Землянка не на продажу - Елена Сергеева

занят, поэтому не может лично присутствовать, но ему каждый день отсылаются полные отчеты о моем состоянии и о том как продвигается лечение. Это все, что мне удалось узнать.

Со мной общались очень почтительно и вежливо, но явно дали понять, что никаких прав особых я здесь не имею. Просто почетная пациентка и ничего более.

А после того как я проснулась и меня оповестили, что все прошло успешно и программу полностью убрали, наконец, вернулась прежняя я. В жизнь постепенно возвратились краски. Я снова могла дышать свободно и даже телу возвращались силы. Никаких головокружений и тошноты.

Мне сказали, что потребуется еще немного времени провести в медцентре для полной реабилитации и проведения финальных тестов. Будто у меня был выбор.

Но я все равно радовалась. Теперь я каждому новому дню радовалась и тем изменениям в лучшую сторону, что уже ощущала в себе.

Я буду жить! Жить! Несмотря ни на что!

Как же я была благодарна Шаену, это просто не передать словами. Я не знала какую цену он заплатил за мое спасение, но мне так хотелось его снова увидеть, хотя бы для того, чтобы просто поблагодарить.

Но пришел не он.

На второй день день меня попросили срочно подойти в приемный зал. Когда мой сопровождающий закрыл за мной дверь, пропустив вперед, я увидела того самого мужчину, что встречал нас.

Старший Данарвалос. Отец Шаена. Глава рода. Теперь я это уже знала.

Оторопела от удивления на пару мгновений. Что он здесь делает? Потом резко взяла себя в руки. Помогла практика у шо. Там всегда приходилось следить за лицом. Оказывается я еще не все забыла.

Я нерешительно кивнула, не зная что мне делать дальше. Тяжелый взгляд ощутимо прошелся по мне от ступней до макушки, а затем воткнулся в лицо.

— Мой сын всегда отличался странным вкусом, — неожиданно проговорил он низким тяжелым, как и его взгляд голосом. — Выбрал оболочку, без внутреннего содержания. Ты ведь не шэнцы. Так, подделка. Что ж, в этот раз это мне даже на руку. Я выполнил его просьбу. Мне доложили, что все органы твоего организма функционируют полностью и без сбоев. Надеюсь, ты оценишь этот дар.

Я не стала реагировать на его оскорбления. Сдержалась. Вежливо опустила голову.

— Я ценю вашу помощь, спасибо. Могу я увидеть Шаена? Я хотела и его поблагодарить, — совершенно неожиданно я решилась на эту безумную просьбу.

По правилам, я должна была бы промолчать и вообще не открывать рот, но я не могла не воспользоваться этим шансом.

— Нет, — последовал резкий ответ. — Это лишнее. Вы больше не увидитесь. Я здесь по двум причинам: для того, чтобы прояснить все до конца по поводу ваших недопустимых отношений и чтобы удовлетворить свое любопытство. Мне было интересно увидеть своими глазами ту, ради кого мой строптивый отпрыск отказался от своей мнимой свободы. Забавно, что его привлек образ, который он презирал всю свою жизнь. Я думал, он выберет кого-то из тши или шо.

Он еще раз небрежно окинул меня оценивающим взглядом. Скривил губы в презрительной усмешке. Я старалась держать спину прямо.

— Я хочу чтобы ты не строила иллюзий относительно моего сына. Забудь обо всем, что было между вами. Шаен — третий наследник, и он не может вступить в союз непонятно с кем. Ему уже подобрали новую невесту из сильного рода и начали ее подготовку. Процесс скоро будет завершен и мой сын приступит к своим обязанностям. Свою часть договора я выполнил полностью. Ты здорова и скоро отправишься обратно, откуда он тебя притащил.

Я невольно пошатнулась от его жестоких слов, но смогла устоять. В голове острыми клювами бились мысли. У Шаена есть невеста, они скоро вступят в союз! Он это сделал из-за меня! Ради моего спасения!

Изнутри словно волна тепла поднялась, придавая уверенности.

Я выпрямилась и улыбнулась прямо в лицо главы рода Данарвалос. Он пришел просто сказать мне о том, чтобы я забыла его сына? Очень логично… и совершенно неправдоподобно. Тут явно что-то еще.

— Я очень рада за Шаена, — тихо произнесла я. — Передайте ему мою самую горячую благодарность… А еще скажите, что я очень сильно его люблю и сохраню нашу встречу в своем сердце.

Смело выдержала полный ледяной ярости взгляд его отца.

— Забываешься, девчонка, — прорычал он, нависая надо мной.

Но мне отчего-то совершенно не было страшно. Словно все это не со мной происходит. Словно надежная невидимая стена отделяет меня от разъяренного мужчины. И еще меня укрепляла мысль о том, что Шаен никогда бы не отказался от меня, если бы не нужно было спасти мою жизнь.

Он выбрал такую цену. Точнее не он, а его отец. Но вот на чувства тот повлиять никак не в силах и на мою память тоже. Я не забуду. И Шаен тоже…

— Не вздумай делать глупостей или пробовать связаться с ним. Я обещал Шаену и обычно стараюсь держать слово. Но при необходимости, я готов его нарушить, — эсферии грозно сверкнули на его скулах в подтверждении его слов. — А с сыном как-нибудь договорюсь по-другому. Он быстро забудет про тебя. Это все. Я удовлетворил свое любопытство. А ты уже можешь собирать вещи. Завтра ты улетаешь.

Он резко развернулся и вышел из комнаты.

42. Без обещаний

Я вернулась к себе в палату. Хотя палатой эту довольно уютную комнату нельзя было назвать. Впервые я оглядела ее другим взглядом. Кто-то очень заботливо подбирал для меня место для временного жилья.

Кто-то позаботился обо всем, пока я проходила лечение. Даже еда была той, что мне нравилась еще на корабле. Шаен очень внимательно замечал все эти мелочи. И даже все комплекты одежды, что мне Риц подарил, они все оказались в моем шкафу здесь.

Я отошла к окну. Даже вид из него был выбран самый красивый, чтобы мне было не так тоскливо. На глазах выступили слезы.

Неужели мы никогда больше не увидимся?

Тихий шелест открываемой двери заставил вздрогнуть от странного предчувствия.

Я обернулась и замерла от чудовищного взрыва эмоций.

Шаен!

Я сплю? Сколько раз мне во сне являлась эта сцена и каждый раз я просыпалась, едва приближалась к нему. И сейчас я застыла на месте, боясь спугнуть этот момент.

Мы оба застыли напротив друг друга, напряженно вглядываясь в глаза.

Он не изменился совсем. Просто стал еще строже, величественнее что-ли, и в глазах сильнее черное пламя полыхает. Голодный жадный огонь, пожирающий меня целиком.

Смотрю на него и не