Любовь генерального - Асти Брамс

– Что?!

Я отшатнулась от сестры, как будто она мне в ухо крикнула.

– Ты что такое говоришь?! Что Алексей тебе наплел!? Ты же приехала за мной!

– Да, потому что испугалась, надумала себе всякого, – начала Женя оправдываться. – И на эмоциях была…

– А сейчас?!

– А сейчас… Я согласна с этим Алексеем, – угрюмо ответила она. – Тебе стоит побыть здесь какое-то время.

Из груди вырвался нервный стон.

– Ушам своим не верю!

– Дюш, не волнуйся пожалуйста! Ты же слышала, что есть проблемы, которые могут нанести тебе вред!..

– Ну и что теперь?! – возмущенно выдохнула я. – Запереть меня здесь?.. В другом месте о моей безопасности никак не позаботиться?!

Сестра беспомощно пожала плечами.

– Может быть со временем… Сейчас видимо такой возможности нет.

Издав всхлип, я отвернулась от нее, как от предательницы.

– Надя, я боюсь за тебя, – искренне произнесла она, обхватив мои плечи. – Я… блин, я никогда не была в такой ситуации, и понятия не имею, как поступить правильно! Но мне кажется в этом доме действительно позаботятся о твоей безопасности как следует. Прости…

Оказавшись передо мной, Женя заключила меня в крепкие объятия и поцеловала в лоб. Я осталась безучастной. Пребывала просто в недоумении! Как Алексей смог уломать мою непоколебимую, мудрую, пробивную сестру?! Как втерся в доверие и заставил ее сдаться, всего лишь раз поговорив наедине?

Конечно, внутри тут же током пробилась тревога. Если даже Женька настаивала на том, чтобы я осталась здесь, неужели все настолько серьёзно?.. Хотелось плакать от растерянности.

– Мне нужно идти, – виноватым тоном сказала сестра. – Малые дома заждались…

– Я хочу с тобой!.. – жалобно произнесла я, но безнадежно.

– Пожалуйста, не расстраивайся! Я буду приезжать, обещаю… Мы с тобой еще поговорим попозже. Я тебе позвоню, ладно?..

Погладив меня по щеке, Женя отстранилась и нехотя направилась к парадной двери. По пути несколько раз оборачивалась, махнула рукой. Она выглядела озабоченной и какой-то потерянной. Будто узнала что-то, чего не знала я. А может Алексей специально ее припугнул? Мало ли какими талантами обладают ФСБ-шники…

Когда за сестрой хлопнула дверь, я всё-таки не сдержалась. В горле встал ком и глаза наполнили слезами. Потому что я осознала – у меня нет выбора. Мне придется жить на одной территории с Романом! Когда я только выправилась, только научилась дышать полной грудью, не испытывая боли.

Вот, чего я боялась… Того, что моё сердце стучит также громко, стоит увидеть его, и колени трясутся так же сильно, и от запаха мужского все тело мурашками покрывается! Я безумно боялась снова пострадать.

– Тапочки дать?

От голоса, неожиданно раздавшегося в пространстве, я чуть не вздрогнула. Тут же принялась вытирать слезы, оборачиваясь на парня, стоявшего недалеко от лестницы в модных потертых джинсах, белой футболке и черной кожаной куртке. Жуя жвачку, сын Ромы что-то тыкал в телефоне, снисходительно поглядывая на меня.

Поджав губы, я поплелась к лестнице и буркнула:

– Оставь меня в покое.

– Не хочешь, как хочешь, – беспечно отозвался. – Я типа пытаюсь быть вежливым! Что-то подсказывает – ты надолго здесь, а значит, надо как-то контачить.

Бросив в его сторону напряженный взгляд, я не успела что-либо ответить – со стороны парадной дверь послышался шум. В дом вошёл Алексей, удерживая в руке большую переноску, а следом за ним несколько охранников с коробками и глянцевыми пакетами.

– Машка! – взволнованно воскликнула я, разглядев пушистую мордочку через дверцу.

Она тут же громко мяукнула в ответ, заметно оживилась. Мужчина поднёс её прямо ко мне, и я поспешила выпустить кошку. Прижала ее к себе как родную, невероятно радуясь тому, что она здесь, со мной!

– Бедная, соскучилась по мне? – спросила, заботливо покачивая кошку, которая казалась похудевшей. – Тебя обижали?..

– Ни в коем случае, Надежда Сергеевна, – твердо возразил Алексей, с задумчивой улыбкой наблюдая за Машкой. – Ваша дама даже почти не сопротивлялась, когда я приехал в квартиру. А вот есть категорически отказалась… Я принесу для кошки всё необходимое в вашу комнату!

Я смущенно кивнула, продолжая удерживать в руках пушистый, тяжелый, комок. Машка была ощутимо напряжена, продолжала мяукать и настороженно озираться в незнакомой обстановке.

– Твою мать, у меня уже нос закладывает! – вдруг услышала недовольный возглас.

Зажав ноздри ребром ладони, сын Радова недовольно зашагал на выход, бросив в сторону кошки максимально неприязненный взгляд. Обиженно проводив его глазами, я показала язык, как только за парнем хлопнула дверь.

– Ничего… тебя никто здесь не обидит! – твердо пообещала Машке, вновь направившись к лестнице. – Идём.

Я поднялась в свою комнату, отметив возле стены целую кучу упакованных вещей. И большая часть из них, судя по пакетам, была привезена из магазина, а не из моей квартиры.

В любом случае это последнее, что меня сейчас волновало. Первым делом я отпустила Машку освоиться в комнате. Затем покормила, напоила беднягу и какое-то время оставалась возле кресла на ножках, которое кошка выбрала себе в качестве лежанки и где устроилась после сытного ужина.

Поглаживая ее мягкую шерстку, я ощущала, как наполняюсь внутри целительным покоем. Хоть что-то даст мне опору в этом месте… Хоть какая-то радость серди хаоса, который произошел со мной за последние сутки.

Часы показывали начало десятого, когда я улеглась в постель после душу, предварительно отыскав в коробках свою привычную ночнушку. Хотя я проспала весь день, силы все равно как будто были на исходе. Возможно, мне стоило поесть, но выходить из комнаты совсем не хотелось. Тем более под вечер.

Кошка оперативно покинула кресло и пристроилась на подушке возле моей головы. Я была вовсе не против поспать вместе. Под ее мурлыканье закрыла глаза и быстро провалилась в сон. Однако мой покой очень быстро прервали…

Я не услышала, как кто-то вошёл в комнату – проснулась лишь когда раздалось недовольное мычание Маши. Нехотя распахнула веки и замерла, увидев Рому… Он сидел на кровати прямо рядом со мной.

Глава 17

Сердце гулко забилось о грудную клетку. В свете настольной лампы, черты мужского лица казались особенно искаженными и чужими из-за шрама. Кроме того, то, что я проснулась Радова ничуть не смутило. Он продолжал спокойно держать свою большую горячую ладонь на моем животе и будто вслушивался в пространство,