Развод с истинным. Инквизитор для попаданки - Хэля Хармон

к своим воспоминаниям — неподатливый разум отказывается подчиниться. Всё моё существо требует распасться на инстинкты и ни о чём не думать. Но Ри спросил меня. Для него я постараюсь вспомнить.

— Да, Ри… Я помню… И первую брачную ночь. И все последующие… но… — слова подбираются с трудом.

— Но?..

— Точно это было не со мной. С моей сестрой-близнецом. С актрисой, что играла мою роль. Что выглядела как я. Из её глаз я всё видела… Но всё-таки… — голос дрожит. Если бы ни его обстрённый звериный слух, понял бы он меня?

— Знаешь, Софи… — Ри опускается ниже, чтобы быть ближе ко мне, и дальше шепчет мне в самое ухо, опаляя горячим дыханием, — я тоже чувствую всё по новой. Как будто мне выпал шанс прожить первую ночь с любовью всей моей жизни заново…

— Ри… — я невольно всхлипываю и чувствую, как горячая слеза щекочет мне внешние уголки глаз… медленно сбега́ет на виски и теряется в волосах, колючий страх снова заворочался где-то в груди, — Ри, я…

Я кладу руки на грудь Инквизитора, пытаясь отстранить его от себя чуть дальше. Чем он ближе — тем хуже я соображаю!..

— Не бойся, Софи…

Я на миг прикрываю глаза. Глубоко вдыхаю. Его запах — даёт мне покой и чувство безопасности. Он заполнил мои лёгкие. Заполнил весь мой мир. И я перестаю сопротивляться. И умом, и телом. Руки безвольно падают — я уже не пытаюсь отстранить Инквизитора, точно моё тело только и ждало от меня малейшей поблажки. Точно всё моё существо к этому и стремилось, а сопротивление было нелогичным и противоестественным.

Это оказалось легко. И совсем не больно. Я не заметила, как Ри избавился от своей одежды.

Едва почувствовала его сильное возбуждённое тело внутренней поверхностью бедра, последние следы моей нерешительности развеялись.

Я только ахнула, когда он заполнил меня изнутри единым слитным движением.

Вот так?!

Этого определённо стоило подождать.

Он двигался медленно, туго… от каждого движения по моему телу пробегала сдержанная упругая волна удовольствия. Она становилась острее с каждым новым движением.

Потом меня точно ошпарило где-то над лоном — и низ живота скрутило сладкой судорогой, а по венам за миг разлилось пламя по всему телу. Я замерла. А через несколько ударов сердца пришла вторая волна жара. Ещё пронзительнее, ещё острее. Перед глазами замелькали пятна, мир разорвался золотыми огнями. Я закричала… Мой крик смешался с рыком Ри…

Я невольно попыталась отстраниться. Мне показалось — я сейчас сгорю до тла. Но сильная рука Инквизитора вдруг обвила мою талию, не позволяя мне сдвинуться с места. И тогда пришла третья волна!..

Чуть позже я лежала у Ри на груди. От него шёл жар. Мир кренился куда-то вбок, дрожал и неохотно проступал перед моими глазами. Мы по прежнему в яме-ловушке. Одежда Инквизитора — разбросана вокуруг, по каменистой земле… Это не имело значения.

Я знала: помимо очевидного, случилось ещё что-то очень хорошее.

По нашим всё ещё переплетённым телам изредка пробегали силовые вспышки то золотисто-белые то исчерна-бордовые.

Я чувствовала себя готовой вскочить, оторваться от земли и пробить двери нашей темницы насквозь.

Но не делала этого.

Позволяла непостижимой силе гулять во мне.

И понимала по дыханию Ри — с ним сейчас происходит что-то очень похожее.

Наши магические резервы наполняются.

И теперь — у нас есть шанс на победу.

— Софи…

Какую победу? О чём я вообще?..

Я поднимаю взгляд и встречаюсь с этими глазами.

Сил так много. Мысли такие вязкие…

А я… так счастлива.

* * *

Ри

Я смотрю в потолок нашей темницы. Операция по захвату ключевой позиции культистов, что мне было поручено возглавить, — провалена.

Я и моя жена заперты в магической ловушке-саркофаге, из которой нет выхода. Всё идёт крахом…

Так почему же я так счастлив?

Потому что это чудо… лежит на моей груди. Софи. Моя жена, моя Истинная, любовь всей моей жизни. Её подрагивающие после нашей близости обнажённое тело лежит поверх моего. Я не смотрю на её лицо, но я знаю, что она улыбается. Я нахожу её тонкую, изящную руку. И мы сплетаем пальцы. Я чувствую, как между моей кожей и её пробегают магические силовые разряды. Колкие, насыщенные, такие приятные. Я знаю, что могу приказать силовым линиям концентрироваться, могу всё погасить и призвать из небытия заново. Сейчас мне это ничего не будет стоить. Я наполнен магической энергией до краёв. Но это не главное. Я вдыхаю пряный цветочный запах кожи моей Софи. Я полон любви. И сейчас я чувствую, что могу всё преодолеть.

Зарываюсь рукой в золотисто-белые шелковистые волосы Софи, что разметались по моим плечам, по груди, по каменистой земле ямы, на дне которой мы замерли в своём немыслимом счастье. Чуть натягиваю волосы жены на затылке и привлекаю Софи к себе для ещё одного глубокого поцелуя. А затем нехотя присаживаюсь вместе со своей обнажённой Истинной на руках.

Тяжело вздыхаю и касаюсь нежнейшей кожи Софи на груди. Концентрация даётся непросто. Небольшой магический импульс — и на Софи материализуется тонкое дорожное платье, белое как её чудесная вторая ипостась — иномирная птица.

Конечно, она не сохранила одежду при трансформации. Она просто не умеет и никаких специальных артефактов при ней не было. Да если бы и сохранила… Одежда могла бы «сгореть в пламени нашей страсти».

— То есть ты всё это время мог меня одеть — Софи мягко усмехается, поднимается на ноги и тянет меня за руку вверх.

С трудом отвожу взгляд от её смеющихся глаз и начинаю спешно одеваться сам. По-человечески. Моя одежда — всего лишь разбросана по дну нашей темницы.

— Я был опустошён, Софи, неспособен даже на простую бытовую магию… — между делом говорю, уже накидывая на плечи форменный камзол.

— Ну-ну, — Софи складывает руки на груди, — вот и верь после этого людям…

На самом деле я знаю — она всё понимает. Я её чувствую. Мы чувствуем друг друга. Сейчас, после того, что между нами произошло, особенно остро.

Я зеркально улыбаюсь ей и подтягиваю жену ближе к себе. Не удерживаюсь и запечатлеваю в уголках её аппетитных губ нежный поцелуй.

Сейчас нам ничего не сто́ит броситься друг на друга снова…

— Софи… — рычу я, наслаждаясь ласковыми прикосновениями Софи к моей груди через тонкую ткань форменной рубашки, — не провоцируй. Я не железный…

— Ри… — у Софи очень странный тон. Я вдруг напрягаюсь. Неужели она собирается сказать что-то, что уничтожит этот момент?

Не делай этого Софи…

— Ри, я тоже тебя люблю... я