Сирена - Элисия Хайдер

— Слоан, скажи мне правду.

Уоррен встал между нами.

— Она ангел. Когда мы встретились, она сказала нам, что мы со Слоан — полукровки ангелов. Наполовину ангелы, наполовину люди. В мире ангелов нас называют Сераморты.

Папа сделал глубокий вдох и задержал дыхание. Наконец он медленно с шумом выдохнул, словно горячий воздух выпустили из воздушного шарика.

— Полукровки ангелов?

Я осторожно подняла руки.

— Ты только не волнуйся.

Он покачал головой.

— Я не волнуюсь. — папа ошарашенно оглядел кухню. — Но мне очень нужно выпить.

— Мне тоже, — согласилась я.

— Давайте выпьем. — Уоррен подошёл к шкафу, где папа спрятал бутылку «Джек Дэниелс». Я видела, как он пил виски только тогда, когда у него были сильные боли в груди. Уоррен налил три стакана и передал два нам. Папа выпил свою порцию ещё до того, как я поднесла свой стакан к губам.

Тёплое виски обожгло горло, и я закашлялась. Уоррен усмехнулся и налил моему отцу ещё одну порцию.

— Заткнись, — сказала я.

Всё ещё смеясь, он покачал головой.

— Я ничего не говорил.

Я начала расхаживать по комнате, постукивая краем стакана по нижней губе. Я остановилась и посмотрела на Уоррена.

— Если это возможно, как объяснить разницу в возрасте?

Он пожал плечами.

— Ты же сама сказала, что у ангелов возможна другая генетика.

— Вам не кажется, что Эбигейл упомянула бы, что она может быть моей матерью? Если бы она подозревала, что я могу быть её дочерью, то сказала бы об этом, верно?

Уоррен сделал большой глоток виски.

— Может быть, она так же удивилась, как и ты сейчас. Мы застали её врасплох, свалившись как снег на голову.

— Да, но всё же. — я раздражённо взмахнула свободной рукой.

— Позвони ей. У тебя есть номер, — напомнил он мне.

Я распахнула глаза и, отдав ему свой бокал, выскочила из кухни. Перепрыгивая через две ступеньки, я добралась до нашей спальни. Визитная карточка Эбигейл лежала в переднем кармане моего чемодана. Я набрала номер, спускаясь по лестнице.

Мне ответили в тот момент, когда добралась до кухни.

— «Утренняя звезда», чем я могу вам помочь?

Сердце бешено колотилось в груди.

— Привет. Могу я поговорить с Эбигейл, пожалуйста?

— Простите, Эбигейл уехала из города по делам. Могу я переключить вас на её голосовую почту? — спросила женщина.

Я снова нервно зашагала по кухне.

— Вы не знаете, когда она приедет в офис, или возможно есть другой способ с ней связаться? Мне очень нужно с ней поговорить.

— Могу я спросить, кто звонит? — спросила женщина.

— Слоан Джордан.

— О! Здравствуйте, мисс Джордан, — заговорила она приветливым тоном. — Мисс Смит просила меня дать вам номер её мобильного телефона, если вы случайно позвоните сюда в её отсутствие.

— Отлично! Какой у нее номер?

Я записала цифры на уголке старой газеты и от души поблагодарила женщину, прежде чем завершить звонок. Я застыла, глядя на номер. Раньше я не сильно задумывалась об этом, но сейчас могла выяснить, кто моя биологическая мать. Еще в детстве я представляла этот день.

— Ты в порядке? — спросил Уоррен, заметив мой ступор.

Я медленно опустилась на барный стул.

— Это просто… невероятно.

Он скрестил руки на груди.

— Тебе не обязательно это делать.

— Да, я знаю.

Я набрала номер мобильного Эбигейл, прежде чем успела передумать. Я прикусила ноготь, пока шли гудки.

Она ответила на четвёртом гудке.

— Алло? — её голос был мягким и мелодичным, совсем не таким, как у меня.

— Эбигейл, это Слоан.

— Привет, Слоан. Я надеялась снова услышать твой голос, — сказала она.

У меня из пальца пошла кровь.

— Ты моя мама? — слова вырвались у меня изо рта прежде, чем я успела себя остановить.

На другом конце провода воцарилась тишина.

— Возможно, нам с тобой стоит поговорить лично.

Она не отрицала, но и не подтверждала.

— Я знаю, что ты уехала из Техаса, — продолжила она, — но не могла бы ты приехать на выходные? Я вернусь в город утром. И с радостью оплачу тебе билет на самолёт.

Я была застигнута врасплох её предложением, лихорадочно думая, как ответить.

— Мне нужно посоветоваться с Уорреном. Ты не ответила на мой вопрос.

— Если ты сможешь приехать, то я выкрою время в своем расписании.

— Эбигейл! — разочарованно воскликнула я. — Я не повешу трубку, пока ты не скажешь мне правду. Ты моя мать?

В ответ была тишина.

— Да.

Телефон выскользнул из рук, ударился о столешницу и с грохотом упал на кухонную плитку. Я не могла пошевелиться от шока.

Уоррен опустил руки по бокам.

— Детка, ты нас пугаешь.

Наконец я взяла свой стакан и одним большим глотком допила виски.

— Это она.

Папа и Уоррен распахнули рты.

— Чёрт возьми, — медленно произнёс мой отец. Я никогда раньше не слышала, чтобы он ругался.

Внезапно у меня закружилась голова.

— Я сейчас упаду со стула.

За два шага Уоррен пересек комнату и взял меня за плечи, чтобы поддержать. Я наклонилась вперед и уперлась головой в столешницу.

— Я схожу с ума. Я официально схожу с ума. — я смотрела, как гранит то появляется, то исчезает перед моими глазами.

Уоррен положил руку мне на спину, и я сосредоточилась на тёплом потоке успокаивающей энергии, которую он излучал. Я медленно подняла голову, когда немного пришла в себя.

— Это невозможно, — снова сказал мой отец. Он сделал несколько кругов по кухне, потом развернулся на каблуках и подошел к столу. Снова взял фотографию Эбигейл и протянул её мне. — Сейчас ей, должно быть, как минимум столько же лет, сколько мне!

Уоррен застонал.

— Доктор Джордан, что-то мне подсказывает, что она уже давно смотрит на ваш возраст в зеркало заднего вида.

Всё встало на свои места. Эбигейл была Ангелом Жизни. У неё был очень добрый характер. Все её любили. Меня нашли в больнице, когда Эбигейл исчезла, потому что ангелам запрещено воспитывать своих отпрысков. Если я могла призывать людей, то и Эбигейл тоже. Всё это время, все эти совпадения…

— Она призвала меня.

Уоррен резко поднял взгляд и посмотрел мне в глаза.

— О, Боже мой. Ты так думаешь?

Я развела руки в стороны.

— А как ещё ты объяснишь все эти безумные вещи, которые происходили в последнее время?

У него не было ответа.

Я шагнула к нему.

— Почему она не сказала мне? Если бы я сидела в соседней комнате от своей дочери, я бы что-нибудь сказала!

Он помолчал минуту, потом покачал головой.

— Не знаю. Я ничего не знаю. Нам нужно больше информации, прежде чем делать выводы.

Я провела руками по лицу.

— Это слишком.