Клятва - Дарья Белова

Ей это нужно. Теперь понимаю, почему слова признаний слетели с моих губ, когда я их не планировал. Кто-то свыше решил, что Марте нужно знать, а мне открыться. Такая вот точка невозврата, которую именно так мы и должны были пройти. Со слезами, дрожью, откровенностью, криками и немного сексом.

«Ты прилетаешь сегодня?»

«Ждешь?»

Ответа вновь нет. Он приходит спустя еще минут пять. Уверен, Марта обдумывает каждое свое слово. Трусиха.

«Ты говорил что-то про свидание».

«Позволишь тебя украсть?»

Получаю думающий смайлик.

«У тебя очень хорошо получается поздравлять меня с победой», — дописываю и отправляю. Между нами давно не было такого простого общения. Разве что когда Марта варила сыр.

«Озабоченный!»

Вот именно так. В конце ее обращения восклицательный знак. Отсылаю сердечко. Красное. Помню, как-то ставил под постами Марты в соцсети.

«Скажешь, куда меня украдешь?»

«Будет сюрприз. Тебе понравится».

Глава 36. Марта

— Яхта? — удивленно спрашиваю. И мысли не возникло, что сюрприз — это яхта. То есть двухдневное путешествие по Карибскому бассейну на яхте.

— Если ты не против, то я сознаюсь: мне понравилось, как ты смотришься на яхте. Это было, когда…

— Я помню, когда это было. Алекс.

Мои волосы от порыва ветра бьют в лицо, прикрывая порозовевшие щеки.

— Тогда прошу на борт, — зависнув на моих губах полминуты, просит Алекс.

Я еще раздумываю. Два дня в море на яхте, по сути, в закрытом пространстве, откуда не сбежать, если что-то мне не понравится, внушает некий ужас. Или возбуждение, стоило вспомнить, о чем я мечтала, будучи глупой влюбленной дурочкой.

— Если ты будешь ко мне приставать, Эдер, я столкну тебя за борт, — переступаю порог трапа и, пошатываясь на волнах, пробираюсь к самой яхте.

— И как же ты вернешься? Без меня? — Его голос звучит близко. Он ложится на мои плечи и заднюю поверхность шеи. Тонкие волоски поднимаются от проникновенного тона Алекса.

— Как-нибудь, — обиженно отвечаю. В этот раз гонщик снова прав, а я… Глупая. И правда, как я без него?

— Если что, инструкция под штурвалом, — продолжает шептать, заставляя внутренности и мышцы живота сжиматься. И обходит меня, когда мы оба переступаем порог, и места становится чуть больше.

Яхта Алекса Эдера внушительных размеров. По-любому это еще один пункт, по которому мой гонщик соревнуется с гонщиком Тимуром Сафиным. И Алекс выигрывает. Яхта Тима раза в два меньше и выглядит менее современной будто бы.

Основной цвет всех деталей яхты Алекса — серый.

Серый корпус, серые стены, серые поручни. Все стекла на двух ярусах тоже серые, но в солнечных очках кажутся и вовсе черными. Только полы тепло-золотистого цвета, чем-то напоминающего пряную корицу. В общем, все очень и очень дорого.

— Где моя каюта? — Убрав руки за спину и сложив их в крепкий замок, интересуюсь.

— Внизу и налево, — отвечает быстро.

Прикрываю веки, чувствуя подвох. Улыбка гонщика коварная. Он следует за мной по пятам, как верная тень.

Спускаюсь и открываю дверь. Перед глазами большая кровать, шкаф, комод. Деревянный пол застелен круглым светло-серым ковром с высоким ворсом. Никогда не думала, что серый и коричневый могут сочетаться. Мне нравится этот дизайн и смелый человек, который посоветовал это Алексу.

— Мне было бы достаточно каюты и поменьше, — критически осматриваю каждую деталь. Влюбляюсь в яхту, и одна половина меня этому обижается и злится. Нельзя так быстро, нельзя делать это снова!

— Другой нет.

— А где в таком случае будешь спать ты? Наверху? Я успела заметить пару диванчиков.

Алекс не отвечает и, подойдя ко мне со спины, обнимает и кладет руки на мой живот. Тот вновь сжимается, а сердце устремляется вскачь, как профессиональный королевский скакун.

— Рассчитывал, что с тобой.

— Пф-ф-ф, — фырчу. Сердце ускоряется еще быстрее. Просто бежит, не делая пауз и остановок. Предатель.

— Я с краешка. Не помешаю.

Врун. Мне в поясницу уже упирается его возбуждение. Тело тоже предает, я покрываюсь мелкой дрожью. Ее появление не свалишь на включенный кондиционер, потому что он попросту выключен.

Поджимаю губы, умоляя сердце сбавить ход. Оно бьется так громко и ощутимо, что Алекс по-любому в курсе моего волнения.

— Зачем? Есть же место там, наверху, на палубе… Или как она называется?

Мысли путаются. Я успела представить ночь вместе. Две ночи вместе на большой кровати, застеленной серебристого цвета покрывалом.

— Потому что я тебя люблю и хочу быть рядом с тобой.

Дыхания не хватает, и мне хочется сорвать руки Алекса со своего тела. Состояние слезливое.

— Как удобно… — ворчу.

— И так желанно.

Надавив, Алекс разворачивает меня к себе. Отчего-то сразу же привстаю на носочки, а руки кладу на плечи гонщику, пальцами сжимаю напряженные мышцы.

Теперь я чувствую сердцебиение Эдера, как свое собственное. Мы чертим взглядами по лицам друг друга, и мои губы воспаляются огнем. Жар падает в грудную клетку камнем, разбивая косточки на осколки и пыль. Пережитая боль сражается с острым желанием купаться в объятиях гонщика. Если забыть об ошибках, его холодности и нашей сделке, то эти объятия — самое классное место на земле. Было самым классным.

Алексу не отвечаю и мягко освобождаюсь от тяжелых рук Эдера. Нужен глоток свежего морского воздуха. Поэтому я довольно быстрым шагом выхожу из каюты и поднимаюсь на верхнюю палубу.

— И как мы будем плыть? Ты научился управлять яхтой?

— Немного, — отстраненно отвечает.

— А то вдруг мы застрянем в море. Или будет шторм. Или…

— Все будет хорошо, Марта. Ты же мне веришь? — Переводит на меня нетерпеливый взгляд.

Хочется вновь фыркнуть в ответ. Его вопрос прозвучал так, что мы говорим уже вовсе не о яхте и нашем путешествии. Сбежать бы, но да… Я заперта, и Алекс успел завести мотор, отцепить яхту от причала и медленно отплывать.

Это капец!

— Я верю, что ты научился неплохо справляться со штурвалом. Ты же Алекс Эдер, — говорю, глядя на то, как нос яхты рассекает морскую гладь. — Чемпион, отличник и перфекционист.

— Звучит неплохо. Марта.

Бросив беглый взгляд, ловлю подмигивание Алекса. За этим самым штурвалом он хорошо смотрится. Как-то сексуально-притягательно до покалываний на подушечках пальцев.

— В шкафу в каюте ты найдешь купальник. Можешь переодеться, позагорать, — говорит между делом. — На кухне фрукты, закуски.

Пробую принять в своей голове несколько фактов. Первое: Эдер купил мне одежду и разложил ее на своей яхте. Второе: он знает мой размер, иначе бы его тон не был таким уверенным, предлагая мне переодеться. Третье: серьезное выражение лица Алекса очень напоминает мне того Алекса, который садится за руль черного болида.