Конфетка для придворного мага - Натали Измор

— Что ж, я убедился в том, что прав, Эри, — Двэйн взял со стола какой-то конверт и протянул мне. — Прочитай. И скорее вернёмся в обычную библиотеку или спальню, где я с радостью исполню твоё желание. Здесь, к сожалению, стоят мощные охранные чары и работают сотни артефактов. Гэйл нам не простит, — он присел на подлокотник кресал и коснулся моих волос.

Я поняла, что медлить глупо, да и обстановка мечется между серьёзной и игривой. Раскрыла конверт со сломанной печатью и вытащила письмо. Внимательно читала. Несколько раз для надёжности.

И из этого письма, адресованного прошлому ректору Академии магии от Академии магии империи Гайда значилось, что из троих студентов по обмену двое возвращаются в срок, а вот одна студентка, к глубокому сожалению ректора-демона Тэша ис Равэс, не сможет этого сделать. Причиной указывалась связь с демоном из империи Райнар, с коим означенная дева сбежала, не оставив даже пояснений. Ниже прилагался список из трёх имён, среди которых больше всего меня интересовало только одно. Милена Розамель. Моя мать…

Глава 43

Глава 43

Милена Розамель сидела за рабочим столом в своём кабинете в городском доме рода Розамель. Когда-то давно его приобрела ещё её прабабушка, решив остаться в столице тогда ещё довольно молодой империи Фираш. Почему она приобрела не только дом в Рафаре, но и поместье в окрестностях, оставалось тайной за семью печатями.

Женщина откинулась в кресле и потёрла переносицу. Спать хотелось неимоверно, но из-за всех тревог и попыток выйти из безвыходной ситуации, фея не могла погрузиться в спокойное состояние. Кто знал, что старшей дочери достанутся практически все строптивые черты. Его черты. Милена слишком крепко сжала перо, сломав его. Но и это не отвлекло её от тягостных размышлений. Девчонка унаследовала ещё и цвет волос, который бесил до ужаса. Пришлось даже мужа подбирать себе из расчёта на то, как внешне может выглядеть ребёнок. Всё же демоны — доминантная раса в плане наследственности.

Рожала Милена за закрытыми дверями, мужа не пускали до тех пор, пока не удалось убедиться: родилась фея. Каким-то чудом. На много лет страшная тайна молодой графини оказалась похоронена. И всё бы ничего, если бы не Эрианта не взбрыкнула. В какой-то степени Милена жалела, что отправила дочь учиться, уступив матери. С другой стороны — удалось избежать дурного влияния старшей дочери на остальных потомков. Всё же младшие дочери рода Розамель оказались более покладистыми.

— А всё дурная кровь отца, — одними губами произнесла фея.

Женщина длинно выдохнула, стараясь успокоиться. Это всё он виноват. Соблазнил, а потом бросил в храме их богини. Милена с болью вспомнила далёкое прошлое, когда наивно полагала, увлечённая страстью красавца-демона, что у них может быть какое-то совместное будущее. Всё решилось время ритуала в храме, когда под сводами древнейшей обители прозвучали слова «эта женщина не твоя судьба». И он…

— Госпожа, — голос служанки заставил графиню вздрогнуть. — Вы велели не входить, но я уже долгое время стучу.

— Говори, — фея постаралась взять себя в руки и принять свой обычно бесстрастный вид.

— Вам прибыло два письма, — девушка избегала смотреть на свою госпожу, опасаясь гнева, ведь графиня уже некоторое время пребывала в крайне нехорошем расположении духа.

— Неси, — властная интонация в голосе, которой невозможно противиться.

Служанка шустро просеменила до стола, положила пухлые конверты, склонилась ещё ниже и очень быстро покинула кабинет.

Всё же инициированные феи, особенно на пике возраста и силы, обладали внушительными способностями. Если бы только не факт рождения Эрианты. Только самой Милене была известна одна важная особенность, о которой обычно рассказывают матери своим дочерям перед замужеством. Максимум развития дара фея может получить не во время инициации, нет. Это лишь верхушка небольшого холма. Истинную же силу женщины рода фей способны получить, беря на руки своего первенца. Из-за юности и злости, из-за уже тогда зародившейся ненависти, Милена так и не смогла взять на руки собственную дочь.

И после прикасалась к девочке лишь по необходимости. Никаких объятий. Никаких поблажек. Кормилицу привезли из города ближе к границе, а после, оплатив молчание, отправили обратно.

Милена вскрыла первый конверт. Там обнаружились документы из столичного лазарета, свидетельство одного из врачей, что Эрианта поступила туда без сознания. Жаль, что к тому моменту рыжая поганка уже обзавелась защитой от влияния семьи. А ведь так всё хорошо складывалось. Стань Эрианта женой Элиаса Лайма, дочь послужила бы благородной цели — искупить грех своего рождения.

И всё же Анта сбежала, заставив мать изрядно поволноваться, что тайна десятков лет вдруг внезапно выплывет. Впрочем, это волнение никуда так и не делось. Потому что демоническое отродье умудрилась не просто сбежать и обзавестись защитой, но ещё и дар пробудить. Кто только позарился на такую бракованную девушку? Да, сильный маг, талантливая, это всё Милена Розамель отрицать не собиралась. Но как никто другой, она знала, что пробуждение дара может начаться только тогда, когда возникают чувства. Как минимум — влечение. Кто? Кто испортил такую потрясающую комбинацию и поставил под угрозу репутацию дома Розамель?

Милена сжала кулачок и легонько стукнула по столу.

— Милена, — в кабинет постучался супруг. — К нам пожаловал господин Элиас Лайм. Говорит, что это срочно, и что посылал какую-то бумагу вперёд.

— Займи его беседой, — совсем не как жена, а скорее как начальник, приказала фея.

— Да, дорогая, — муж Милены закрыл дверь, его шаги вскоре стихли в коридоре.

Милена взяла второй конверт и не очень аккуратно вскрыла, торопясь. Вытащила ворох бумаг и принялась изучать. Терпения фее хватило ненадолго. Женщина резко поднялась из-за стола, пылая праведным гневом. Сжала в пальцах бумаги и направилась к выходу из кабинета.

«Как он мог? Как только осмелился, этот грязный шантажист», — фея была готова от негодования выпустить крылья, но всё же сдержалась. Каблуки стучали по ступенькам лестницы, с которой накануне сняли ковёр, чтобы почистить.

Милена ворвалась в гостиную, не особо заботясь о том, как выглядела со стороны. Не сдержавшись, она повысила голос и даже не поприветствовала гостя.

— Ка вы посмели требовать подобное? — Милена выставила вперёд руку, в которой сжимала бумаги. — Я требую отказаться от этой затеи.

— И вам доброй ночи, леди Розамель, — барон Лайм насмешливо улыбнулся, даже не делая попытки подняться из кресла. — Вы мне можете предложить альтернативу?

— Вы не имеете права…

—