Замуж не Напасть, Но… - Наталья Шевцова

И после довольно таки продолжительной паузы дождался… К его облегчению, на сей раз хозяин отыгрался не на нем. Точнее, дело по-прежнему происходило на его поверхности, но пострадал не он, а всё то, что на нём находилось.

— Какая нехорошая всё-таки женщина эта Милдред! — думал бесценный образец мебельного искусства эпохи Возрождения, наблюдая как разгневанный вампир, сносит на пол канцтовары и монитор. — Мало того, что из-за неё мой хозяин страдает, так ещё и я страдать должен и мои подружки — колонки, настольная лампа, бумага для заметок и ручки, а мой брат монитор так и вообще, кажется, расплатился жизнью… Аминь! Пусть полка в кладовке будет ему пухом!

— Нет, мне неинтересно, — последовал ледяной ответ.

— Но, Мик… — попытался было вразумить друга Бельфегор, но вмешался Люк.

— Она уволилась Бельф…

— Но… — вновь попытался возразить демон.

— Сегодня утром! — проревел Сторм. — Она отправила письмо с заявлением на увольнение сегодня утром! А не вчера или позавчера! То есть, то, что она не вышла замуж за Брэда вчера — для меня ничего не меняет! Она как не хотела ничего иметь со мной общего, так и не хочет!

— Но… — тем не менее, в очередной раз попытался возразить демон.

— Бельф, просто уйди, если хочешь уйти подобру-поздорову! — спокойным, и от этого ещё более зловещим и угрожающим голосом, попросил вампир. — У меня работы невпроворот. И ещё монитор нужно заменить и возможно стол… — Микаэль несколько раз придавил крышку стола, испытав на крепость. Бесценный образец антиквариата «скрестил пальцы». — Хотя нет, стол можно оставить…

— Фух! Пронесло! — выдохнул стол.

Люк тенью пересек комнату.

— Бельф, пошли, — подхватил он под руку друга.

— Но… — в очередной раз попытался возразить Бельфегор.

— Пошли! — Люк многозначительно посмотрел на демона, после чего покосился на Микаэля.

— А-а-а! — кивнул тот. — Пошли.

В тот момент, когда адвокат с демоном заговорщицки переглядывались, хозяин кабинета был занят собиранием разлетевшихся по всему кабинету канцелярских принадлежностей и запчастей вперемешку с осколками безвременно почившего монитора. Поэтому ему было невдомек, что друзья оставили его в покое отнюдь не потому, что он их об этом настойчиво-невежливо попросил, а…

Закрыв дверь кабинета, Люк воровато покосился на Марлу.

— Надо же, — вдруг всполошилась девушка. — Я совсем забыла, что собиралась сходить в финансовый отдел, чтобы отнести им счета!

Вслед за чем, она немедленно покинула приёмную, оставив друзей наедине. Правда, не совсем наедине…

— Ха! Лихо! — упёрла руки в боки София. — Интересно, а со мной они тоже подобное проделывали?

— София? — одновременно радостно и удивленно воскликнул Люк Рейн и в избытке чувств попытался обнять девушку.

— Ух ты! И ты тоже меня теперь видишь? — высунула свою призрачную голову из спины Люка девушка.

— Теперь?

— Ага, теперь, — кивнула София, высунув голову из груди Люка. — Я тут с самого момента моей смерти, но сначала меня вообще никто не видел, потом вдруг увидел Мик, а теперь и ты.

— Да и я тоже вас вижу! — поклонился девушке демон.

— Ух ты! — захлопала в ладоши девушка.

— Если вас устраивает то, что вы основательно застряли на земле… — пожал плечами Бельфегор.

— Ну так должен же кто-то присматривать за Миком! Ой, кстати, о Мике! — всполошилась она. — Мы ведь не планируем, всё так и оставить? Мы ведь планируем вмешаться⁈

— Само собой! — усмехнулся блондин и обратился к демону. — Бельф, как ты смотришь на то, чтобы смотаться и поговорить с доктором?

— Если есть точные координаты, то без проблем? — ухмыльнулся демон.

— Это мы сейчас, — усмехнулся Люк Рейн и набрал Джереми Дамонда.

Традиционный гудок кругосветного океанского лайнера огласил порт, и перед тем как отправиться по своим делам провожающие окинули белоснежное судно последним грустно-мечтательным взглядом, а отплывающих — завистливым.

Милдред наблюдала за удаляющимся берегом со смешанным чувством. С одной стороны, ей было грустно, а с другой, она была рада, что впереди у неё целых сто девятнадцать дней вдали от треволнений, дрязг и печалей последних дней.

Целых пятнадцать лет — она не была в отпуске. Именно это и позволило ей взять такой длительный отпуск. Это и ещё то, что она не просто должна была путешествовать по миру в то время как пишет свою научную диссертацию, но и обмениваться опытом. К слову, в рамках этого обмена опытом, ей предстояло за шесть месяцев провести, по крайней мере, по пять-шесть показательных операций в каждом из тридцати трёх портовых городов, которые она посетит вместе с пассажирами кругосветного лайнера.

У Брэда тоже с отпуском было не всё так просто. Он свой — получил только потому, что мог продолжать работать удаленно, посредством скайпа, как мидиатор[21]. Но всё же получил, и именно это было важно.

Такое удачное стечение обстоятельств ещё пару дней назад (календарных дней, разумеется) — казалось им обоим знаком судьбы. Они оба были уверены, что это знак того, что они смогут отличнейшим образом совмещать свои карьерные амбиции со строительством дружной и крепкой семьи.

«Вот уж воистину: человек предполагает, а кто-то там располагает», — в очередной раз горько усмехнулась Милдред своим мыслям.

— Скучаем? — услышала она вдруг рядом с собой знакомый голос.

Ещё неделю назад, Милдред бы взвизгнула. Сейчас же даже не вздрогнула. Просто повернула голову, чтобы убедиться, что рядом с ней стоит именно тот, кто она думает.

— Бельф, не обижайся, но не мог бы ты исчезнуть? — устало попросила она. — Мне очень, просто очень, нужен отпуск и в первую очередь от всего сверхъестественного!

— Но Мик… — в который уже раз за день попытался возразить демон, но его опять и снова не захотели слушать.

— Особенно мне нужно отдохнуть конкретно от Мика! — не терпящим возражений голосом, отчеканила девушка.

— Ну возможно, как-нибудь потом? — закинул удочку Бельфегор.

— Возможно… — кивнула девушка, соглашаясь на возможное потом больше для того, чтобы как можно быстрее избавиться от тяготящей её компании. Но так как «возможно» — было понятием растяжимым, дополнительно уточнила. — Однако не раньше, чем я вернусь из моего кругосветного путешествия.

Глава 22

Две недели спустя после наступившего «завтра».

Крупнейшее казино Нового Орлеана было битком набито желающими испытать свою удачу. Воздух огромного помещения наполняли сверхконцентрированные дозы неистовства азарта, свирепости воодушевления, упоения триумфом и остервенения алчностью выигрывающих. Впрочем, в ещё больших дозах, в зале наличествовали эманируемые проигрывающими — безумие одержимости, безрассудство иллюзорной надежды, беснование предвкушения и исступление от отчаяния.

Джонни Фарлионни с высокомерно-снисходительной усмешкой вдыхал эти эманации, наблюдая за толпой, возбуждение которой подогревалось