Землянка не на продажу - Елена Сергеева

Наоборот. Странное возбуждение охватывает меня при его виде. Вроде этот незнакомец должен был вызвать во мне настороженность, но в груди все радостно трепещет от его темной мощной фигуры и таких смутно знакомых скупых движений.

Шлюз закрывается с тихим шипением, и я не могу удержать вопрос, который срывается с моих губ.

— Риц? Ты?

Ахнуть не успеваю, как он разворачивается и стискивает в своих железных объятиях. Откидывает шлем в сторону и покрывает мое лицо градом хаотичных торопливых поцелуев. От низкого хриплого шепота кружится голова.

— Маленькая… Надина… Думал с ума сойду… Без тебя…

Мои пальцы скользят по жесткой броне, грудь болит от того, как сильно ее прижали, но внутри вспыхивает невероятное ослепительное солнце радости и счастья.

Риц! Здесь! Прилетел за мной! Поверить не могу!

Потом я вспоминаю еще кое о чем.

— Как ты… как попал сюда? Тебе же нельзя… — суматошно пытаюсь узнать во время кратких передышек, что он мне дает между поцелуями.

— Шаен сделал пропуск и немного помог с передвижением, — отвечает он, подхватывая меня на руки и занося в рубку. — Пришлось немного замаскироваться, но это было уже легко.

Опускается со мной в кресло пилота и снова долго, с жадностью оголодавшего зверя, целует. А у меня внутри борются два противоположных чувства. Я безумно рада видеть Рица, но воспоминания о Шаене и нашем полете сюда быстрой лентой мелькают перед глазами. И больно, и взволнованно на душе от этого.

Не смогу так быстро все забыть. Да и смогу ли вообще? Буря внутри.

Стартовали мы быстро, также быстро вошли в канал, а потом мой нетерпеливый муж утащил меня в каюту.

Он мрачно хмурится на следы оставленные Шаеном во время нашей вчерашней близости. Чувствую, как напрягаются его мышцы под тонкой тканью повседневной одежды. Свою броню он давно уже снял и я снова могу любоваться ярким узором эсферий, что расчерчивают его совершенное тело.

Его кулаки сжимаются несколько раз, а потом он просто обнимает меня, но на это раз очень осторожно и несет в душевой отсек.

Там долго смазывает все мои синяки и гематомы какой-то остропахнущей мазью и тяжело хрипло дышит, не говоря ни слова.

— Прости, я…

— Не нужно, маленькая, — обрывает он меня. — Тебе не за что просить прощения. Я знал, с кем отправлял тебя и понимал, что это случится рано или поздно, — говорит он, закрывая прозрачный тюбик.

Прячу лицо на его груди, обхватываю руками и с облегчением даю волю слезам, которые копились так долго внутри.

Просто, наконец, почувствовала себя снова в безопасности и напряжение предыдущих дней начало отпускать. Выпускаю то, что пряталось глубоко внутри: и свои страхи перед операцией, и боль от несправедливости отца Шаена и все остальное глубокое, запертое на самом низу. Все сейчас хочу отпустить.

Давно пора было. Просто я только сейчас полностью осознала, что опасность ушла насовсем. Что все уже, можно выдохнуть и расслабиться.

Я новая. Родилась будто заново. Значит, и все дурное должно остаться там, в другой жизни. Хочу сохранить только светлые воспоминания, только самые радостные и счастливые. Не хочу тянуть за собой темный шлейф обиды и боли к прошлому.

Риц всегда очень хорошо меня понимал. И в этот раз он просто долго сидит со мной, негромко утешает, поглаживая по волосам и спине. Дает выплакать все-все.

Жидкости в моем организме за последние сутки определенно стало меньше. Улыбаюсь ему сквозь слезы. Как же я рада его видеть. Просто словами не передать, и снова Шаен помогает, не думая о себе. Только обо мне заботится.

Почему же Аран не видит этого проявления настоящей любви? Разве этого недостаточно? Разве мало он страдал?

— Расскажешь? — тихо спрашивает Риц и я согласно киваю.

Да. Мне нужно выговориться ему. Это будет правильным решением. Хочу, чтобы он все знал. И про свое прошлое хочу ему рассказать все-все.

Мы долго говорим, устроившись в обнимку на кровати. Я Заново вспоминаю надежное тепло его рук, его негромкую хрипотцу и характерную улыбку, от которой сердце сбивается с ритма и дыхание замирает.

Он замечает, как я рассеянно тереблю браслет на руке.

— Это он подарил? — уточняет немного ревниво скосив глаза.

— Да, — не скрываю я.

Риц чему-то задумчиво усмехается, потом потянувшись встает.

— У меня тоже есть для тебя кое-что.

Он достает из ниши небольшую белую коробочку и присаживается обратно рядом со мной.

— Что это?

— То, что я должен был подарить с самого начала, — интригует меня он.

Я осторожно приоткрываю крышку и озадаченно смотрю на широкий браслет из такого же серебристого металла, что и подарок Шаена, со странным волнистым узором по всей кромке.

Никогда такого не видела. Те цвены, что я видела у тши и немногих шо были тонкими и жесткими, и их всегда было много на руках. Ни цепочек, как у Шаена, ни таких широких я не видела еще.

— Это мне? — поднимаю взгляд на Рица.

Он улыбается какой-то торжественной улыбкой.

— Тебе, моя алтэя. Только тебе.

Осторожно берет мою руку и нежно целует запястье. Затем аккуратно прикладывает тяжелый браслет и защелкивает его на моей руке. Тот вспыхивает яркими символами по кругу.

Глаза Рица и эсферии на его теле тоже сияют победным светом.

— Это теперь всем покажет твой новый статус, Надина, — поясняет он.

— Новый статус?

— Да. Ты теперь алтэя главы рода Коу. Моя алтэя, маленькая. Я больше не безродный.

44. Ожидание

С напряженным вниманием я слежу сквозь прозрачную с моей стороны перегородку за прибытием очередной делегации. В этот раз я особенно жадно рассматриваю всех. Потому что это делегация с моей родной планеты, с Земли. Их вызвали специально на большое заседание Совета Пяти, посвященное расследованию, что инициировали тши еще год назад против шо и их незаконных действий с землянками.

И финал этого расследования уже скоро. Я сама настояла, чтобы Риц привез меня сюда. Я ведь тоже свидетель. После своего чудесного выздоровления мне хотелось хоть какую-то пользу принести, чтобы оно было оправдано. Мне хотелось действия, а еще, конечно, я не могла пропустить восстановления справедливости. Так хотелось в глаза своим бывшим хозяевам заглянуть.

И девочек тоже нужно было поддержать.

Тем более теперь мои слова должны иметь больший вес, если я стала главной алтэей рода. А шэнцы имели намного больше влияния в Совете, нежели тши.

Даже нынешний председатель Совета был из шэнцы. И именно он будет вести это заседание.

Мы успели