Психушка. Любовь до гроба - Катерина Пелевина

Даня молчит… Только крепко сжимает мою руку, но… Мне теперь так плохо. Даже несмотря на поддержку ребят.

Когда мы оказываемся внутри, ко мне сразу же подходит врач и, оттесняя меня от остальных, уводит в сторону.

— Аврора, что ты знаешь?

— Ничего… Ничего, клянусь…

— Слушай… Арсений — совершеннолетний, но просто так прерывать курс лечения в психиатрической больнице, он не имеет права… Если знаешь что-то, лучше скажи… Ему так будет лучше. Иначе нам придётся передать данные в полицию…

— Я… Клянусь, что не знаю… Но если бы знала… Не сказала бы. Ни за что, — честно признаюсь, а он вздыхает.

— Его отец, Аврора… Он будет его искать…

— Я не понимаю, что происходит.

— Если придёт сюда… Имей в виду, что докопается до правды. У него везде свои уши, — сообщает он мне, заставляя проглотить ком. Я очень не хочу навлечь какую-то беду. Пусть я не до конца понимаю, но уверена, что его отец не очень хороший человек…

Альберт Владиславович уходит, а ко мне тут же возвращаются Илона с Даней.

— Ну что? — оба тут же хватают за руки и навостряют уши. — Что он хотел?!

— Ничего нового… В принципе… Я не знаю даже… Он не говорил мне. Но…

— Что такое?

— Прошлой ночью он сказал, что даже если уйдёт, то только для того, чтобы вернуться за мной… Типа того…

— Чушь какая, — хмурится Даня. — Погоди… — задумчиво тянет он, нахмурив свои рыжие густые брови.

— Что, Даня, что???

— Я слышал разговор… Его разговор с парнями… В коридоре тогда, когда к нему приезжали, помнишь? Словно он кого-то искал. Лететь куда-то собирался… Или типа того…

— Типа того, чудик?! И ты молчал, блин?! — огрызается на него Илона.

— Я, блин, только сейчас вспомнил! Думаешь, мне понятно что-то было?! Я вообще подслушивал…

— И что… Даня, ещё что…?!

— Ну, он говорил типа… Присмотрите тут за моей… Просил их, кароче… Чтобы за тобой приглядели… Потом они ржали чё-то, я не понял.

— Вот ты придурок, — тут же возмущается Илона.

— Прекрати обзывать меня! Ты вообще не хотела общаться и всё. Теперь сделай, пожалуйста, вид, что меня не существует. Я буду благодарен, — фыркает он на неё, обиженно отвернувшись ко мне лицом, а к ней спиной.

— М-м-м… Это будет не сложно, — растягивает она губы в усмешке, а я начинаю плакать… — Эээй… Ну ты чего… Извини нас… Мы не будем больше…

— Смотри до чего её довела!? Только о себе думаешь! — рычит на неё Данька.

— Заткнись! — агрессирует она в ответ. Я уже не могу с ними…

— Прекратите оба! — шмыгаю носом, а Даня обнимает меня.

— Слушай, слёзы ничего не решат, — шепчет Илона, нежно коснувшись моего плеча.

— Да ну… Тебе откуда знать? Ты вообще умеешь сопереживать или плакать? — опять звучит голос Дани… Мне кажется, они тут загрызут друг друга, если их не разнимать, реально. Ужас какой-то.

— Я серьёзно, ребят. Мне страшно… Для чего-то же он меня оставил… Как так? Зачем тогда всё это… Взял и просто…

— Этому есть объяснение, я уверена, Аврора… Он слишком тебя любит, чтобы взять и исчезнуть просто так, понимаешь?

— А если это опасно? Если с ним что-то случится? — вытираю я щёки снова. Давно так не плакала, а теперь меня просто разрывает от эмоционального перегруза. Я ведь реально полюбила его… И не хочу терять.

— Громов — тёртый калач. Ничего с ним не случится. Уверена, если он сбежал, у него есть какой-то чёткий план…

— Так… Даня, ты сказал, что он обсуждал это с друзьями, верно?

— Ну… Я точно не знаю. Вдруг я что-то не так понял, блин?! И потом он поймал меня за грудки и сказал, что отгрызёт мне голову, если я что-то тебе расскажу… Понимаешь?!

— Трус… — фыркает Илонка в своей манере.

— Дань… — перебиваю я, пока они не начали снова сраться. — Я всё понимаю, но… Мне нужно знать… Может ещё что-то?

— Вроде бы нет… Я бы точно запомнил… Разговор был очень странным. Они будто давно об этом уже договорились, поэтому я половины и не понял.

— Я не могу просто сидеть тут, пока он неизвестно где и неизвестно что творит… Он может сделать хуже… Тем более, его объявят в розыск, блин…

— И что ты предлагаешь? — спрашивает Даня, уставившись на меня с изумлением.

— Я тоже сбегу отсюда… И поеду искать его друзей…

— Что?! — возмущенно выпаливает Даня. — Ты с ума сошла, да?! Совсем уже крыша, тихо шифером шурша?!

— Нет, она права… — тут же поддерживает меня Илона. — Я бы тоже так сделала… Я помогу.

— Правда? Ты мне поможешь сбежать?

— Да, помогу… И если ты, рыжик, струсил, тогда вали отсюда прямо сейчас! — дробит она стальным тоном, прищурив на него свои выразительные глаза.

— Я не струсил, мать Тереза! Тоже мне, блин… Лучшая подружка нашлась!

— Я тебя сейчас придушу, патлатый!

— Да это я тебя…

— Ребят… — хмурюсь я, глядя на них по очереди. — Серьёзно… Дань… Что скажешь?

Он сосредотачивает на мне свой смирившийся взгляд и выдыхает:

— Ладно… Я в деле… Операция «Побег из психушки за угрюмым мальчиком» объявляется открытой…

Глава 26

Аврора Стадницкая

— Привет, мам… Мне нужен паспорт, в общем… Привезешь? — звоню матери впервые за пребывание здесь… Сама… А у неё тут же кучей сыплются вопросы.

— Зачем это? Зачем тебе там паспорт?!

Мы с Илоной заранее придумали легенду, потому что иного пути не было. Я же знала, что она просто так мне ничего не привезёт. Такая у неё натура, везде залезть, даже если я уже совершеннолетняя… Но я не виню её. Ведь она моя мама… Я бы, наверное, тоже заволновалась… Не знаю. Хотя я никогда не представляла себя в роли чьей-то матери. На секунду задумавшись, даже по коже пробежала неконтролируемая дрожь.

— Тут девочка, моя соседка, она занимается рекламой в сети… Я тоже начала пробовать, и там нужно оформляться в общем. Чтобы получать деньги… Как самозанятой… Вот… Мне нужны данные…

— Ой… Аврора, а зачем тебе деньги? Я ведь даю на карманные расходы… И вообще… Вдруг какая-то мутная схема, а?

— Мам… — хмурюсь я, увидев выражение лица Илоны, которая качает головой, потому что мама слишком громко возмущается в трубку.

— Мам… Мне нужен заработок. Это нормально в моём возрасте… Пора уже самой зарабатывать…

— Да? Ты уверена? — ещё раз переспрашивает мама.

— Да, мам… Я уверена…

— Ну, хорошо, привезу… Слушай, твой отец опять не ночевал дома… — начинает она свою привычную шарманку, и я выдыхаю.

Пока