1000 проклятий в Академии Магии - Нина Колыбельникова

Я соврала и глазом не моргнула, потому что где-то в глубине души чувствовала, что сдавать некроманта и его зелье не стоит. Как я могла рассказать отцу, что моя стабильность связана с человеком, который опаивает меня на кладбище во время ночных занятий? Я знала, что отец немедленно вмешается. Он сочтет это занятие опасным. А я… я впервые за годы чувствовала себя не «сломанной куклой», а хозяйкой собственной силы. Пусть я и ощущала эту силу внутри себя многим меньше.

- Ты недоговариваешь, - отец отодвинул бокал. В его голосе зазвучала не злость, а глубокая, выматывающая печаль. - Я надеялся, что после всех наших усилий, после того как мы вместе искали решение… ты доверишься мне. Кто этот «учитель», Вельвет? Кто посмел коснуться твоих каналов без моего ведома?

- Никто, папа! – вспылила я. - Я справляюсь сама. Разве это не то, чего ты всегда хотел? Когда ты уходил от мамы, то несильно переживал, что моих каналов мог кто-то коснуться.

Ужин закончился в тягостном молчании. Аромат запеченной утки казался теперь приторным и душным. Отец выглядел постаревшим. Морщины вокруг глаз, которые он списывал на усталость, обострились сильнее и мне стало совестно за свою ложь и вспыльчивость.

Когда мы вышли к экипажу, папа остановился и взял меня за руки.

- Вельвет, я совершил много ошибок, но я не враг тебе. И Амелия тоже. Мы просто хотим, чтобы ты была в безопасности. Пожалуйста… загляни к нам на следующие выходные. У Амелии будут готовы расчеты, и мы сможем обсудить твое обучение в более спокойной обстановке. Дома.

Я посмотрела на копыта лошадей, выбивающие искры из мостовой, в ожидании, когда же путники надумают уехать.

- Я подумаю, папа. Обещаю, что подумаю.

После чего мы с отцом вернулись в Академию.

Следующее утро в общежитии началось не с лучей солнца, а с восторженного визга Шерри.

- Вельвет! Вставай, ты только посмотри! Это же… это же северный хрусталь!

Я с трудом разлепила веки. На моей прикроватной тумбочке красовалась изящная коробка, обтянутая темным бархатом, а внутри, на подушечке, покоилась брошь в виде расправляющего крылья феникса. Камни внутри украшения пульсировали мягким, теплым светом. Рядом лежала карточка с золотым тиснением без именной подписи: «Для поддержания внутреннего равновесия. Верю в ваш потенциал».

- Очередной подарок от поклонника? - прошипела Роззи глядя на свое отражение в зеркале, она даже не пыталась скрыть яд в голосе. Девушка рывком затянула на себе корсет с явным неудовольствием. - Интересно, что такого «особенного» в твоем потенциале, Вельвет? Или ты просто научилась смотреть на всех теми самыми «невинными» глазами, какими смотришь на преподавателей, когда пытаешься придумать очередную причину почему ты не подготовилась к занятиям?

- Роззи, уймись, - отмахнулась Шерри, завороженно касаясь пальцем грани кристалла. - Это же просто подарок! Вельвет, признавайся, кто твой поклонник? Это Ланс? Такая брошь стоит как небольшой загородный дом!

Я молча протянула руку и прикоснулась к коробочке с брошью. Подарок обжигал холодом. Ректор был слишком внимателен, слишком щедр. Только во что мне вся эта щедрость выльется? Хотя я и не могла не отметить, что влюбилась в эту брошь с первого взгляда. И откуда только Эрдоган знает мои предпочтения?

Но долго рассматривать подарок не было возможности, нужно было собираться на учебу. В столовой стоял привычный гул. Запах овсянки перемешивался с ароматом свежего пергамента, некоторые адепты сидели за столом и во время трапезы повторяли учебный материал.

Сегодня мы с соседками в столовой разделились. Шерри пошла за стол к своим однокурсникам, чтобы обсудить ночную практику, Роззи демонстративно фыркнула и заняла одиночный столик, поэтому я тоже расположилась за одиночным и попыталась сосредоточиться на завтраке, игнорируя шепотки за спиной, и именно в этот момент на мой стол упала тень.

Гул голосов вокруг не стих, но словно стал тише, стоило высокому мужчине в черном камзоле подойти ближе. Декан факультета некромантов не сел, он просто остановился рядом, опираясь ладонью о край стола. От него пахло сырой землей и чем-то неуловимо опасным - запахом грозы, которая вот-вот разразится.

- Адептка Вельвет, - его голос был низким, пробирающим до костей. - Я заметил, что вчерашний ужин в ресторации немного… расшатал вашу новообретенную стабильность. Магия внутри вас снова начинает капризничать.

Я с удивлением посмотрела на некроманта, откуда он узнал про мой ужин с отцом? Мэтью Кесс что-то ему рассказал?

- Жду вас сегодня вечером в западном крыле. Те же занятия, те же условия, - продолжил декан, чуть наклонившись и его голос превратился в едва слышный шепот, предназначавшийся только мне. - И не забудьте взять с собой пустой флакон. Нам нужно закрепить результат, пока ваш «аналитический» семейный круг не разрушил все, чего мы достигли.

Он выпрямился и, не дожидаясь ответа, зашагал прочь, оставляя меня под прицелом десятков любопытных и завистливых взглядов.

Глава 36

Слова декана повисли в воздухе тяжелым шлейфом кладбищенской прохлады. Я проводила взглядом его удаляющуюся высокую фигуру, кожей чувствуя, как столовая буквально вскипает от невысказанных вопросов. Шепотки, до этого напоминавшие роение мух, превратились в гул потревоженного улья.

- Вельвет, ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? - голос Роззи, которая подошла к моему столику, сочился презрением. - Декан Фартэлл никогда не уделяет адептам столько личного внимания, если только они не при смерти... или не стали его личными подопытными.

Я лишь неопределенно пожала плечами, стараясь, чтобы пальцы не дрожали, пока я убирала поднос. Что я могла ей сказать? Что моя магия - это пороховая бочка, а некромант - единственный, кто помогает мне ее усмирить своими занятиями?

- Это просто дополнительные занятия, Роззи.

Под прицелом десятков любопытных глаз я вышла из столовой. Спину жгло. Каждый шаг по гулким коридорам академии казался испытанием. Я знала, что за поворотом меня провожают взглядами, но сделать с этим ничего не могла.

Первой лекцией сегодня было занятие с Элиной «Экономические права и привилегии субъектов Империи». И вот с ней я хотела видеться меньше всего. Элина была женщиной, чей облик был безупречен до последней шпильки в идеальной прическе, к тому же она твердо намерена стать супругой ректора. А Эрдоган, судя по его подаркам, не сдал позиции и планирует добиться расположения своей истинной.

В аудитории царила напряженная тишина. Элина стояла у доски, ее