Белоснежка для босса - Алёна Амурская

class="p1">Перед нами вырастают монументальные кованые ворота, которые бесшумно разъезжаются в стороны, открывая путь в настоящую лесную крепость. Глухой высокий забор, по верху которого едва заметно поблескивают датчики, и густые сосны, обступившие дорогу, создают ощущение полной изоляции от внешнего мира. Двойной контур защиты, камеры через каждые десять метров, КПП на въезде. Это не просто особняк богатого человека, а самый настоящий объект с протоколом безопасности уровня «совершенно секретно».

И теперь это — моя реальность. Наша реальность.

Я чувствую, как по спине пробегает легкий трепет. Батянин не просто дал всей моей семье убежище, а переставил нас на своей шахматной доске в самый центр защищенного поля.

Едва внедорожник замирает у парадного входа, отделанного светлым камнем и стеклом, мой телефон в сумке начинает вибрировать так неистово, будто пытается прогрызть подкладку. Я нашариваю его, вижу имя сестры и спешу принять вызов.

— Лиза! Господи, Лиза, ты живая там? — голос Маши в трубке звучит на тон выше обычного, в нем бурлит дикая смесь паники, восторга и какого-то кулинарного экстаза. — Нас привезли в какой-то дворец! Я не шучу, тут охрана на каждом углу, как у президента, и они все в костюмах! И они... помогли мне донести сумки! Ты где?

— Маш, тише-тише, всё хорошо, мы только что подъехали, — я пытаюсь говорить спокойно, хотя сама чувствую себя Алисой, летящей в кроличью нору. — Андрей... то есть Андрей Борисович, обеспечил нам защиту. Как дети там?

— Дети? — Маша издает истерический смешок. — Твои дети в раю, Лиза! Павлика тут уже накормили какими-то заморскими десертами, а Женька ходит по дому с таким видом, будто он наследный принц, не меньше. Но самое безумное не это! Короче, прикинь, мне сказали, что я больше школьной поварихой не работаю! Сказали, что я теперь временный шеф-повар этого поместья! С официальным зачислением в штат, проживанием, соцпакетом и... Лиза, у меня теперь в подчинении два человека! Два настоящих помощника на кухне! Я, обычная повариха из столовки, буду ими командовать? Это какой-то бред, скажи мне, что это сон!

Я слушаю восторженную дробь Машкиных слов, а мозг сейчас просто искрит и дымится, пытаясь переварить масштаб происходящего.

Господи, Батянин что же, решил скупить мою жизнь оптом, вместе со всеми родственниками до второго колена?

Переезд детей я еще могла объяснить безопасностью и «военным положением». Но Машка... моя младшая сестра, обычная повариха в школьной столовой, которая годами привыкла варить борщи в огромных алюминиевых баках и считать копейки от зарплаты до зарплаты. Он не просто перевез её, а буквально «перепрошил» меньше чем за сутки. Вырвал из привычного мира казенных котлет и превратил в шеф-повара элитного поместья с личным персоналом в подчинении.

К горлу подкатывает странный ком. Смесь шокированного восхищения и какой-то пугающей, благоговейной благодарности. Потому что впечатление такое, что Батянин не оставил Герману ни единой лазейки, чтобы до меня добраться.

Я бросаю на него короткий взгляд.

Он уже вышел из машины и теперь стоит у открытой дверцы, терпеливо ожидая, когда я закончу разговор. В свете садовых фонарей его шрам кажется почти серебристым, а лицо — непроницаемым. Этот человек только что доказал, что его слова про ферзя и захват территории — не пустой звук. Он действительно окружил мою фигуру своими лучшими ладьями.

Сглатываю вязкий ком смущения и, наконец, отвечаю в трубку, стараясь, чтобы голос звучал твердо:

— Маш, это не сон. Если тебе сказали, что ты — шеф-повар, значит, так оно и есть. Просто прими это как часть нашей новой жизни. Я сейчас зайду и мы всё обсудим.

Я отключаю вызов, но пальцы продолжают сжимать телефон так крепко, будто это единственный якорь в бушующем океане абсурда. Мне хочется подойти и спросить: «Зачем ты это сделал? Неужели я стою таких усилий?», но вовремя прикусываю язык.

Батянин не любит лишних вопросов, он любит результат.

— Андрей... - я подхожу к нему, пряча дрожащие руки в карманы плаща и стараясь, чтобы голос не звучал слишком уж восторженно. — Ты серьезно? Маша — шеф-повар с помощниками... Она там в полуобмороке от важности момента.

Батянин смотрит на меня, и в глубине его черных глаз я ловлю короткую, почти неуловимую искру удовлетворения.

— Мне нужно, чтобы ты не дергалась каждый раз, когда твоя сестра будет идти на работу, — произносит он своим рокочущим басом, и от этой его прямолинейной практичности мне хочется и смеяться, и плакать одновременно. — А твоя Маша умеет готовить. Так что пока я не разберусь с Германом окончательно, так будет удобнее всем. Это чисто рациональное решение.

— Рациональное... - я невольно усмехаюсь, качая головой. — Ты невероятный человек. Превратил её жизнь в сказку всего за один вечер, прямо как Январь-месяц из сказки. Стукнул посохом — и у обычной поварихи расцвели подснежники, личный штат и бюджет на деликатесы...

— Главное, чтобы она суп не пересолила, — невозмутимо парирует Батянин и протягивает мне руку. — Идем в дом, Лиза. Твоя свита заждалась хозяйку.

Мы переступаем порог, и я замираю. Я ожидала увидеть холодный музейный интерьер, эрмитажные залы и антиквариат, к которому страшно прикоснуться. Но дом встречает меня запахом… ванили и свежего дерева. И шумом. Огромным, неконтролируемым шумом моей семьи.

Батянин превратил сегодняшнюю экстренную эвакуацию в масштабную операцию по спасению всего моего сумасшедшего зоопарка. Только сейчас до меня доходит истинный смысл его отрывистых распоряжений по телефону, пока мы неслись по трассе. Его короткие: "Подготовьте вольер", "Вызовите специалиста" и "Всё оборудование — в восточное крыло", которые я тогда приняла за обычную управленческую привычку всё контролировать, на деле оказались детальным планом по обустройству моей прошлой жизни в его нынешней.

Он идет следом, и я кожей чувствую его интерес. Он наблюдает за моей реакцией, словно ждет оценки своей работе, и в этой его безмолвной готовности услужить моим привязанностям сквозит что-то пугающе-трогательное. К слову говоря, ему есть чем гордиться, потому что он в буквальном смысле перевез весь мой мир, не потеряв по дороге ни одной пуговицы!

Мы идем в сторону крыла, которое он отвел под детские нужды.

Я открываю дверь гостевой спальни и ахаю. Оказывается, что это помещение уже превратили в игровую комнату мечты. На пушистом дизайнерском ковре, стоимость которого, вероятно, равна моей годовой зарплате, вальяжно развалился наш Капитан Хвост. Кот, который когда-то дрожал на помойке, теперь с самым наглым видом вылизывает лапу, игнорируя всё вокруг.

Павлик, увидев меня, бросается навстречу, размахивая новенькой моделью любимого трансформера.

— Мама! Мама, смотри, какой у Хвоста ковер! Он сказал, что ему нравится! А дядя