В это время завтра - Тесса Бейли

Она только что переспала с врагом. Человеком, который запер ее в комнате, сделав беспомощной, пока высасывал жизнь из ее лучших друзей. И она не просто переспала с ним, она отдалась ему полностью, без защиты.

— Роксана, — сказал он, предупреждение в его тоне было ясным. Предупреждение о чем? Не сходить с ума от ее непростительного предательства?

Прежде чем она успела спросить, со стороны лестницы послышались шаги, и появился хозяин дома с пистолетом в руке: — Если вы двое закончили, игра сейчас возобновится.

Раздался громкий треск, за которым последовал леденящий душу крик феи. Роксане дали лишь крошечное окно, чтобы с изумлением наблюдать, как рука мужчины изгибается под неестественным углом, по-видимому, без посторонней помощи, прежде чем Элиас заслонил ей обзор. Его спина ощетинилась перед ней, гнев был очевиден в нотках его рычания.

А потом все вспыхнуло.

Яростный красный огонь пронесся по периметру комнаты, зигзагами разрывая потолок, вырываясь из электрических розеток. Роксана никогда не была из тех, кто трусит, но взрыв был настолько неожиданным, что инстинкт бросил ее в пригнувшееся положение, руки обхватили прикрытую голову. Какого черта происходит?

Медленно она подняла глаза и выглянула сквозь расставленные ноги Элиаса, обнаружив хозяина дома, пойманного в ловушку невероятного пламени, его пистолет был забыт на вершине лестницы. Его визги разносились повсюду, руки хлопали по пламени, но это, казалось, лишь заставляло огонь разгораться сильнее.

Вот тут Роксана поняла, что Элиас не двигался. Он стоял неподвижно, как статуя, тепло исходило от его спины, бедер… от всего него.

— Ты делаешь это, — прошептала она, ее голос был поглощен хаосом.

Такер появился на вершине лестницы, обходя горящую фею и окинув сцену беглым взглядом: — Черт, сынок. У тебя есть способности к огню? — Он почесал подбородок. — Джонас будет ревновать.

Боже мой. Элиас защищает свою пару.

Способности вампира были скрыты, пока его паре не угрожала опасность, в этот момент они заявляли о себе с лихвой. Опасность заставила его способности проявиться, и теперь… он собирался сжечь этот огромный дом дотла. Пока они все еще находились внутри. Что еще важнее, пока внутри все еще находился брачный указ.

Роксана проигнорировала нелепый трепет женского удовольствия и вскочила на ноги, слегка покачиваясь от потери крови. Возможно, позже, когда никого не будет рядом, она скроет тайную улыбку в подушку — она заставила мужчину вызвать огонь — но прямо сейчас у нее была работа. — Я пойду найду маршмэллоу и вешалки, — крикнула она, проходя мимо Элиаса, пробираясь сквозь пылающую фею и Такера. Остро осознавая необходимость спешить, она запрыгнула на перила и съехала вниз на главный этаж, спрыгнула и направилась к лестнице, ведущей в подвал.

— Роксана! — взревел Элиас, отчего люстра наверху затряслась, как и пол. — Ты никуда не пойдешь без меня.

Ее шаги по мраморному полу замедлились, темная, скручивающаяся тоска возникла в животе. Элиас больше не мог жить без нее. Неужели она действительно собиралась убежать от него? Да. Да, потому что какой у нее был другой выбор? Стать постоянной едой своего врага?

По пути вниз по лестнице рука украдкой коснулась шеи, отметив, что следы от укусов уже, кажется, исчезают. Несмотря на ее самобичевание за то, что она сделала, сиропный жар пронесся по ее нервной системе при воспоминании об отчаянии в укусе Элиаса. Как нужно ей было это чувство. Как завершенно. Как она никогда не хотела, чтобы это заканчивалось.

Я не должна была уступать. Теперь я знаю.

Теперь она осознавала глубокое взаимное удовлетворение. Перестанет ли она когда-нибудь нуждаться в этом? Нуждаться в нем?

Игнорируя подступающее опустошение, Роксана остановилась внизу лестницы, прислушиваясь к голосам. Осматривая окрестности и оценивая потенциальные проблемы в своем стремлении вернуть брачный указ. Первый близнец-фея все еще сидел за покерным столом, обхватив голову руками. Оплакивает потерянного брата? Ее коллега-истребитель и другой близнец были удалены бог знает куда. Такер был наверху с Элиасом — хотя ненадолго. Они могли двигаться со скоростью света, так что ей нужно было поторопиться. Не говоря уже о том, что запах дыма и пепла уже доносился до подвала. Возьми то, что тебе нужно, и уходи.

Слишком непринужденное гудение приближалось, заставляя Роксану склонить голову. Приближалась Козетта. Аура злобы, горя и ярости опережала ее.

Похоже, их дружба будет недолгой.

Схватившись за верх дверного проема, Роксана качнулась в подвал ногами вперед, блокируя удар топора. Острое лезвие срезало дюйм ее подошвы.

Хорошо, что она придержала кредитку Элиаса. Ей понадобится новая пара сапог.

— Где хозяин дома?! — визжала фея, ее глаза плавали в сверкающем багрянце. — Что ты с ним сделала? С моим домом?!

Фея отвела топор назад и обрушила его вниз. Роксана оставалась на месте столько, сколько было возможно, прежде чем сделать финт влево, чтобы уклониться от удара, вбивая колено в нос феи. — Спасибо, что позволила одолжить платье, — сказала Роксана, нанося жестокий удар локтем по затылку противницы, роняя ее на пол без сознания. — Я отдам его в химчистку.

Не теряя ни секунды, Роксана перепрыгнула через обмякшую фигуру феи.

Она схватила брачный указ с центра покерного стола и сунула его в лиф платья, бросившись обратно вверх по лестнице через две ступеньки сразу. Поскольку потолок наверху был полностью охвачен пламенем, она пробежала через роскошное фойе и распахнула входную дверь.

Она с грохотом захлопнулась, петли яростно зазвенели.

Роксана резко обернулась и прижалась спиной к двери, ее кожа дрожала от осознания того, что Элиас прямо за ней. И он был там, но этот вампир был несравненно более могущественным, чем она когда-либо видела его раньше. Несмотря на то, что она взывала к каждой унции своего здравого смысла, она не могла не восхищаться янтарным огнем, освещающим его глаза, бугристым вздутием его мышц, собственничеством, которое было присутствием само по себе… и знанием, что она несет за это ответственность.

Горячая дрожь пробежала по ее позвоночнику, тело требовало, чтобы она осталась в его присутствии, но разум заставил ее трясти дверную ручку, пытаясь освободиться.

— Скоро взойдет солнце, — выпалила она. — Ты не можешь следовать за мной, или ты умрешь.

— Я всегда буду следовать за тобой.

Ба-дум, ба-дум, ба-дум. Могла ли она… слышать, как колотится его сердце? Его сердце. Подняв подбородок, Роксана старалась не показать ему, как сильно это возрождение его прошлой человечности заставляло ее хотеть плакать и праздновать. — У тебя нет другого выбора, кроме