Лорд Стужа и Я - Сусанна Ткаченко

Но Скит веселиться не спешил.

— Дракон? Как великий Хамелеон матери Природы из запрещённых сказаний? — ошарашено переспросил Скит, таращась на моего Реша.

Я нахмурилась и вскинула взгляд на Саверина. Что за запрещённые сказания? Сердце забилось чаще, как будто почувствовало скорую разгадку головоломки.

— Ну не прям как он, конечно, — скромно возразил Реш, гордо выпятив начавшее округляться красное брюшко, пока мы с Саверином переглядывались. — Но общее у нас определённо есть. Я ведь один из его потомков. Тот, которого Природа создала из чешуек своего рефлекта. Так что можно сказать — угадал. Приз тебе, парень, за сообразительность.

Я никогда не слышала о том, что у матери Природы — создательницы вообще всего — есть рефлект. И не имела понятия, почему эти данные засекречены.

— А ты откуда об этом знаешь? — очнувшись, возмущенно спросил у Скита Саверин.

Мне стало понятно, что и он о рефлекте создательницы слышит впервые.

— А ты не знал?

— Нет.

— Ну, это тайное знание мне передал отец после открытия силы в Купели, — немного виновато протянул Зной. — Уверен, тебе бы тоже об этом рассказали перед тем, как официально объявить главой.

Саверин шумно втянул носом воздух, справляясь со своим недовольством, а я почти неосознанно взяла его за руку, чтобы поддержать. Конечно, ему неприятно, что временный совет дома и собственная мать не спешили просвещать истинного наследника. Это наводило на подозрения, что в него не верят и не воспринимают всерьёз.

— Допустим, что так, — проскрипел Стужа надтреснутым голосом, — но раз ты уже в курсе, то не можешь ли с нами поделиться, почему эти знания хранят в тайне?

Однако пока Зной пожимал плечами и прикидывал, что можно нам сказать, а что нет, вместо него ответил Реш:

— Так понятно же почему. У матери Природы нет понятий «дикие маги» или «великие дома». Для неё все одинаковые и все любимые дети. Это вы тут придумали разделение, поэтому я к Шер и пришёл, чтобы всем показать, что маг может быть универсалом и управлять абсолютно всеми энергетическими потоками. Как стихийными, так и связанными с другими источниками силы.

Мне захотелось присесть.

— Но почему я? — пробормотала, глядя на Реша.

Дракончик подскочил ко мне, облизал лицо шершавым языком, обнял лапками и положил рогатую голову мне на грудь.

— Потому что ты моя рефракта. Самая подходящая мне девочка и просто лучше всех, — проворковал нежно, и я обняла его.

На душе разлилось тепло и нежность, а паника сошла на нет. Что бы там ни приготовили мне высшие силы — у меня есть Реш. Он никогда не подведёт и не предаст, а значит я со всем справлюсь.

Правда, парни долго наблюдать за нашими нежностями желанием не горели.

— Кто же твои родители, Шер, и каков истинный потенциал? Как я понял, ректора вы обманули.

— Моя мать кристалломанка, а отец неизвестен. Про потенциал мы тебе не врали — он десять единиц.

— А как же ты помогаешь Стуже? А ты, Саверин, как помогаешь растить рефлекта Шер?

Я застонала в голос.

— Отстань, Скит, а?! — устало попросила я, оторвавшись от Реша. — Мы только недавно заключили сделку и пока в самом начале пути.

— Да, Зной, отстань, — присоединился ко мне Саверин. — Я добываю рефлекту то, что ему требуется для правильного роста, а Шер мне как-то помогает. Не знаю как, но в данный момент у меня вся двадцатка полна созиданием. Считай, что это спасло нас с тобой от серьёзной драки. Но я пока не разобрался, как это произошло.

— Ладно. Я понял. Но, Шер, завтра мне нужна будет твоя кровь. Ты обещала.

— Да хорошо! Хорошо! Только сегодня пойдёмте уже спать! — взмолилась я.

Парни вняли моим жалобным воплям, и мы двинулись через парк к общежитию.

— А мне надо ещё много всякой разной силы. Чем больше её оттенков мы с Шери получим, тем станем сильнее, — принялся болтать Реш. — Уникумы знакомые есть? Вот их тоже надо бы попробовать. Будем собирать коллекцию, а Шер надо много-много учить. Сейчас она может спонтанно использовать лишь то, чем в неё хоть раз кидали или через что проходила как через межмировой портал. А когда я стану большим, как эта академия, а Шери умной, как все маги Спирали, тогда мы вообще сможем всё.

— Реш, не трещи! — призвала я рефлекта к порядку. — У меня сейчас чуть голова не лопнула от потока информации, а сердце от ужаса, сколько всего мне придётся учить.

— Не завидую я тебе, Шерилин, — протянул Скит. — И вы правильно делаете, что от всех скрываете правду. Я даже боюсь предсказывать что начнётся, когда о твоих возможностях узнают великие дома.

— Могу предположить, что первым делом все кинутся делать детей кристалломанкам, — мрачно пошутил Стужа.

— Думаешь, причина в этом?

— Ты же знаешь, что всем плевать. Будут цепляться за любую особенность в появлении на свет Шери.

— Это да. Согласен… Хорошо, что ты потребовала с меня клятву, Шерилин. Я теперь могу с чистой совестью вам помогать и не выносить этот вопрос на совет.

Парни перекидывались фразами до самого общежития, а я молчала, мечтая упасть на кровать. У меня не было сил радоваться, что, кажется, сегодняшний день прошёл замечательно: я получила ещё одного союзника, накормила кристаллами Реша и заработала много межсезоний. Осталась сущая ерунда — выучиться, найти уникальных магов и заставить их швырнуть в меня заклинаниями. Я улыбнулась от уха до уха — все же интересное время меня ждёт!

Глава 24

Саверин

— А теперь давай поговорим откровенно, — сказал Скит, когда Шери с Решем скрылись за дверью своей комнаты. — Я знаю, что ты нацелился присвоить себе девчонку, но хочу сразу сказать — я не позволю. Она — Зной.

С наивностью я давным-давно простился, поэтому вообще не удивился словам друга. Я даже ждал этого непростого разговора.

— Дружище, боюсь, Шерилин вообще решит остаться вне любого дома, и всем придётся с этим считаться. Знаешь, что я думаю по этому поводу?

— Что нам надо вылезти вон из кожи, чтобы завоевать её расположение? — прозорливо предположил Скит.

Я никогда не боялся конкуренции, но мне совсем не нравилась мысль о том, что Зной примется