Смерть - Мишель Хёрд

— Можешь попробовать, — усмехается он. — Я дам тебе три попытки, но что я получу, если ты ошибешься?

Я думаю минуту, а потом спрашиваю:

— Чего ты хочешь?

Выражение его лица становится прямо-таки хищным, и от этого у меня внутри все переворачивается.

— Задавать мне этот вопрос очень опасно. Ты знаешь, чего я хочу.

Меня.

Я смотрю на подарок, размышляя о том, как найти компромисс, пока не буду готова сделать с ним этот важный шаг. Я делаю глубокий вдох, затем, снова посмотрев на него, спрашиваю:

— Как насчет поцелуя?

Наклонив голову, он прикусывает нижнюю губу, и от этого горячего зрелища у меня отвисает челюсть.

Черт возьми.

Он прищуривается, затем говорит:

— В губы.

Когда я киваю, он выгибает бровь.

— Я хочу услышать слова, mi sol. Устное согласие для меня очень важно.

В моей груди вспыхивает чувство уважения, и мне становится гораздо легче сказать:

— Да, я поцелую тебя в губы.

Он глубоко вдыхает, затем указывает на подарок.

— Как думаешь, что это?

Я внимательно изучаю форму подарка и слегка встряхиваю его, но звука не слышу. Подумав, что он, должно быть, купил мне бриллиантовый набор, я говорю:

— Это браслет.

Он вздыхает.

— Угадала.

Посмеиваясь, я быстро открываю подарок и, увидев теннисный браслет7, меня охватывают сильные эмоции. Папа подарил мне на восемнадцатилетие похожий браслет с маленькими бриллиантами, но я его потеряла.

— Тебе не нравится? — Спрашивает Сантьяго.

— Очень нравится. У меня был похожий браслет, но я его потеряла.

Он подходит ближе и, надевая браслет мне на левое запястье, говорит:

— Если ты потеряешь этот, я просто куплю тебе другой.

Я кладу коробочку на стол и, повернувшись к Сантьяго, подхожу ближе.

— Ты сделал мой день рождения таким особенным. Я никогда его не забуду.

Я уже собираюсь встать на цыпочки, чтобы поцеловать его, как он того хочет, но он обнимает меня за плечи и легонько подталкивает, призывая идти дальше.

Глава 23

Сиара

Сантьяго ведет меня вниз по лестнице, высеченной в скалах, и когда наконец открывается вид на океан, зрелище становится поистине захватывающим.

Песок здесь белый, а вода простирается до самого горизонта.

Слева виднеется шатер. На его столбах натянуто белое полотно, которое слегка колышется на ветру. Под ним стоят стол и два стула.

Когда мы подходим ближе, я вижу, что стол усыпан лепестками роз, а в середине лежит еще один подарок.

Сантьяго действительно постарался сделать мой день рождения незабываемым.

Он выдвигает для меня стул, и садясь, я говорю:

— Это... — Я качаю головой, подыскивая нужные слова, —... это невероятно. Спасибо, Сантьяго.

Он садится напротив и дарит мне теплую, любящую улыбку.

Я начинаю понимать, что он действительно испытывает ко мне чувства, и это трогает меня до глубины души. Слезы наворачиваются на глаза, и я смеюсь, вытирая их. Я смотрю на набегающие волны и делаю глубокий вдох, а затем снова обращаю внимание на необыкновенного мужчину, сидящего напротив меня.

— Ты делаешь меня счастливой, — признаюсь я.

— Рад это слышать, mi sol. — Он наклоняется вперед и придвигает подарок поближе ко мне. — Хочешь угадать с трех раз?

Я вытираю слезу кончиками пальцев и улыбаюсь ему.

— Условия те же, что и раньше?

Он кивает.

— Конечно.

Эта коробка больше остальных, и не похоже, что в ней находятся украшения. Я думаю минуту, а потом спрашиваю:

— Это одежда?

Сантьяго качает головой, уголок его рта приподнимается.

Я беру коробку и встряхиваю ее. Подарок издает приглушенный звук, будто внутри что-то шевелится.

Я понятия не имею, что это может быть.

— Я не знаю, что там.

Его бровь выгибается.

— Сдаешься?

Когда я киваю, выражение его лица становится серьезным, и он спрашивает:

— Ты уверена?

Я знаю, что он имеет в виду поцелуй.

— Да. Уверена.

Его губы расплываются в горячей улыбке.

— Открой свой подарок, mi sol.

Я срываю бумагу и снимаю крышку с коробки. Увидев золотистый шелк, я хмурюсь, но когда снимаю ткань, под ней оказывается фотография в рамке.

Снимок был сделан во время ужина с Грейс и Домиником. Мы все улыбаемся.

Я выгляжу счастливой.

Затем я вижу выражение лица Сантьяго, и нет никаких сомнений в том, что он смотрит на меня с любовью.

Мой подбородок начинает дрожать, когда я достаю фотографию из коробки.

— Я хотел, чтобы ты увидела то, что вижу я, когда смотрю на тебя, — бормочет Сантьяго.

Я продолжаю смотреть на его лицо на фотографии, вместо того чтобы смотреть на себя, и вижу все, чего когда-либо хотела.

Наконец я понимаю, почему Сантьяго так уверен, что я — его единственная.

Я провожу пальцами по стеклу, защищающему фотографию, прежде чем положить ее обратно в коробку. Как только я аккуратно ставлю свой подарок на землю рядом со стулом, к нам подходят официанты с подносами. Я жду, пока они поставят на стол тарелку с фруктами и мимозой.

Когда они снова уходят, я улыбаюсь Сантьяго, изо всех сил стараясь не поддаваться эмоциям.

— У меня и раньше были потрясающие дни рождения, но ни один из них не сравнится с сегодняшним. — Желая отплатить ему тем же, я признаюсь: — Я чувствую к тебе влечение. — Я поднимаю руку и беру кольцо. — И у меня зарождаются чувства к тебе. Ты мне очень дорог.

Сантьяго наклоняет голову, и его взгляд становится таким нежным, что я ощущаю это всем сердцем.

— У меня уйма времени, Сиара. Спешить некуда.

Он берет свой бокал, поднимает его, и я быстро беру свой, а затем он произносит тост:

— За то, чтобы мы всю жизнь узнавали друг друга и старели вместе. Неважно, будем ли мы друзьями или возлюбленными, я самый счастливый человек на свете, потому что ты есть в моей жизни.

Я сделаю все, что в моих силах, чтобы исцелиться и дать Сантьяго то, чего он хочет.

Я делаю глоток мимозы, затем ставлю бокал обратно на стол и беру дольку арбуза. Откусывая, я смотрю на океан и думаю, как мне повезло, что именно он нашел меня в том поле.

Из всех, кого он знает, из всех женщин, которых он спас, он выбрал меня.

Я снова смотрю на него и говорю:

— Когда мы вернемся домой, я постараюсь познакомиться с жителями деревни. Я буду ходить на групповые занятия. — Я делаю глубокий вдох и добавляю: — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вписаться в твой мир.

— Я буду рядом на каждом