Океанская Жемчужина - Лия Виата

Насильно сделала вдох. Уши заполнили их дикие крики и проклятия в мой адрес, а ещё смех. Мой нервный и истеричный смех. Неудивительно, что русалку, которая смеялась, убивая родителей, окрестили ведьмой.

— Скажи мне, Кармен, как ты собираешься править Империей? — спросила я.

— Мудро. Я создам мир, в котором никто не сможет принижать сирен. Мы будем свободно использовать свои способности и жить как все, — с жаром ответила она.

Я кинула взгляд на Зару и Мэй, а потом усмехнулась. Они совсем не выглядели «как все». Перегнулась через стол, приблизив своё лицо к Кармен. Не знаю, что она увидела на моём лице, но сирена очарования напряглась. В её глазах вдруг промелькнул страх.

— Тогда почему бы тебе не загадать мне желание? — спросила я.

— Я, по-твоему, совсем дура, чтобы просить о чем-то океанскую ведьму? — ответила она, не задумываясь над словами.

Моя усмешка стала шире и злее.

— Вот поэтому тебе никогда не создать ту Империю, которую хочешь. Ты ничем не отличаешься от Императора. Боишься меня, но миришься с моим присутствием. Признай, что затеяла всё это ради мести за старшую сестру, — произнесла я.

Кармен вздрогнула, как от пощечины, и оскалилась.

— Не смей упоминать Хару, — с угрозой прошипела она.

Я села на место и пожала плечами, уступая ей. Мы поменялись местами и теперь уже Кармен начало трясти от воспоминаний о достаточно жестокой гибели единственной русалки, которая её искренне любила. Про Хару я знала совсем немного. Кармен никогда не вдавалась в подробности, но ходили слухи о том, что поселение в Западном море ополчилось на них, когда она стала сиреной. Родители у них давно умерли, поэтому Хару пыталась вырастить сама. Но сестренка тяжело заболела. Кармен искала лекарства и помогала ей держаться до тех пор, пока об этом не узнали жители. Они приняли решение «помочь» Хару. Прокрались в дом под покровом темноты и медленно убили её, заставив Кармен смотреть на это. Она, как и я, до сих пор не могла оправиться от тех воспоминаний.

Это сближало нас. Я, признаться честно, понимала её и, если бы не встреча с Риэ, то могла бы принять её предложение о сотрудничестве. Однако сейчас стоило мне только задуматься об этом, как на языке появлялась горечь. Риэ дружила со мной не потому, что чего-то хотела взамен, а вопреки слухам. Она стала моим лучом надежды на то, что и другие когда-нибудь смогут принять меня. Кармен же своими недавними действиями загубила всё.

— Мы продолжим разговор позже, — процедила она и посмотрела на стражу у стены. — Отведите её обратно в пещеры.

Спокойно поднялась и поплыла под конвоем в темницу. Сердце всё ещё разгоняло старую боль по телу от поднятых воспоминаний. Раньше думала, что когда-нибудь смогу смириться с ними, но это оказалось невозможно. Они точно будут мучить меня до тех пор, пока не превращусь в пену. Это моя ноша и никуда уже от неё не смогу деться. Впрочем, брать ещё больший грех перед Нептуном желания у меня не было никакого. Если Кармен хочет поиграть в правителя — её право. Я в этом участвовать не собиралась ни сейчас, ни через сто лун.

Глава 34

Несколько долгих дней я ходила, словно ожидая засады, но ничего не происходило. Тот, кто прислал записку так и не объявился. Фэш объявился у дверей моей комнаты на следующее же утро после ссоры с таким виноватым выражением лица, что я так и не решилась рассказать про записку.

— Прости, Риэ. Я не имел права так на тебя смотреть, — проблеял он.

— Я тоже виновата. Сейчас совсем не время распылять внимание и отвлекаться. У нас есть дела куда важнее королевской семьи Иридии, — произнесла я.

Фэш от этих слов почему-то смутился ещё больше, кивнул, и мы снова сосредоточились на деле. Эндрю сам того не ведая оказал мне очень большую услугу, вызвав в свой кабинет и показав туда дорогу. Если и начинать искать секретное хранилище, то явно оттуда. Вот только нам никак не удавалось подгадать момент и проникнуть туда незаметно. Днем по бесконечным коридорам сновало множество слуг, а ночью улизнуть не давали соседи по комнате.

Случай представился после возвращения королевской четы. Они долго отнекивались, но в итоге согласились на праздничный ужин с элитой Иридии.

— Допустим, Энже согласится присутствовать на этом мероприятии. Как нам это поможет с проникновением в кабинет? — тихо спросил Фэш, убедившись, что рядом никого нет.

— У меня есть план, так что просто доверься мне, — произнесла я и прикусила губу.

Если он узнает о всех деталях, то точно будет против…

Фэш глубоко вздохнул и с подозрением посмотрел на меня. От очередного вопроса меня спасло то, что мы уже дошли до покоев принцессы. Я бодро постучала и, получив дозволение, вошла. Энже сидела на кровати и перебирала в руках множество раскиданных по ней нарядов.

— Лави, как думаешь, что мне будет лучше надеть на ужин? — спросила она.

Я удивленно распахнула глаза и на мгновение потеряла дар речи. Энже заметила это и хитро улыбнулась.

— Что? Думала, меня придется убеждать пойти туда? — Она встала с кровати и поправила платье. — На самом деле я думала о том, чтобы никуда не идти, но давно уже не слышала голоса родителей, да и знала, что вы попробуете меня переубедить, поэтому заранее сдалась.

— Это очень смелое решение, — глухо произнес Фэш.

Улыбка Энже стала более робкой. Она нервно поправила прическу. Я глянула на Фэша, но он вдруг начал усиленно рассматривать картину с русалкой на стене. Последние дни они оба вели себя странно, но ничего мне не объясняли. В обычное время попыталась бы всё выведать, но сейчас были занятия поважнее.

— Как на счет того, чтобы надеть что-нибудь яркое? — спросила я, возвращаясь к теме платьев.

Лицо Энже побледнело и приобрело какой-то зеленоватый оттенок.

— Я т… тогда буду сильно выделяться, — заикнувшись произнесла она.

— Хорошо, тогда начнем вливаться в общество постепенно. — Я не удержалась и закатила глаза. — Может наденете темно-синее платье с белыми кружевами?

Энже заметно расслабилась и кивнула. Прикусила губу, решив, что пора приступать к плану и повернулась к Фэшу.

— Учитывая переполох в комнате, принцесса ещё не завтракала. Принесешь ей что-нибудь из кухни? — попросила я, чтобы отослать его.

Фэш кивнул и, ничего не заподозрив, вышел.