности своего плана.

Она кивает.

— А Натали? У неё всё хорошо в новой роли? — спрашиваю я, имея в виду нового спортивного тренера, которого Кеннеди наняла на своё прежнее место. — Я могу чем-то ей помочь?

На губах Кеннеди появляется гордая улыбка.

— У неё всё отлично. Она трудолюбивая. Умная. Целеустремлённая. И парни уже подкалывают её в тренировочной комнате, когда приходят на процедуры, а это значит, что она им нравится.

— Звучит очень похоже на тебя.

— Думаю, мы обе знаем, что для женщины в этой индустрии нужен определённый характер… и крепкий хребет.

— Это точно, — отвечаю я, и в моём голосе проскальзывает усталость.

Она склоняет голову, внимательно изучая меня.

— А ты как?

— Я думала, что это я веду встречу, доктор Роудс? Я должна проверять, как у тебя дела.

— Да, но если ты отвечаешь за всех остальных, то кому тогда жаловаться тебе? То, что ты начальница, не значит, что ты не можешь иногда поворчать. Так что давай, рассказывай.

Она откидывается на спинку стула с хитрой, понимающей улыбкой, которая слишком сильно напоминает мне ту, что я постоянно вижу у её мужа.

В её словах есть правда. Не зря говорят: «на вершине одиноко». Но именно на это я подписалась, выбрав эту карьеру. Даже просто будучи владельцем команды, получаешь море критики. А если добавить, что я первая женщина в этой роли… А ещё то, что я управляю бейсбольными операциями этой франшизы… Иногда кажется, что вокруг одна ненависть.

Те, кто ненавидит, всегда самые громкие.

Но Кеннеди всё-таки моя сотрудница, и, как бы я ни была уверена, что она понимает подобные вещи — ведь ей самой приходится сталкиваться с похожими настроениями, это всё равно моя ноша. Я не хочу, чтобы критика, направленная на меня, влияла на людей, которые работают под моим руководством.

— Всё было… — я осторожно подбираю слова, — громко.

Громкие заголовки. Громкие критики. Громкие сомнения, которые иногда прокрадываются даже в мою собственную голову.

— Понимаю. Я вижу заголовки в интернете. Постарайся не слушать их. Единственные люди, которые действительно знают, как работает этот клуб и насколько хорошо ты справляешься — это те, кто работает на тебя.

Она не была на заседаниях консультативного совета, чтобы знать, что не все из тех, кто работает на меня, считают, что я справляюсь так уж хорошо.

— Спасибо, Кеннеди. Я ценю это.

— Спасибо за встречу. — Она поднимается со стула. — Мне нравятся наши ежемесячные разговоры.

— Конечно. Но если что-то случится раньше следующей встречи, ты знаешь, где меня найти.

— Спасибо, Риз. Увидимся на командном пикнике на следующих выходных?

— Нет, — быстро отвечаю я. — Пусть игроки веселятся.

— Я не игрок, и я иду. И вся моя команда идёт. Тебе стоит прийти. Там всегда весело, и это хороший способ узнать людей вне офиса.

Я благодарно улыбаюсь.

— Для меня всё немного иначе.

То есть: никто не хочет видеть своего начальника — человека, который подписывает твою зарплату и может повлиять на твою карьеру, когда ты просто пытаешься расслабиться с друзьями.

— Ну, если передумаешь, ты знаешь, где нас найти, — говорит она, выходя из моего кабинета и проходя мимо всё ещё пустой стойки ресепшена. — Хорошего дня, Риз.

Я пока не делала слишком много публичных шагов, в основном просто наводила порядок за кулисами. Но повышение Кеннеди Роудс до главного врача в прошлом сезоне было моим первым большим решением, и я ни разу не пожалела о нём.

Остаётся надеяться, что и будущие решения я буду принимать с такой же уверенностью.

Кстати о решениях — сегодня днём у меня запланировано несколько собеседований на должность администратора. Я беру сумку, закидываю её на плечо и выхожу из кабинета в конференц-комнату на втором этаже, там атмосфера будет менее пугающей, чем в моём офисе.

В офисах сегодня тихо, поэтому по дороге к лифту я почти никого не встречаю, и он открывается на моём этаже сразу после того, как я нажимаю кнопку.

Стоит мне зайти внутрь, как в голове вспыхивает воспоминание о прошлой субботней ночи.

Моя спина у стены.

Ноги обвиты вокруг талии Эмметта.

Его губы на моих, скользящие вниз по шее, по ключице. Как близко он был к тому, чтобы стянуть мой бюстгальтер и...

— Можете подержать дверь?

О боже. Этот голос я узнаю где угодно.

Я придерживаю двери рукой, чтобы они не закрылись, давая дедушке время выйти из-за угла.

Я обожаю этого человека, но, к сожалению, он последний человек на Земле, которого мне хотелось бы сейчас видеть, пока я мысленно прокручиваю каждую секунду того, что делала со своим сотрудником в прошлые выходные.

— О, вот и моя девочка, — радостно говорит он, неспешно заходя в лифт рядом со мной.

Собравшись, я целую его в щёку, когда двери закрываются и мы остаёмся вдвоём. Он нажимает кнопку этажа прямо под нашим, а я — второго, который