Уйти, но вернуться - Anastasya 2.0

Думаю, ему неприятно.

Продвигаюсь до конца с ощущением тепла и мягкости внутри. Скоро я почувствую это другим органом. Если получится. Надо постараться, чтоб получилось. Нежно растираю внутренние стенки. Смазка позволяет легко и безболезненно по ним скользить. Несколько мягких движений и мышцы заметно расслабляются.

Пробую два. Уже сложнее, но я не спешу. Лучше пускай будет медленно и нудно, чем быстро и без толку. Лучше вообще ничего не делать, чем навредить.

На два пальца уходит больше времени. Но в целом не так все сложно и проще, чем я ожидал. То ли я себе навернул, то ли он постарался. Появилось у меня подозрение, что он балуется пальцами, когда дрочит. Спросить бы, но не сейчас. Сейчас у нас другая задача.

Нащупываю округленный участок кожи с едва заметной шероховатостью. Наверно, это та самая железа. Я знал об этом и раньше, но только теоретически, и никогда не думал, что буду ее искать в теле другого парня.

Поглаживаю ее кончиками пальцев на пробу. На первой паре движений он вообще не реагирует. Но дальше она, видимо, становится чувствительнее, так как слегка набухает. И он весь выгибается, хватается с силой за край столешницы и тихо стонет на выдохах. Он не похож на порнозвезду, но он так сексуален… И полностью открыт только для меня. Только я вижу его таким и так откровенно его трогаю. И только я сейчас готов кончить без необходимой мне стимуляции.

Мы очень близки, и от этого становится проще. Я схожу с ума от его удовольствия. А он подо мной растекается по столу, и его мышцы внутри заметно смягчаются.

Такой секс мало кому зайдёт. Здесь важную роль играет сама подготовка. И если она не доставляет удовольствия обоим, то последующий акт станет бессмыслицей. Да и прощай теперь быстрый перепихон. И как же я без него? Хотя… Есть же вроде как и альтернативные варианты.

И о чем я опять, сука, думаю… Блядь…

— Уже не больно, Стас. — Не говорит, а простанывает. А я выпадаю к нему из своей головы.

— А было? — Аккуратно добавляю третий палец.

— Стас… — Слышу только это, а дальше что-то не разборчивое.

Склоняюсь над ним и почти ложусь ему на спину. Губами плотно касаюсь его уха и переспрашиваю:

— Что? Скажи.

— Ты… — Запинается на движении моих пальцев внутри. — Ты заебал.

— Я ещё не начинал. — Усмехаюсь.

Три пальца ввожу быстрее, чем предыдущие два и один. Ввожу быстрее, несмотря на лёгкое сопротивление мышц. Удерживаю внутри и слабо шевелю, прощупывая мягкие стенки. Глотаю слюну. Думаю, можно пробовать. Да и долго я уже над ним колдую. Наверно, и правда заебал.

Пристраиваюсь прямо за ним. Тянусь рукой к подоконнику, не глядя туда — там я бросил пакет из аптеки. Пялюсь на четко очерченные лопатки и нащупываю упаковку презиков. А когда ее вытаскиваю, на пол падает ещё одна. Я замечаю это только из-за звука падения, а так меня это не колышит.

Натягиваю резинку. Наверно, это моё единственное ловкое движение за сегодняшний день. Что-то мне подсказывает, что много лубриканта не бывает. Поэтому добавляю небольшой сгусток на головку поверх презерватива.

Будь я потемпераментней и не такой терпеливый и кропотливый, мы бы уже с ним натрахались и кончили. А может, наоборот. Я бы поспешил, и ни хрена бы не получилось.

Проталкиваю головку и замираю. Сначала прислушиваюсь к себе. Ощущение не особо новое, но чувства в груди и животе будто ожили и шевелятся. Будто гладят меня по внутренностям. А он не двигается, и такое впечатление, что забывает дышать.

— Денис… — Веду рукой от его поясницы вверх по позвоночнику к шее. Потом выше и, пропустив его волосы между пальцев, прошу, — Дыши.

— Да, — Соглашается и наполняет воздухом легкие так резко, будто и правда затаивал дыхание.

Делаю на пробу осторожный толчок, и он тихо стонет на выдохе. Ещё один и ещё. Между ними выдерживаю паузы и тону в ощущениях. Я в нем почти полностью. И сейчас понимаю, что есть разница, куда вставлять.

Он так плотно меня обхватывает… Обволакивает пульсацией и теплом. И чего ему только стоило вот так подпустить и впустить. Мне хочется двигаться, но по ходу меня надолго не хватит. Я, блядь, дрочился с ним минут двадцать… И как теперь? Все? Натрахались? Блядь, это пиздец.

Вот же я мелочный. А с ним что? Я вроде бы и старался в первую очередь для него, но по отношению к нему я сейчас слишком циничен. Как хорошо, что он не может читать мои мысли.

Это не он скорострел, а по ходу я. Это не он в моих руках, а я у него на крючке. И это не он в моей власти. Это я им искушен. Не зря я тогда злился и боялся.

Он прогибается в пояснице, а я обхватываю его бедра вспотевшими ладонями и, слегка сжимая, медленно двигаюсь. Его мышцы больше не сопротивляются. Он расслаблен. Его очередной громкий выдох и стон на следующем вдохе меня одурманивают.

Присматриваюсь к нему, когда начинает елозить по столешнице. Одной рукой добирается до своего члена, но я тут же пресекаю эту самодеятельность. Беру его руку, завожу за спину и прижимаю запястьем к пояснице. По инерции, ощутив над ним могущество во всей полной мере, я грубо прихватываю его волосы на затылке, прижимаю щекой к столешнице и делаю несколько грубых толчков. Он весь сжимается и на автомате двигает бёдрами вперёд, чтоб соскочить с моего члена, но там дверца тумбы и ему некуда убегать. Он молчит. Даже не пискнул. Но похоже, что ему было больно.

Я подаюсь назад и выхожу наполовину. Даю ему отдышаться и сам немного прихожу в себя. Но стоит мне только окинуть взглядом его светлую кожу, как инстинкт начинает вытеснять разум. Больше не жду и не думаю, а снова толкаюсь.

Я так и не входил на всю длину и думаю, сегодня не стоит. Он и без того, плотно меня обхватывает, и мне хорошо. А его «хорошо» явно зависит не от глубины проникновения.

Добираюсь до его жесткого члена. Сначала поглаживаю и наслаждаюсь его страстными выдохами — я будто сам ими дышу.

Обхватываю его жёстче, как люблю сам. Мне хорошо, словно я и правда трогаю сам себя. Движения рукой синхронны с движениями моих бёдер. И его надолго не хватает. Он влипает лицом в сгиб своего предплечья. Набирает в грудь воздуха, но не выдыхает.