Жена в наказание, или Дракон в наследство - Надежда Игоревна Соколова

С этими словами он вышла из гостиной. Гарольд дернул плечом и повернулся к отцу.

– Успокаивал. Бесполезно. Ей нравится себя накручивать.

– Твоя мать точно так же себя вела все три беременности, – вздохнул тот, – это, видимо, у всех женщин в крови. Сейчас поговорит с невесткой, успокоит ее. В общем, не бери в голову. А вот маршала с семьей постоянно отвлекать я не смогу. Да и не представляю себе, как, чем отвлечь женщин.

– Женщин? – насторожился Гарольд. – А там разве не одна мать приедет?

– Увы. Еще и две старшие сестры.

Гарольд, не сдерживаясь, застонал. Ярец точно наказывал его за что-то, причем наказывал жестоко! Двое мужчин и три женщины – все родственники жены. И всех надо как-то попытаться держать от нее подальше. Иначе она будет волноваться, а беременным это запрещено!

– Аршанарах дортонраш шарноратнс! – выдал Гарольд мудреное ругательство.

Ну вот как в таких условиях нормально жить?!

Отец сочувственно улыбнулся.

– Это к нам давно твоя бабушка вместе со своими сестрами не приезжала. Помнишь, как они появлялись здесь каждый год, пока ты и девочки были маленькими?

Гарольд помнил, и мать матери, и ее сестер, так и не вышедших замуж. Да, пока он был маленький, все вокруг казалось ему новым, интересным, а бабушки – веселыми. Но теперь он с трудом вынес бы каждую по отдельности. А уж всех вместе…

– Намекаешь на то, что не нужно злить богов еще больше и просто терпеть всех гостей? – хмуро спросил Гарольд.

Отец кивнул.

– Ничего другого нам с тобой, сын, в этой ситуации не остается.

– Аршанарах дортонраш шарноратнс! – выдал раздраженно Гарольд и залпом допил свой уже остывший чай.

До приезда дражайших родственников, чтоб их всех тролли забрали, оставалось не так уж и много времени…

Первый мандраж прошел, на смену ему явилось умиротворение. «Будь, что будет», – решила Наташа. Разговор со свекровью ее немного успокоил. «Все в руках богов, и только их воля важна», – сказала Ариадна этим днем. И Наташа, поразмыслив, согласилась с этими фразами. Да, если родственники узнают правду, она будет чувствовать себя неловко, но недолго. Это ведь не она сама создала портал и появилась в теле их дочери и сестры. Все претензии к богам. А те перед смертными не отчитывались.

Так что к приезду родни Наташа успокоилась окончательно.

И мать, и сестры появились в императорском дворце, веселые, счастливые, пахнувшие духами по последней моде. Теми самыми, которые посоветовала одному из слабых лекарей Наташа. Не сам состав, конечно, а кое-что из технологии, смешения ароматов и прочее. И вот теперь, став популярным, запах оказался и на матери Натали. Хотя… теперь уже и Наташи.

Платья синих оттенков, драгоценности им в тон, туфли на высоком каблуке, ярко-голубые, дневной макияж на лице – все говорило о том, что родственницы решили произвести первоклассное впечатление на окружающих.

Одетые довольно скромно, без лент или бисера на платьях, без малейшего намека на декольте, они, тем не менее, смотрелись эффектно.

Отец и брат Наташи выглядели поскромней в своих темно-серых камзолах, белых рубашках, черных штанах и такого же цвета туфлях и не казались особо счастливыми.

Насколько Наташа знала, брат так и не нашел себе спутницу жизни, не женился, не обзавелся потомством. Возможно, это было еще одной из причин его появления при дворе.

– Ах, милая, ты великолепно выглядишь, – три жадных женских взгляда просканировали Наташу с головы до ног, отметив и сшитое по последней моде платье с неглубоким декольте и рукавами-фонариками, и, несомненно, дорогую ткань, и туфли-лодочки из редкой кожи аргорна, заморского животного. Все, каждую деталь отметили.

– Благодарю, – мягко улыбнулась Наташа и практически искренне обняла каждую из трех женщин и кивнула двоим мужчинам, – рада вас всех видеть.

Ну, не сказать, чтобы действительно была рада. Но не дрожала при одной мысли о встрече, это точно.

Пятый месяц беременности давал ей возможность отказаться от долгого разговора и в любую минуту закрыться у себя в покоях, притворившись больной. Но пока Наташа решила с этим повременить. Придержать козырь в рукаве, как говорится.

Она радушно пригласила родню в ближайшую гостиную. Оббитая в зеленые оттенки мебель и выкрашенные в тот же цвет стены и потолок создавали обманчивое ощущение единения с природой. Будто сидишь на лесной полянке, размышляя о чем-то своем. Только пения птиц и шелеста листвы не хватало для полного счастья.

Наташа любила эту гостиную и часто проводила здесь время, работая с бумагами. Теперь же она пригласила сюда родню, уселась в одно из удобных кресел с высокой спинкой и широкими подлокотниками и выжидающе посмотрела на родителей.

Глава 48

– Охота и бал, – сообщил отец Гарольду, когда они вдвоем сидели в кабинете императора и пили выдержанное эльфийское вино после обеда. – Время на подготовку было. Сегодня пусть осваиваются. Завтра – охота, послезавтра – бал. Потом они еще два дня приходить в себя будут. А затем что-то еще придумаем.

Гарольд был согласен с любыми пунктами плана, лишь бы Натали довольно улыбалась. Ее первая встреча с родными прошла успешно, и Гарольд надеялся, что они отвлекут дочь и сестру от постоянной работы. Еще бы Аннет занять чем-то нужным… Джеффри жаловался, что они с Натали что-то затеяли, и Аннет снова почти не бывает дома. На прямые вопросы не отвечает, намеков не понимает. И вот казалось бы, школа, вуз, кафе, мини-библиотека, больница, заводы. Ну куда еще? Зачем «расширять бизнес»? Как любила выражаться Натали? Генриху она отдала заводы, не совсем конечно, он там был всего лишь управляющим. Но за всем остальным присматривали Натали и Аннет. И как вообще времени хватало?

– Сын? – оторвал Гарольда от раздумий отец. – Ты меня слушаешь?

– Пап, – рассеянно позвал тот, – ты знаешь, что они задумали? Натали и Аннет? Чем снова заняты?

– Не до конца, в общих чертах. И тебе не понравится их идея.

Гарольд нахмурился.

– Она хотя бы до родов успокоится?

– Не уверен.

Гарольд выругался, правда, про себя, и вернулся к обсуждаемой теме.

– Моя помощь на охоте нужна будет?

– Да, – кивнул отец, – отвлекай маршала, не давай ему общаться с равными себе. Он должен как можно дольше