Пять минут до грома - Мария Горная

Тогда отец поднял всех своих знакомых, и пытался найти её, так сказать по горячим следам. Но, сестра все продумала. Было сразу понятно, она к этому давно готовилась: заблокировала счета, сняла все наличные со своих карт, закрыла мобильные номера. Оказалось, что за месяц до этого Даша продала всю свою технику и мебель со своей квартиры в городе. Также, было найдено объявления о продаже одежды. Семь месяцев она избавлялась от своего прошлого. Они узнали всё, кроме одного — зачем?

Никто не смог вычислить её, мониторили все камеры в городе, на вокзалах, в магазинах, даже до аэропорта дошли. Но было такое ощущение, что Громовой Дарьи никогда не существовало.

Так же после этого всем стало ясно, что ей помогли. Но никто этого вслух не произносил. Мама до последнего не могла в это поверить, и винила себя в происходящем. Отец же, как обычно делал вид что переживает, но его больше волновало, что дочь все распродала.

С тех пор, Паша ни разу не приезжал к родителям. Мама перестала готовить вообще. Отец же, придерживался своих слов, что Гром больше ему не сын. Иногда они с мамой созванивались, давая о себе знать, но их разговоры не задерживались больше трех минут.

Парень пытался переключиться на Катерину, но мысли и переживания брали свое. Как он не пытался, Катерина никогда не понимала его так, как Даша. У них с ней была особенная связь, которую понимают только близнецы.

Единственное место где он мог отвлечься, была работа. Вернувшись после недельного отпуска, если можно его было так назвать, Паше тут же дали задание. В его выхода , произошел вооруженный захват кинотеатра группой неизвестных лиц. В зале шел мультфильм и его половина заполнена детьми с родителями. Как группе дали понять, буквально через пятнадцать минут с начала показа, в зале появились четверо мужчин в черной форме и две женщины полностью покрытые в черные одеяния. Как об этом стало известно? Пять человек смогли чудом сбежать. Остальные же, все так же оставались в опасности.

В такой ситуации, Паше наплевать что он лежит полностью в снеге. Десять часов идут переговоры с террористами, но пока безрезультатно. Десять часов парень не двигается, ему порой казалось, что туловище и руки, которые находятся на спусковом крючке, живут отдельной жизнью.

Но всё это было не важно. В соседнем здании, в абсолютном страхе, находятся дети и родители, которые еще утром просто решили посмотреть мультфильм, а сейчас, находились запертыми с вооруженными тварями, без еды и воды уже несколько часов.

— Гром. Это Браво шесть. Прием. — раздался звук с кармана. По уставу он не имел права прятать рацию в карман, однако в такой мороз, Паша мог остаться без связи уже через час, но благодаря такому нарушению правил, он все еще слышал приказы.

— Это Гром. Прием.

— Гром. Это Браво шесть. Внимание. Второй этаж, пятое окно дверь в зал, когда увидишь вооруженный объект, по приказу снимаешь. Приём.

— Шесть Гром дублирую. Два пять дверь, вижу вооруженный объект снимаю по приказу. Прием.

“Ну вот и всё. Пару минут и всё закончится. Лишь бы за это время они ничего не натворили” — крутились мысли в голове у парня.

Сосредоточившись на цели он стал ждать. Сколько прошло до момента как увидел открывающуюся дверь, он бы не ответил ответил, потому что это время ему казалось вечностью.

— Гром Шесть, приготовься. Огонь на поражение. Приём.

— Шесть Гром, понял. Огонь на поражение. Приём.

— Гром Шесть, выполняй. Приём.

— Шесть Гром. Понял. Конец связи.

Вдох... Выдох...

Вдох... Выдох...

Вдох... Выдох...

В такие моменты, ощущение, что все замедляется и синхронизируется вместе с тобой. Снег, который за мгновение до этого бил нещадно по лицу, просто замедлился в такт его дыхания. Вокруг тишина, только он, сумерки и винтовка.

Там, где цель, наметилось движение.

Дверная ручка, которая до этого была неподвижна, сделала свое движение вниз, дверь с той стороны толкнули вперед и она, не давая ни секунды задержаться недоброжелателям, поддалась без сопротивления.

Палец Грома давно сжимал курок и ждал, когда я он отпустит и позволит случиться неизбежному.

У него как-то один раз спросили, что он чувствует, когда стреляет в террористов. Ответ у всех снайперов один и он правдив — они чувствуем отдачу оружия. Потому что, чувствовать что-то к нелюдям, которые держат в заложниках семьи, ради своих амбиций, это надо быть самому таким же.

Вот и в этот раз, парень ничего не чувствовал, до момента пока в его прицеле не показались знакомые до боли черты лица, скрытые черным платком покрывающим голову.

В голове, за секунду, промелькнуло множество мыслей, что это не она. Что похожа, но точно не она. Но только единственное, что говорило об обратно, это её голубые глаза, которые были одни на двоих.

Казалось, что Паша смотрит на нее целую вечность и так не может поверить, что она так рядом. Три года пронеслись за секунду.

— Гром. Шесть. Выполняй приказ. Прием.

— Это моя сестра. — в этот момент ему было наплевать на всё, он готов был ослушаться приказ. Его мозг не воспринимал то, что она не пришла с ребенком смотреть мультфильм, а наоборот. Она, в черном хиджабе с автоматом Калашникова на плечах.

— Гром. Шесть. Огонь на поражение. Приём — на повышенных тонах послышался доносящийся голос по ту сторону рации.

— Я не могу, твою мать. Это моя сестра. — громче, чем его собеседник, ответил он.

— Паша. Это Колпаков. Прием.

— Валерий Семенович. — опешив ответил он. Они нарушали все уставы, которые могли только быть и трибунал ему точно светил в тот момет. — я не могу. Это Даша.

— Я знаю. — сказал командир. — послушай, сынок, ты единственный кто может сейчас с этим покончить. Ты единственный держишь ее на прицеле. Опусти прицел ниже.

Сделав, как сказали, он был в недоумении, что не заметил пояс напичканный взрывчаткой.

— Если ты сейчас этого не сделаешь, в воздух взлетит