Дикарка для Истребителя драконов - Полина Миронова

на камни площадки. Я едва успел подхватить их своим заклинание левитации и зарычал. Госпожа Луцерция испуганно сжалась и с такой же слоновьей грацией дернула парализующее заклятье.

Девушки пришли в себя и стали стонать. К обездвиженным частям тела возвращалась чувствительность, а это всегда сопровождалось болью. Я сжал зубы, осталось потерпеть совсем немного. Скоро мы зайдем в мой кабинет, и я воздам всем по заслугам. Особо одарю госпожу Луцерцию. Эта дура наложила такое опасное заклятье, и даже не испытывала ни малейшего раскаяния. А между тем, оставь она его на пару часов дольше и студентки навсегда остались бы парализованными.

В гробовой тишине мы поднялись на второй этаж. Испуганная госпожа Луцерция шла по левую руку от меня, а смущенные, измазанные в земле девчонки плыли за нами следом. Левитацию пришлось оставить, потому что сами они пока не могли идти. Только я передвигал их в вертикальном положении, не унижая позой трупа или опасного преступника. Они плыли стоя, подошва обуви всего на пару пальцев отрываясь от земли, поэтому студентки почти шли.

Мой кабинет оказался пуст. Следователь Кастос оказался весьма смышленым молодым человеком и вовремя удалился. Только мне показалось, что он провел в кабинете обыск, а вот это мне не понравилось. Не люблю, когда трогают мои вещи. У меня в душе поднималась настоящая драконья жадность, когда дело касалось чего-то лично мне принадлежащего. Ну да ладно, с Кастосом позже разберемся, никуда он от меня не денется.

— Ну что, дамы, я вас слушаю, — с издевкой протянул я. — Только предупреждаю, вы все виноваты. И ваше наказание будет на прямую связано с тем, что вы расскажете.

Лицо госпожи Луцерции вытянулось от удивления. Отлично! Я сложил руки на груди и строго сказал:

— Я готов услышать вашу версию, госпожа Луцерция.

Глава 39

Я переставил уродливую статуэтку танцующей эльфы на свое место, обвел внимательным взглядом столешницу стола и стеллажи. Так, следователь Кастос успел пошарить на всех полках и ящиках, в том числе в столе. Прыткий молодой человек. Придется селить его в общежитие в соседнюю со своими покоями комнату.

Я должен точно знать, что он делает и куда ходит. Нужно не забыть предупредить Курца, чтобы успел сегодня же все подготовить. Не будем тянуть время, за Ариэллой тоже нужно постоянно присматривать. Только немного отвернулся, она уже влипла в очередную историю.

— Ну, госпожа Луцерция, я жду! — поторопил я покрасневшую преподавательницу травоведения.

Она откашлялась и обиженно задрала подбородок. А вот этого не надо, я это не люблю!

— Магистр Фанхорн, — чопорно произнесла она, — я поймала студенток на преступлении, а теперь должна отчитываться, как бесправная практикантка?! Не будет этого!

Она топнула ногой, отчего звякнули стекла у ближайшего стеллажа, и уже собралась гордо удалиться, и тогда я решил не щадить эту заносчивую курицу.

— Госпожа Луцерция, не смею вас задерживать, однако предупреждаю, что буду вынужден сообщить о ваших противоправных действиях страже и находящемуся у нас королевскому следователю.

Краска сразу схлынула с ее пухлых щек.

— Ка-ка-какое преступление?! Да я… — Она возмущенно махнула рукой.

Я подошел к столу и с облегчением опустился в кресло. С появление Ариэллы Аргандуэл моя спокойная жизнь кончилась, бегаю, как мальчишка.

— Да, вы применили на своих студентах опаснейшее заклинание парализации, причем даже не задали время его действия, чем подвергли здоровье вверенных вам на попечение девушек опасности, — сухо и официально проговорил я, вгоняя растерянную госпожу Луцерцию в панику. Ничего, пусть осознает, что времена, когда она могла кидать опасные заклятья направо и налево, прошли. А то распустились! — А еще вы левитировали живых людей без их согласия, не утвердив форму транспортировки представителями закона и без веских на то оснований.

— Но… но… — заблеяла она.

Я помолчал, давая ей время собраться с мыслями и понять, что против меня лучше не идти. Сразу вспомнились жаркие баталии на военных советах и тайные интриги после. М-да измельчал я, и противники мои уже не те. Хотя, какие противники?! Просто, оставшиеся без руководства и четких нравственных ориентиров преподаватели.

— Если вам есть, что сказать в свое оправдание, я вас готов выслушать, — сказал я более мягким тоном.

Кажется, госпожа Луцерция была готова включить главное женское оружие — слезы. Ее лицо подозрительно скривилось, и толстые щеки затряслись. Она набрала в монументальную грудь воздуха, чтобы всхлипнуть.

И тут я краем глаза заметил улыбающуюся темноволосую студентку. М-да действительно нехорошо получилось. Авторитет госпожи Луцерции пострадал, но я был так зол на нее, что просто не мог сдержаться.

— Вам смешно? — обратился я к черноволосой студентке, которая встрепенулась и вытянулась, преданно поедая меня глазами.

— Нет, — смущенно сказала она.

Я нахмурился, сканируя взглядом испуганно отводящую взгляд девицу. А вот и виновница переполоха.

— Вы понимаете, что ситуация абсолютно не веселая?! И в ней виноваты все. Извольте представиться.

Черноволосая студентка побледнела и чуть слышно пробормотала:

— Маурия Рунталь.

Я стукнул кулаком по столу, заставляя всех присутствующих подпрыгнуть.

— Так вот, студентка Рунталь. Если окажется, что вы незаконно проникли на закрытую территорию оранжереи, где произрастают редкие и охраняемые магические растения, некоторые из которых крайне опасны. Вы будете отчислены из академии сегодня же, а вашим родителям придет штраф за испорченное имущество и поврежденные растения.

Госпожа Луцерция победно хмыкнула, а бледная Маурия Рунталь опустила глаза в пол и закусила губу. Мои подозрения подтвердились, эта студентка точно была виновата. А вот стоящая рядом Ариэлла, кажется, не знала про свойства опасного цветка и сейчас была крайне раздосадована. Она недовольно поглядывала на свою товарку и дергала испачканный рукав платья.

— Магистр Фанхорн, — ожидаемо с триумфом заговорила госпожа Луцерция. — Эти две студентки пробрались в мою… кхм, нашу оранжерею и пытались украсть цветы омелидии! — Она потрясла рукой в воздухе, стараясь придать своим словам больший вес, но видя, что я не впечатлился, продолжила: — Их используют для запрещенного приворотного зелья. Ну, вы знаете, того самого варианта, который дает непреодолимое физическое влечение. А через акт, — тут госпожа Луцерция густо покраснела, — происходит сильная эмоциональная привязка, которую нужно регулярно обновлять физическим контактом. Ну, вы меня поняли.

Она сделалась цветом как помидор и умолкла. А я перевел насмешливый взгляд на Ариэллу. Она выглядела растерянно. Встретив мой взгляд, внезапно покраснела и уставилась в пол. А что, я был бы не против, если бы она меня приворожила. Хотя меня и не нужно было привораживать, я был готов к физическому акту прямо сейчас. И с каждым днем все больше и нетерпеливее. Что говорить, меня даже