Отбор. Пламя в твоей крови - Анжелика Янчевская

— Да, — кивнула я, вспоминая тот дурманящий, пряный аромат. — Очень сильный. Сладкий. От него кружилась голова.

— Неудивительно, — мрачно произнёс Дарин. — Потому что это не их запах. Полуночные Орхидеи почти не пахнут. Их аромат очень тонкий, едва уловимый, с нотками ночной прохлады. А то, что почувствовали вы… это запах яда.

Я подняла на него глаза, не понимая.

— Яда?

— Да. Редкий, очень хитрый яд, известный как «Дыхание Чёрной Лилии». Его получают из пыльцы растения, которое растёт только в болотах Мёртвых Топей. Сам по себе он не смертелен при коротком контакте, но обладает уникальным свойством — он впитывается в органические материалы, например, в лепестки цветов, и начинает медленно испаряться, насыщая воздух. В закрытом помещении, за несколько часов, его концентрация становится смертельной. Он парализует дыхательные центры. Смерть наступает во сне. Тихо, без мучений, без следов.

Я слушала его, и волосы на моей голове шевелились от ужаса.

— Но… зачем? Кто мог…

— Если бы оставили цветы себе, то к утру… к утру вас нашли бы, вместо вашей служанки. Это было покушение. На вас.

Мир вокруг меня окончательно рухнул. Лиара… она умерла вместо меня. Она умерла из-за своей доброты, из-за своего желания сберечь красоту, из-за своей преданности мне.

— Я клянусь вам кровью своего рода, я найду убийцу, — жёстко произнёс Дарин. — Но вы должны понимать, смерть прислуги, полукровки, ни на что не повлияет, отбор не будет остановлен.

Я вскинула на него полные слёз глаза.

— Что? Но как…

Он подошёл ко мне и присел на корточки, заглядывая в мои глаза. Впервые с момента трагедии в его взгляде появилось что-то похожее на сочувствие.

— Я знаю, что вам тяжело. Но сейчас не время для слёз. Время для холодной ярости. Вы должны выжить, Эльвия. И идти дальше. Не ради трона. Ради неё.

Похороны Лиары были быстрыми и тихими. Я не присутствовала. Меня не пустили, сославшись на соображения безопасности. Вместо этого я стояла у окна своих роскошных покоев, глядя, как крошечная процессия слуг в серых одеждах уносит маленькое, укрытое белой тканью тело к Утесам Безмолвия, где драконы хоронили тех, кто не имел крыльев, но служил им верой и правдой.

Моих слёз не было. Они высохли, оставив после себя лишь выжженную, гулкую пустоту. Горе, острое и разрывающее, сменилось чем-то иным. Чем-то холодным, твёрдым и тяжёлым, как кусок льда в самом центре моей души.

Сидеть в этих стенах было невыносимо. Каждый вдох, казалось, был наполнен призрачным ароматом проклятых цветов. Каждая тень в углу казалась затаившимся врагом.

Не дожидаясь слуг, я сама оделась. Не в шёлк и бархат, а в тёмный тренировочный костюм, который остался у меня после испытания в лесу. Кожаные штаны, плотная рубаха, высокие сапоги. Я заплела волосы в тугую косу, чтобы не мешали, и, проигнорировав удивлённый взгляд приставленного ко мне гвардейца, молча направилась в тренировочный зал. Он не посмел меня остановить.

* * *

Я дышала в ритм. Вдох. Выдох. Холод. Снова и снова.

Тренировочный зал был моим единственным спасением. Здесь, среди молчаливых манекенов и запаха камня, я могла заставить замолчать голоса в своей голове. Голос Лиары, её испуганный шёпот. Голос Дарина, объясняющий про яд. И свой собственный, который без конца повторял: «Из-за меня. Из-за меня».

Я стояла в центре зала, вытянув руку. Я не думала о силе, я просто вспоминала. Вспоминала холодные полы в доме дяди, ледяную воду в ведре, стылый зимний воздух за окном. Я искала не магию, я искала знакомое чувство. И оно откликнулось.

Воздух перед моей ладонью замерцал. Из ничего соткался полупрозрачный, дрожащий диск изо льда. Он висел в воздухе, медленно вращаясь. Я создала второй, потом третий. Они кружили вокруг меня, как три ледяных щита. Мои щиты.

Именно в этот момент тишину пронзил резкий, незнакомый голос, полный презрения:

— И это всё, на что ты способна, полукровка? Жалкие ледышки.

Я вздрогнула. Концентрация рассыпалась. Ледяные диски с тихим звоном лопнули в воздухе и исчезли.

Я резко обернулась.

В дверях стояли две девушки. Сафира. И другая, похожая на неё, как отражение в зеркале, только старше и выше. Если Сафира была как необузданное пламя, то её спутница — как застывшая лава. Твердая, холодная и опасная.

— Сафира? — спросила я. — Разве проигравшим разрешено появляться на тренировочной площадке?

Сафира дёрнулась, словно от удара.

— Закрой свой грязный рот, тварь! — её голос сорвался на визг.

Но другая девушка положила ей руку на плечо, останавливая.

— Успокойся. Не унижай себя разговором с ней.

Она сделала несколько шагов вперёд, её каблуки чётко стучали по каменному полу. Она окинула меня взглядом с головы до ног.

— Я леди Ливия, старшая сестра Сафиры. Пришла посмотреть на ту, что разрушила будущее моего рода.

— Я ничьё будущее не разрушала, — ответила я, выпрямляя спину. — Ваша сестра проиграла в честной дуэли.

— Честной⁈ — Сафира больше не могла молчать. Она вырвалась из-под руки сестры и подскочила ко мне. Её лицо было багровым от ярости, глаза горели ненавистью. — Ты называешь это честным⁈ Ты обманула всех! Ты использовала какую-то грязную человеческую магию! Ты не дракон, ты просто деревенская ведьма!

Она стояла так близко, что я чувствовала жар, исходящий от неё.

— Из-за тебя, — прошипела она, тыча пальцем мне в грудь, — я потеряла всё! Отбор! Принца! Честь моего дома! Мой отец едва разговаривает со мной! Ты хоть представляешь, что ты наделала⁈

— Я защищалась, — просто сказала я.

— Защищалась⁈ — она рассмеялась, но смех этот был похож на лай. — Ты унизила меня! Перед всем двором! Перед принцами! Меня! Леди Сафиру из рода Зар! А ты — никто! Пустое место! Девчонка из придорожной канавы!

Я молчала, глядя ей прямо в глаза. Я видела в них не просто злость. Я видела боль. Боль униженного самолюбия, разбитых надежд.

— Знаешь, что самое смешное? — продолжала она, её голос стал тише, ядовитее. — Все эти твои победы… Они ничего не стоят. Потому что ты так и останешься одна.

Она огляделась по пустому залу.

— Где твоя верная служанка, а? Та, что бегала за тобой, как собачка? Ах, да… Она же умерла. Какая жалость.

Ливия, её сестра, всё это время молча наблюдавшая за сценой, добавила с холодной усмешкой:

— Да, Сафира, ты права. Одиночество — вот её удел. Принц Тариус поиграет с ней и выбросит. А все остальные… — она обвела зал презрительным взглядом, — … все остальные презирают зазнавшуюся полукровку.

Сафира снова повернулась ко мне, её глаза горели торжеством.

— Слышишь? Ты никому не