Латте первой любви - Евгения Кловер

хватало места. Даже дышать стало затруднительно. Саша шел медленно, в молчании, едва-едва касаясь костяшками пальцев моей руки. Я будто бы находилась возле высоковольтного провода, воздух вокруг был наэлектризован. Эмоции так переполняли, что я решилась признаться сегодня Хвостову: да, он мне тоже нравился, и телепатия наша вполне работала. А еще я хотела, чтобы этот парень вновь меня поцеловал.

Саша выбрал уютное кафе с мягким приглушенным светом, плетеной мебелью и милыми скатертями в клеточку. Мы сели за уединенный столик в уголке.

– Выбирай все, что душа желает. – Саша подтолкнул ко мне лист с меню.

– Знаешь, когда дело касается еды, я совсем не скромная.

– Это же хорошо. – Он усмехнулся и подмигнул. – Для того чтобы обыгрывать сестру в скороговорки, нужно много сил.

Мы заказали по салату, пиццу из дровяной печи и лимонад. Пока ждали официанта с заказом и потом набивали животы, немножко поболтали о пустяках. Еда оказалась очень вкусной, я решила, что обязательно нужно будет прийти сюда с мамой и Светой.

За соседним столиком сидела влюбленная парочка: девушка положила голову парню на плечо, а он с нежностью водил рукой по ее бедру. Выглядели они очень мило, доказывая всем своим видом, что бывают настоящие взаимные чувства. Пялилась я на них не специально, взгляд падал сам собой. Мне стало немного завидно. Я представила, что могла бы так же сидеть вместе с Сашей, прижимаясь к его плечу и ощущая тепло его ладони на своей коже. Румянец выступил на щеках, я почувствовала, что они запылали.

Саша громко прочистил горло, привлекая внимание, я резко вынырнула из мыслей и повернулась к нему, испытывая стыд. Он не мог не заметить, как я беззастенчиво разглядывала соседей.

– Хорошо вот так найти человека, с которым наплевать на весь остальной мир, – произнес Хвостов мягко.

Я пару раз моргнула. Первая мысль, появившаяся в голове: он говорил про нас. И только потом осознала, что слова были про влюбленную парочку.

– Да, но главное, чтобы чувства были искренние, – зачем-то прошептала я, ощущая непонятное давление в груди.

– Да, искренние, – так же тихо подтвердил Саша. – Сонь, это тебе. Еще раз с днем рождения.

На столе передо мной оказалась небольшая коробочка.

– Ой, что ты! Вы мне и так подарили прекрасный день в игровом центре, футболку, да еще и кракозябру. – Я кивнула на игрушку, сидевшую на стуле рядом.

– Открой.

Я открыла коробочку. Внутри лежал браслетик из небольших круглых камешков удивительно нежного оттенка розового.

– Это клубничный кварц. Считается, что помогает обрести счастье. А еще символизирует искренние чувства… Раз мы про искренность заговорили.

Сердце мое разрасталось все больше. Я провела кончиками пальцев по бусинкам. На ощупь они оказались гладкими и приятными.

– Мне очень нравится.

Саша аккуратно поддел браслетик и надел мне на запястье. Я не могла оторвать взгляд от необычной текстуры кварца, проступающей на свету, и крутила кисть в разные стороны.

– Я на минутку отлучусь и вернусь.

Я оторвалась от разглядывания подарка и проследила взглядом за Хвостовым. Тот подошел к официанту и попросил отойти с ним в сторону. Папа тоже раньше всегда так делал: подговаривал персонал кафе вынести десерт со свечкой. Я попыталась спрятать улыбку, появившуюся на лице, чтобы не выдать себя и догадку о сюрпризе.

Когда Саша с официантом скрылись из виду, на столе неожиданно завибрировал телефон Хвостова. Сначала я проигнорировала входящее сообщение, но спустя пару секунду экран загорелся снова. А потом еще раз. Любопытство во мне перевесило чувство такта. Никогда не делала так раньше, не вторгалась в личное пространство другого человека, но сейчас не удержалась. Вдруг что-то случилось, раз ему так настойчиво пишут?

Аккуратно приподнялась с места и повернула телефон экраном к себе. Входящие сообщения сыпались от Дениса Малюгина. Я нахмурилась. И что ему от Саши понадобилось? Уже без стеснения взяла телефон Хвостова в руки.

Денис: Эй, бро, готов сегодня проиграть? Финальный рывок?

Денис: Деньги готовишь? Или отменяем спор? Смотри, я добрый, могу тебя пожалеть.

Денис: Ты дома? Спишь, что ль? Ау!

Денис: Если спишь не один, то сорян.

У меня задрожали руки, телефон выскользнул из пальцев и упал на пол экраном вниз. Звук удара привлек других посетителей кафе, все тут же обернулись в мою сторону. Хотелось бы мне сейчас спрятаться куда-то, зарыться в норку, как мышка. Все теми же дрожащими пальцами я вернула телефон на место. По экрану тянулась трещина. Точно такая же была на моем сердце. Это было во сто крат хуже, чем тогда в детской раздевалке. Сейчас я убедилась своими собственными глазами. Меня водили за нос, надо мной смеялись, все это было не по-настоящему.

Почему я до последнего верила в Сашу? Почему посчитала слова Сережи глупым недоразумением? Потому ли, что хотела верить? Или потому, что успела влюбиться сильно, бесповоротно?

Лучше бы это была просто симпатия. Тогда душу сейчас не терзало бы, как вещи в барабане стиральной машинке на отжиме в тысячу оборотов. Я прикусила губу до боли, до выступившей капельки крови. Во рту ощущался металлический привкус. А я хотела ему признаться сегодня…

В этот миг из кухни под аплодисменты и поздравительную музыку официанты вынесли пирожное со свечкой. Как во сне я наблюдала за десертом, очутившимся передо мной на столе. Как в замедленной съемке задула огонек. Как под толщей воды выслушала пожелания.

– Соня?

Дымок от свечки клубился между мной и Хвостовым, вернувшимся на свое место. Саша пристально смотрел на меня, его лицо стало терять признаки радости и воодушевления.

– Все в порядке?

– Да, – безжизненным тоном произнесли мои губы ложь. А потом я подняла взгляд на Сашу и сердито прошептала: – Давай разберемся с телепатией раз и навсегда. Хватит гадать, о чем я думаю, раскрою все карты. Ты мне совсем не нравишься. Ни капельки. Тот поцелуй был ошибкой, жаль, что я на него ответила.

Подскочив с места, я схватила куртку и понеслась прочь из этого милого и уютного кафе, в котором было тошно оставаться. Прочь от глаз, в которых от моих слов вдруг заплескала боль. Настоящая ли? Или такая же искусственная, как он? Прочь от губ, которые звали меня по имени, пока я сбегала, и которые я все еще хотела ощутить на своих. Прочь от игрушки, провожающей меня. Прочь от последнего напоминания о том, как же с этим парнем мне было весело и хорошо.

Глава 11

Это было очевидно, разве нет?

Я