Мой пленный генерал - Лия Шах

— Похоже, у вас двоих очень хорошие отношения, — улыбаясь, сказал он.

Удивлению моему не было предела. В какой из реальностей он увидел хорошие отношения между мной и вражеским форточником?

— Ни в коем случае, — возразила я. — С чего вы взяли?!

Ормунд с лицом понимающего отца усмехнулся и кивнул на нас:

— Даже ругаясь, ты подкладываешь ему в блюдце выпечку, а он продолжает подливать тебе горячий чай. Вы выглядите, как старая женатая пара. Не злись на мужа, девочка. Он просто переживает за тебя. Когда-то и мы с моей женой так жили…

Мужчина грустно замолчал, и не нужно уметь читать мысли, чтобы понять, что эту семейную пару разделила черта безвременья. Однако эта лирическая нотка вовсе не заглушила мое праведное негодование. Какой еще муж?! Я ни за что не буду вместе с военным!

— Я булочки подкладывала, чтобы он рот свой бесполезный делом занял, а не болтал всякую ерунду, — ответила ворчливо.

— А я чай подливал, чтобы у нее во рту не пересохло от постоянной стрекотни. Все богини такие болтушки?

— Нет, это невыносимо. Быстро дайте мне нож. Я отправлю его бороздить космические просторы. Нищая империя заждалась своего генерала!

— Вы двое так увлеченно ругаетесь, — умилился Ормунд. — Мы тоже так любили делать. Точнее, любили примирение, которое следовало после таких ссор.

— Дядюшка Смотритель, а вы, случаем, не родственник бабули Илидан? — Уж больно эти двое были сейчас похожи. Почему вокруг меня в последнее время столько премудрых стариков? Смотритель, бабуля, мэр опять-таки.

— М? А кто это? — посмотрел на меня мужчина.

— А, забудьте, — вздохнула я. — Может, пригласим нашего маленького человека за стол? Как-то нечестно есть сладости, пока ребенок за дверью стоит.

— И то верно, — усмехнулся старый мастер. — Кирин, хватит подслушивать, иди за стол.

Дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошел человеческий детеныш лет десяти. Темноволосый ребенок был немного напуган и стоял с опущенной головой, неловко переминаясь с ноги на ногу. На секунду он поднял глаза, чтобы посмотреть на меня, но тут же быстро опустил голову еще ниже.

— Какой очаровательный малыш, — тепло улыбнулась я, протягивая руку и подзывая ребенка. — подойди поближе, дай мне посмотреть на тебя.

Маленькие ушки вспыхнули, и ребенок поспешно подошел, вкладывая ладошку в протянутую ладонь. Я вздохнула и погладила малыша по голове.

— Богиня, — вернувшись за стол, вздохнул Ормунд. — До твоего прибытия на планете царил хаос. И в этой неразберихе ребенок потерялся. Он не говорит ни слова, и я не смог найти его семью, хоть и обращался к властям. Все, что они смогли сделать, это распространить объявление с фотографией мальчика. Но время идет, а вестей нет. Его родители наверняка в отчаянии. Я как-то видел интервью, ты давала его для центрального канала, где упоминались родственные связи. Если я правильно понял, ты можешь понять кто кому родственник. Скажи, возможно ли найти родителей этого мальчика?

Это интервью репортеры взяли у меня сразу после победы над имперцами. Там я действительно упоминала нечто подобное. Чтобы управлять нитями, мне нужно отворить кровь, но и без этого я могу чувствовать движение другой крови. Чтобы почувствовать кровные связи, мне не нужно резать ни себя, ни ребенка.

Тем не менее я не удержалась от озадаченного взгляда на Ормунда. Дело не в том, что меня удивила просьба мужчины, а в том, что он действительно не знает ответа. Можно ли рассматривать встречу этих двоих, как проявление Судьбы?

— Странно, что вы не знаете, — отпустив руку ребенка, медленно произнесла я под заинтригованным взглядом генерала.

— Чего не знаю? — непонимающе нахмурился смотритель. Мальчик смущенно поглядывал на меня исподтишка, думая, что я не замечаю.

Улыбнувшись, я ответила прямо:

— У ребенка прямая кровная связь с вами. И если вы не были донором для переливания крови, то ответ очевиден.

Ормунд ошеломленно обмяк на стуле, переводя взгляд с меня на ребенка. Это никак не укладывалось в его голове. Я же усадила мальчика рядом, подвинула ему чашку с чаем и вручила булочку, размышляя о своем.

В этом мире брошенные и ничейные дети должны жить в специальных учреждениях на попечении государства. После войны многое было разрушено, так что кто-то вполне мог оказаться на улице. В прошлом такого ребенка после обращения Ормунда наверняка вернули бы под опеку государства, но теперь присматривать за беспризорниками некому, так что власти вполне могли оставить сироту на попечении этого мужчины. Судьба действительно удивительна.

В молчании мы просидели еще долго, прежде чем Ормунд убитым голосом заговорил.

— Мы были молоды, когда моей жены не стало. Я и не думал искать себе кого-то, но однажды встретил женщину. Двенадцать лет назад мы виделись в последний раз, после чего она исчезла. Я и подумать не мог, что она была… Если бы я знал, то ни за что бы… Что же с ней случилось…

Он проглатывал по половине предложений, но общая суть была ясна. Я улыбнулась и погладила малыша по голове. Ребенок вернулся туда, где должен был быть.

— Теперь, когда вы все знаете, то должны хорошо заботиться о малыше. Я чувствую, что он здоров, но ему не хватает веса. Кормите ребенка получше, и вскоре он поправится и начнет говорить.

После этого Ормунд еще долго нас благодарил. И даже проводив до ворот, не переставал всхлипывать. Дожив до этих лет, он не имел потомства, так что теперь был растерян и счастлив. Очень счастлив. Глядя вслед удаляющейся паре отца и сына, я тяжело вздохнула и в сердцах ущипнула генерала за талию.

— Если бы не ты, у меня уже были бы дети.

Лаен перехватил мою руку и потянул к себе, широко улыбнувшись:

— Могу это исправить. Мы могли бы вернуться в спальню и…

Остаток этой чуши он договаривал уже у себя на корабле, а я с чувством глубокого удовлетворения от выполненного долга пошла домой. Делать детей в спальне? Что за чушь! А кто потом будет отмывать от крови стены и потолок?

Остаток государственных выходных я планирую провести на диване.

Глава 9. Любовь по принуждению

Я уверена, что у господина мэра где-то стоит радар, который чутко реагирует на все мои планы, чтобы тут же все переговнять.

Стоило мне добраться до дома, намазать лицо сметаной и положить на глаза огурчики по совету нашей соседки, как светлый мозг разразился противным звонком входящего вызова. Не разлепляя глаз, я ответила:

— Мистер Честити, если вы не надумали стать отцом моих детей, то в этот священный государственный выходной я