Девочка для адвоката - Лана Расова

Рита…. она смотрела на него как на божество, которое может покарать молнией

- Я знаю, - вздохнула я. - Надеюсь, он не наломает дров.

Я помолчала немного, собираясь с духом.

·   Матвей...

·   Mм?

·   А как ты смотришь на расширение нашего... холдинга?

Матвей отложил книгу. Повернулся ко мне, внимательно вглядываясь в лицо

·   Ты хочешь открыть третий бутик?

·   Нет. Я хочу расширить жилой фонд. Точнее, демографию.

Он замер. Его рука, лежащая на моей талии, напряглась.

- Лера...

Я достала из-под подушки тест и положила ему на грудь.

- Две полоски, Матвей Александрович. Срок пять недель.

Матвей взял тест. Посмотрел на него, потом на меня. В его глазах вспыхнул тот самый свет,

который я видела в день, когда сказала ему о первой беременности.

·   Ты серьезно?

·   Абсолютно.

Он притянул меня к себе и поцеловал.

·   Я люблю тебя, - шепнул он. - Боже, как же я тебя люблю

·   Я тоже тебя люблю.

Я устроилась удобнее в его объятиях.

 - Знаешь, - прошептала я, закрывая глаза. - Максим у нас уже есть. Он весь в тебя - серьезный,

умный. А теперь я очень хочу дочку.

·   Дочку? - переспросил Матвей, уже поглаживая мой пока еще плоский живот.

·   Да. Маленькую девочку. Чтобы я могла шить ей платья, а ты будешь сходить с ума, отгоняя от

нее женихов.

Матвей рассмеялся в темноте.

·   Если она будет похожа на тебя, мне придется купить ружье.

·   Придется, - согласилась я, проваливаясь в сон.

5 лет спустя.

- Папа, Вика опять сперла мамину помаду!

Я оторвалась от эскиза нового платья и посмотрела в окно своего кабинета.

На лужайке разворачивалась драма шекспировского масштаба.

Семилетний Максим, серьезный и насупленный, как мини-копия Матвея, стоял, скрестив руки на груди, указывая пальцем на сестру. А напротив него, вся перемазанная ярко-красной помадой стояла четырехлетняя Виктория.

Она была в пышной юбке-пачке, надетой поверх пижамы, в резиновых сапогах и в моей шляпе, которая сползала ей на нос. Помада была везде: на губах, на щеках и даже на ухе Демона, который сидел рядом с обреченным видом.

- Я не сперррла! - возмущенно заявила дочь, топнув ногой. - Я крррасивая! Как мама!

Матвей, который стриг газон, заглушил газонокосилку и подошел к детям, вытирая руки

тряпкой.

- Вика, - строго начал он, приседая на корточки перед дочерью. - Мы же договаривались.

Косметичка мамы - это запретная зона. Это как папин сейф с документами.

- Но папа! - Вика сделала свои фирменные «глазки кота из Шрека». Те самые, голубые, доставшиеся ей от меня, против которых у Матвея Александровича Миронова, грозы юриспруденции, не было иммунитета. - Я хотела быть принцессой!

Я видела, как плавится «железный адвокат». Уголки его губ дрогнули. Он беспомощно

оглянулся на Максима.

- Сын, протокол задержания составлять будем?

Максим закатил глаза - жест, который он явно подсмотрел у меня.

·   Пап, она испортила губную мамы. Мама расстроится.

·   Ты и так принцесса, - вздохнул Матвей, доставая платок и пытаясь стереть улики с пухлых щек дочери. - Но если мама увидит помаду... нам всем крышка. Максим, тащи влажные салфетки, быстро. Уничтожаем улики, спасаем сестру.

Макс тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, как тяжело жить с этими женщинами, но

побежал в дом

Я улыбнулась, глядя на них через окно. Моя банда. Моя жизнь.

В ворота въехал черный внедорожник.

 - Дядя Макс приехал! - завопил сын, забыв про салфетки и выбегая на крыльцо

Максим вышел из машины. Он стал еще шире в плечах, еще жестче во взгляде. Но когда к

нему навстречу выбежал мой сын, он улыбнулся.

Следом из машины вышла Рита. Ей было уже двадцать три. Она изменилась. Больше не было той испуганной девочки с папкой. Она была одета в дорогой деловой костюм, волосы убраны в строгий узел. Она держалась уверенно, холодно, настоящая леди-босс.

Но я заметила, как Максим, проходя мимо нее, по-хозяйски положил руку ей на поясницу. И как

она на секунду прикрыла глаза, чуть подаваясь назад, к нему.

- Привет, семья, - Максим пожал руку Матвею. - Мы ненадолго. Завезли подарки мелким. У нас

самолет в Нью-Йорк через три часа

·   Опять работа? - спросила я, выходя на крыльцо.

·   Свадебное путешествие, - вдруг сказала Рита, и ее голос прозвучал на удивление твердо.

Мы с Матвеем переглянулись.

- Что? - я уставилась на брата.

Максим усмехнулся и поднял правую руку. На безымянном пальце блестело кольцо. У Риты

было такое же.

- Мы расписались утром. - он посмотрел на Риту тяжелым, собственническим взглядом. - Идем,

жена. Поцелуешь племянников, и в аэропорт.

Они ушли в дом.

Матвей подошел ко мне, обнял за талию.

·   Твой брат полон сюрпризов.

·   Это у нас семейное, - я положила голову ему на плечо. - Как думаешь, они будут счастливы,

после всего, что произошло?.

- Думаю да, они стоят друг друга.

Мы смотрели, как наши дети носятся по газону с Демоном, который, несмотря на возраст и

солидное пузо, все еще пытался убежать от накрашенной Вики.

·   Знаешь, - сказал Матвей задумчиво. - А ведь я купил то ружье.

·   Какое?

·   Чтобы отгонять женихов от Вики. Оно в сейфе.

Я рассмеялась.

·   Ей три года, Матвей!

·   Время летит быстро. Вон, посмотри на нее. Она уже вертит мужчинами, как хочет. Вся в мать.

Украла помаду, а виноватым себя чувствую я.

Он развернул меня к себе и поцеловал. Глубоко, нежно, со вкусом стабильности и счастья.

   Я люблю тебя, Миронова.

·   Я люблю тебя, Миронов. И твоих детей.

·   Пойдем в дом? - шепнул он мне на ухо. - Пока гости не уехали, а дети заняты дядей Максом и

Ритой. У нас есть минут двадцать.

·   Двадцать минут? Ты стареешь, дорогой. Раньше нам нужно было больше.

·   А я научился быть эффективным, - он подмигнул и подхватив меня на руки, понес в дом, под

возмущенный визг Вики: «Папа укрррал маму!»

Жизнь была сложной, непредсказуемой, иногда пугающей. Но здесь, в этом доме, в этих руках, я знала точно: мы