Четвертая жена проклятого барона - Амари Санд

Вспыхнуло мгновенно.

Глава 41

Пламя взревело, как голодный зверь, которому наконец-то бросили мясо. Огонь не просто занялся — он взметнулся жадной раскаленной волной вверх по дверному полотну, пожирая сухое дерево. И в ту же секунду перекинулся на тяжелые бархатные портьеры. Ковер под ногами превратился в огненную реку, отсекающую меня от единственного выхода.

— Ридгар! — мой крик потонул в гуле пожара, показавшись жалким писком мыши перед лицом урагана.

Жар ударил в лицо. Воздух в комнате мгновенно раскалился, выжигая кислород, превращая каждый вдох в пытку. Я отшатнулась, споткнулась о пуфик и упала на локти, чувствуя, как паника ледяными когтями сжимает горло, перекрывая дыхание надежнее любого дыма.

Это конец. Глупый, страшный конец. Я перехитрила яды, раскрыла тайну двадцатилетней давности, заставила барона полюбить меня — только для того, чтобы сгореть заживо в собственной спальне.

Я вскочила на ноги, мечась по комнате.

Окно!

Оно слишком высоко, внизу — острые скалы и бушующее море. Прыжок — это смерть. Остаться здесь — тоже смерть, но мучительная, медленная.

Дым густым, черным одеялом пополз по потолку, опускаясь все ниже. Глаза заслезились, в горле запершило. Я закашлялась, прижимая рукав платья к лицу. Масло, которое разлила Ильза чадило чем-то химическим, едким.

— Ридгар!!! — снова заорала я, вкладывая в этот вопль отчаянное желание жить.

Но массивная дубовая дверь, запертая снаружи, была объята стеной пламени. Никто не услышит.

Стены замка слишком толстые.

Агнетта в истерике в другом крыле, Ридгар с ней…

Я одна.

И тут, на пике животного ужаса, когда перед глазами поплыли красные круги, внутри меня что-то лопнуло.

Боль пронзила такая, будто мне в грудь вбили раскаленный гвоздь. Печать герцога Вольмара. Та самая, что сдерживала, давила, блокировала. Она затрещала под напором адреналина, смертельного страха и яростного нежелания умирать. Я почувствовала, как невидимые оковы, стягивавшие мою грудь, рассыпаются в прах.

Сила хлынула наружу.

Она не походила на нежный ручеек, которым я лечила Ридгара. Нет, сейчас прорвалось настоящее цунами. Дикая, необузданная энергия заполнила каждую клеточку тела, заставляя кончики пальцев вибрировать.

Я не знала заклинаний. Я не знала пассов. Но я знала химию.

Я смотрела на бушующее пламя, и вдруг мир изменился. Я перестала видеть просто огонь. Я видела процесс.

Окисление. Углерод. Кислород. Температура. Структура материи распалась перед моим внутренним взором на формулы и связи.

«Мне не нужен огонь, — пронеслась мысль, четкая и холодная, как скальпель. — Мне нужна вода. Мне нужен пар».

Я выбросила руки вперед, инстинктивно, словно защищаясь. Но вместо того, чтобы закрыться, я ударила своей волей по самой сути стихии. Я приказала реакции остановиться. Водород. Кислород. Связать. Охладить.

БАХ!

Оглушительный взрыв ударил по ушам, вдавливая меня в стену. Огонь не погас — он схлопнулся. Мгновенно. Стена пламени, пожирающая дверь, исчезла, превратившись в плотное, густое облако белого пара. Температура в комнате резко упала, сменившись влажной духотой бани.

Жива.

Я сделала судорожный вдох, наполняя легкие влажным воздухом. Получилось. Господи, у меня получилось! Я просто взяла и отменила пожар.

Но радость продлилась недолго.

Скрежет в камне заставил меня обернуться и отпрыгнуть. Там, где висел гобелен с изображением охоты, стена дрогнула. Ткань отъехала в сторону вместе с замаскированной панелью.

Потайной ход. Конечно. В этом проклятом замке у каждого камня есть секрет.

Из темноты прохода шагнула фигура.

Ильза.

Она не выглядела напуганной. Наоборот, на ее крысином лице застыла маска фанатичной решимости. В руке она сжимала длинный, узкий стилет, лезвие которого тускло блеснуло в свете единственной уцелевшей свечи. Она увидела пар, увидела невредимую меня, и ее глаза сузились.

— Живучая тварь, — процедила убийца.

— Ты… — я попятилась, натыкаясь бедром на столик. Ноги дрожали, откат после выброса магии накрыл меня волной слабости. — Зачем, Ильза? Агнетта призналась! Все кончено! Ридгар знает правду!

— Правда у каждого своя, — она сделала шаг ко мне, перехватывая стилет поудобнее. — Агнетта — слабая дура. Она не довела дело до конца двадцать лет назад, не смогла и сейчас. Ныла, жалела, боялась… Но я не боюсь.

— Тебя казнят! — крикнула я, пытаясь выиграть время. — Ридгар здесь! Он разорвет тебя на куски! Ты не выйдешь отсюда живой!

Она рассмеялась жутким лающим смехом.

— О, я выйду. Мой конь уже стоит под седлом у черного входа. Лодка ждет в нижней бухте. Через час я буду в море, а к утру — на островах, где власть герцога ничего не значит. У меня достаточно золота, которое я скопила за эти годы, обворовывая этот проклятый дом.

— Тогда беги! — я выставила руки перед собой, пытаясь снова нащупать ту силу, что погасила огонь. Но внутри было пусто. Резерв, открывшийся так внезапно, иссяк. — Беги сейчас! Зачем тебе я?

— Не люблю оставлять работу недоделанной, — Ильза оскалилась, обнажая желтые зубы. — Ты должна была сдохнуть еще в храме, до венчания. В назидание другим! А теперь ты умрешь, как все остальные.

Она сделала выпад прежде, чем я успела вдохнуть спертый, влажный воздух. Блеск стали в полумраке свечи показался мне нереальным, словно замедленная съемка в кино, где герой вот-вот увернется. Но я совершенно не умела драться на ножах с обезумевшими фанатичками.

Я дернулась в сторону, инстинктивно выставляя перед собой руки, хотя понимала всю тщетность этого жеста. Магия, минуту назад бурлившая в венах жидким огнем, исчезла без следа, оставив после себя лишь звенящую пустоту и слабость в коленях. Ноги запутались в подоле платья, и я неуклюже повалилась на бок, сбивая бедром тяжелый кованый подсвечник.

Боль прострелила плечо при ударе о пол.

— Никто не придет, — прошипела Ильза, нависая надо мной. В ее холодных рыбьих глазах плескалось торжество хищника, загнавшего добычу. — Барон занят своей драгоценной матушкой. А когда они закончат рыдать друг у друга на плече, здесь останется только обгорелый труп.

Она замахнулась. Я видела каждую морщинку на искаженном злобой лице, видела побелевшие костяшки пальцев, сжимающих рукоять стилета. Время сжалось в точку. Я зажмурилась, ожидая удара, холодного жжения стали, конца…

Глава 42

Но вместо боли услышала глухой удар и сдавленный вскрик.

— Не тронь хозяйку! — тонкий голосок Лотти срывался от ужаса, но в нем звенела отчаянная решимость.

Я распахнула глаза. Моя маленькая, вечно испуганная Лотти, которая боялась собственной тени