Сердце падшего короля - Кэтрин Болфинч

плечи и грудь, скользнула на талию, оставляя девушку почти обнаженной. Я прошелся поцелуями по ключицам, спустился на грудь, слегка прикусывая соски, а затем проходясь по ним языком. Лола запустила пальцы в мои волосы, слегка сжав у корней.

– Теперь мне можно к тебе прикасаться? – издевательски спросил я, обдавая шею горячим дыханием, из-за чего по бархатной коже побежали мурашки. Лола что-то простонала в ответ, вильнув бедрами. – В прошлый раз ты ударила меня.

– Ты вел себя как кретин, – выпалила девушка, прикрыв глаза, растворяясь в ощущениях. Я убрал пальцы от ее трусиков.

– Что-что?

– Что слышал, Лукас, – вполне серьезно проговорила она, затем сорвала еще один поцелуй. – Я же знаю, что сейчас ты не остановишься, даже если весь твой клуб накроет полиция, – прошептала Лола прямо в мои губы, заставляя усмехнуться. Чертова стерва. Стерва, которая заставляла меня терять контроль над самим собой. Стерва, которой я бы не смог причинить боль по-настоящему по одной простой причине – мне бы не хватило духу. Но я не собирался признаваться в этом ей.

Я поднял ее под бедра, поставив коленями на диван. Лола уперлась руками в спинку, прогнулась в пояснице, вызывающе выпятив пятую точку. Я не стал медлить, спустил брюки и белье, толкнулся внутрь, вызывая протяжный стон.

Лола обернулась через плечо, разглядывая меня, по губам с размазанной помадой скользнула довольная усмешка, будто она обыграла меня в одной ей известной игре. Мне было плевать. Я готов отдать ей эту победу. И еще сотню таких же, если она продолжит так смотреть, стонать и выводить меня из себя.

Глава 16. Лола

Я снова проснулась раньше Лукаса. Вчерашний вечер все еще мелькал картинками перед глазами, заставляя прикусывать губу, думать и желать большего.

Зачем я сдалась? Зачем уступила его объятиям? Говорил ли он правду? А был ли способен такой человек, как Лукас Санчес, на правду, честность, какие-либо чувства? Что он вообще забыл вчера в клубе?

Я перевернулась на спину, устремив взгляд в потолок.

Жалела ли я? Нет. Абсолютно точно нет.

Мышцы все еще немного тянуло, наверное, я снова найду россыпь синяков на груди и шее. Черт. Я не знала, как вести себя с ним теперь. Раньше все было предельно понятно – провели вечер вместе, разошлись по домам, но что делать, если дом у нас один на двоих, а на пальцах красуются обручальные кольца? Почему все так вдруг усложнилось?

Я откинула одеяло и тихо поднялась с кровати, чтобы не разбудить Лукаса. Не хотелось разговаривать с ним и сгорать от неловкости. Я бы оставила все, как было до этого. Без разговоров и слов «между нами ничего не изменилось». Мне кажется, я бы сломала ему нос после такого. Особенно после того, о чем я призналась в клубе. Пусть на эмоциях, но это была правда. Маленькая часть айсберга из моих чувств. Так что сейчас я точно не хотела видеть Лукаса, поэтому скользнула в душ, надела купальник, просмотрела зону у бассейна на наличие людей и через несколько минут уселась на бортик, опустив ноги в прохладную воду.

Солнце щипало кожу теплом, прогревая, кажется, даже внутренности, доставало до самых глубин души, расплавляя давно окаменевшие, зачерствевшие уголки. Лето подкралось незаметно.

Иногда я даже задумывалась, как так быстро прошла весна. И сколько времени я уже замужем? Почему эти месяцы промелькнули так быстро, будто я успела всего лишь моргнуть? Неужели в таком ритме пройдет вся жизнь? Просто пролетит, оставляя меня все такой же глупой, несчастной и с горой вопросов к собственной судьбе?

Я открыла глаза. На голубой воде бассейна солнечными зайчиками игрался свет. Иногда я жалела, что не умела плавать. Так и хотелось с разбега нырнуть в морские волны, не боясь, что они утащат на дно, заставляя задыхаться и пробуждая непрошенные воспоминания. Мне бы хотелось иметь возможность забыться, позволить воде обволакивать каждую клеточку тела. Но единственное, что я могла себе позволить – это сидеть вот так, на краю, и рисовать ногами круги на поверхности.

Я надеялась не встретить никого из обитателей дома, но, признаться, даже не посмотрела на время, когда выходила из спальни.

Стеклянная дверь вдруг открылась, заставляя оторваться от воды и взглянуть на незваного гостя, которым оказался Лукас. Парень был по пояс обнаженным, и я старалась не глазеть на тату, пока он медленно шел ко мне. Его лицо не было мрачным, но и добродушным его нельзя было назвать.

– Доброе утро, – проговорил он. Кажется, это первое утро за все время нашего брака, когда мы поздоровались без желания убить друг друга. Я кивнула, прищурившись из-за яркого солнца. Лукас стянул с головы очки, подал мне, а затем без слов нырнул в бассейн, создав вокруг кучу капель, попавших и на меня.

Я взвизгнула, вытащив ноги из воды, и отпрянула назад, а Лукас как ни в чем не бывало вынырнул весь мокрый и с хитрой усмешкой повернулся ко мне.

– Это ужасно, – засмеялась я. Было странно видеть его таким беззаботным. Сейчас ничто не омрачало его вид. И почему-то в груди разлилось едва уловимое тепло. Будто так и должно быть. Будто это правильно.

Лукас подплыл ко мне, его ладони скользнули на мои лодыжки, и парень снова опустил мои ноги в воду.

– Я так ужасен? – насмешливо спросил он, взглянув на меня снизу вверх. Я подалась вперед, заглядывая в голубые глаза.

– Не ты, а вода, – отозвалась я, пока его руки мягко поглаживали мои ноги, вызывая легкий трепет по всему телу, оседающий томным желанием внизу живота.

– Иди сюда, – он осторожно обхватил мою талию, потянув вниз. Я уперлась в его плечи руками.

– Нет, нет, нет, – страх заклокотал в ушах, заставил тело покрыться противным потом. Я задержала дыхание, зажмурилась, ожидая встречи с водой. Но ее почему-то не произошло.

Теплые пальцы Лукаса все еще лежали на талии, контрастируя с прохладой от бассейна и обжигающим солнцем. Я приоткрыла один глаз, замечая, как внимательно Лукас рассматривал меня.

– Ты сидишь на месте, не в воде, – на всякий случай уточнил Лукас, осторожно погладив кожу на талии. Я усмехнулась, опустив голову так, что волосы почти полностью закрыли лицо. Какой позор! И в главных ролях снова Лукас, я и мои слабости, которые почему-то всегда вылезали перед ним. За одно лишь только это нужно его ненавидеть.

– Почему ты боишься?

Легкий поцелуй вдруг прилетел на внутреннюю сторону бедра, заставив все же поднять взгляд