Инстинкт совершенства - Виктория Лайонесс

походкой хищника. Оказавшись напротив, почти вплотную, он окидывает меня каким-то безумным взглядом, от которого все леденеет внутри. Подносит лезвие к моей шее, и я вздрагиваю, ощутив холодный металл на коже. Поворачивает нож плоской стороной и ведет им от шеи к декольте, заставляя перестать дышать. Не желая показывать свою трусость, смотрю прямо в глаза чудовищу.

Если я сейчас умру, хочу видеть его лицо, чтобы потом приходить к нему в кошмарах!

Услышав треск ткани, я понимаю, что подонок разрезает платье прямо на мне по центру, спустившись до низа живота. После чего подносит лезвие к верхнему креплению из жемчуга и разрезает его, позволив изуродованному платью с тихим шорохом упасть к моим ногам. Теперь я остаюсь стоять перед ним в одних полупрозрачных белых кружевных трусиках и чулках.

Ставшие графитовыми глаза почти чернеют, и, кажется, я вижу в них свое испуганное отражение. Но я не опускаю подбородок, даже когда он скользит глазами по обнаженной груди, отчего розовые камушки сосков мгновенно твердеют. Плавно ведет взгляд к плоскому животу и на то, что скрыто под нижним бельем.

Щеки начинают пылать, и я сжимаю руки в кулаки.

— Насмотрелся? — хрипло выпаливаю.

— Я только начал, bella, — низкий голос непривычно вибрирует, и эти вибрации достают до самого нутра.

В следующую секунду круглый кончик ножа касается полушария одной груди и слегка надавливает на твердую бусину. По телу пробегает предательская дрожь, и кожа покрывается колючими мурашками. Сжимаю челюсти до хруста, подавив рвущийся из груди стон.

— Очень красивые, даже лучше, чем я представлял, — хрипло произносит, передвигаясь ко второй груди.

Ногти больно впиваются в ладони от нарастающей неконтролируемой волны возбуждения, и я не понимаю, что происходит с моим телом.

Он ведет лезвием к животу и чуть проникает им под резинку трусиков, на секунду замерев. Ноги едва не подкашиваются, когда снова раздается треск ткани и вот еще один клочок летит к платью.

Дыхание окончательно сбивается от жара разливающегося внизу живота. Ощущаемый легкий холодок между ног оповещает о том, насколько я уже влажная и это не нормально. Он еще даже не коснулся меня сам.

Дернувшись, шиплю, почувствовав холод лезвия на внутренней стороне бедра.

— Такая отзывчивая, малышка. Моя малышка, — отбрасывает нож в сторону, и я проглатываю очередной рвущийся стон, когда он властно берет оба налившихся желанием полушария груди в горячие ладони и зажимает чувствительные узелки между пальцами, начиная безжалостно массировать их.

Прикусываю щеку изнутри, не собираясь просто так сдаваться.

Он наклоняется и захватывает один губами, продолжая играть пальцами со вторым. Всасывает его, облизывает, покусывает.

Втягиваю ртом воздух, едва стоя на ногах, но по-прежнему не касаюсь его.

— Хватит сопротивляться, bella, — щиплет за сосок и из меня вырывается рычание.

— Забирай, что хотел, и отвали от меня! — злобно выплевываю в него.

— Как скажешь, дорогая, — неожиданно опускается передо мной на колени, откровенно шокируя.

Продолжая сминать в ладонях грудь, касается мягкими губами плоского живота и непроизвольно сдавленно мычу. Проводит горячим влажным языком дорожку до пупка к гладковыбритому треугольнику, и колени подгибаются, когда кончиком он касается чувствительного бугорка. Он не дает мне завалиться на пол, крепко удержав за талию, и начинает выводить круги по пульсирующей плоти.

— Такая сладкая. Я точно заработаю диабет от тебя, bella.

— Ненавижу, — зажмуриваю глаза, находясь на грани безумия.

— Не лги себе, девочка. Я чувствую, какая ты мокрая.

— Дерь… — чуть не выругиваюсь, когда он прикусывает плоть, после чего зализывает, подводя меня к краю.

— Посмотри на меня, Рини, — продолжает ласкать пульсирующую точку.

Судорожно мотаю головой, прикусив нижнюю губу.

— Открой глаза или я сейчас же остановлюсь, — и чтобы не быть голословным, он убирает язык.

Не выдержав, распахиваю глаза и опускаю взгляд на властного и беспринципного мужчину, который прямо сейчас стоит передо мной на коленях в покорной позе. Поддавшись порыву, хватаю его за волосы и направляю лицом к своей промежности, услышав хриплый смешок.

Он снова начинает манипуляции своим умелым языком, и теперь я сама двигаюсь ему навстречу, больше не сдерживая стонов. Пока мы неотрывно смотрим друг другу в глаза, он кладет руки на мои ягодицы, сжав их, и ускоряет движения по набухшей плоти.

Ноги начинают дрожать. Жар скапливается внизу живота. Хватаю ртом воздух ощущая приближение разрядки, и в следующую секунду мелкие разряды тока заставляют внутренние мышцы сжаться в сильнейшем оргазме.

— Адриан! — выкрикиваю, запрокинув голову.

— Всю жизнь бы смотрел, как ты кончаешь, bella, — пока я пытаюсь прийти в себя он поднимается и освобождается от оставшейся одежды.

Затуманенным взглядом смотрю на все, что было скрыто до этого, и то, что я вижу не менее внушительное. Воспользовавшись моим замешательством, он подхватывает меня под попку, заставляя обхватить его ногами, и вплотную прижимает спиной к стене. Ощущаю его твердое возбуждение, упирающееся к входу.

Отталкиваюсь ладошками от каменной груди, в жалкой попытке предотвратить вторжение.

— Нет! Отпусти! — шепчу все еще дрожащими от испытанного оргазма губами.

— Как только так сразу, — резко толкается сразу на всю длину и низ живота пронзает волной сильнейшего удовольствия от горячей наполненности.

— Ох… Адриан… — продолжая отталкивать его одной рукой, второй обнимаю за шею.

Он издает горловой рык и начинает двигаться, каждый раз погружаясь настолько глубоко, что я теряюсь в пространстве.

— Горячая и тесная, девочка. Вся для меня, — хрипит, схватив меня за подбородок. — Губы мне свои дала, — подается ко мне и накрывает губы собственническим поцелуем, сразу завладевая моим ртом. — Я же говорил, что будешь моей, — рычит сквозь поцелуй, оттягивая зубами нижнюю губу.

— Ненавижу… — сбивчиво выдыхаю, обняв его за шею уже двумя руками и между нашими телами больше не остается свободного пространства.

С каждым движением моя грудь трется о его, делая розовые узелки еще тверже.

— Продолжай обманывать себя, bella. Мы оба знаем, что это не так, — его движения быстро перерастают в грубые толчки, сопровождающиеся звонкими шлепками тел друг о друга. — Или хочешь, чтобы я остановился? — замедляется и непроизвольно недовольно хнычу.

— Прошу не надо. Еще, Адриан, — сама не понимаю, что говорю.

— Так, малышка? — снова набирает темп.

— Сильнее, — впиваясь ногтями ему в плечи.

— Моя дикарка, — глухо рычит, начиная буквально вдалбливаться в меня с невероятной скоростью.

— Черт… Адриан! — кричу, начав содрогаться от очередного оргазма.

Не успеваю опомниться, как он выходит из меня и открывает от стены.

— Продолжим на кровати, — спустя секунду оказываюсь спиной на холодных шелковых простынях.

Пытаюсь отползти от него к изголовью в жалкой попытке избежать продолжения.

— Куда собралась? — тянет меня к себе за лодыжки.

— Хватит. Я больше не могу, — нещадно лгу,