Тени прошлого - Виктория Хорошилова

В первую очередь я обследовала, что имею. В комнате был свой санузел с ванной, кровать и шкаф для одежды — и, собственно, всё. На кровати было тонкое одеяло и простыня, которые не пустишь на верёвку — слишком тонкие. Да, хожу я уже более-менее, но недолго и быстро устаю. Окно в комнате легко открылось, и даже был карниз, по которому можно пройти вдоль дома до водосточной трубы. Но нужно подождать, чтобы народу во дворе стало поменьше. Долго ждать не пришлось. Мужчины, которые были во дворе, зашли в дом. Я ещё раз осмотрелась. Во дворе стояли три чёрных внедорожника. До других домов было не очень далеко, и они тоже были жилые. Подошла к двери, ведущей из комнаты, но ничего не услышала — только поняла, что похитители на первом этаже.

— Спасение утопающих — дело рук самих утопающих, — сказала себе тихо.

Открыла окно настежь и поёжилась — начало весны, но ещё холодно. Вылезла из окна и пошла по карнизу лицом к дому. Иначе я бы и шагу не сделала. Услышала, как недалеко остановилась машина, и сердцем почувствовала, что приехал кто-то из моих парней.

Постаралась не терять концентрацию и идти дальше. Благо водосточная труба была недалеко. Но, спускаясь по ней, едва не убилась. В конце сорвалась и шлёпнулась плашмя на спину. Испугалась не от того, что упала, а от того, что меня могли услышать. Но в этот момент началась перестрелка. Я мигом перевернулась и почти ползком добралась до угла дома. Это были братья-медведи. Они хорошо стреляли, но мои похитители были в доме, под укрытием стен. Я почти по-пластунски обогнула машины и под их прикрытием поползла в сторону машин медведей.

Миша толкнул машину, на которой приехал, в сторону, и она прикрыла меня, но при этом он открылся и получил несколько ранений. Я только чудом не закричала.

— Живо в машину, — сказал Максим.

Я заползла в машину и порадовалась, что она у парней бронированная. Миша, несмотря на раны, запрыгнул на заднее сиденье и сказал:

— Садись за руль! Я не рискнула вести.

Вот тут я и вспомнила свои размышления о том, что моя предшественница боялась водить. Я наивно думала, что меня это не коснётся. Но страх накрыл меня с головой. Миша перебрался на переднее пассажирское сиденье.

— Либо я тут сдохну, либо мы успеем доехать в больницу.

Глава 14

Я мигом пристегнулась и поправила водительское кресло. Сразу тронулась с места и поехала. Меня трясло, и хотелось выть в голос от неконтролируемого страха. Миша подсказывал, куда ехать, и пытался меня подбодрить.

— У тебя хорошо получается, — сказал он очередной раз, и в этот раз я его услышала. — Тут налево и прибавь скорости. Молодец, любовь моя.

— Ты как? — спросила, заикаясь.

— Есть шанс выжить. Макс их не отпустит, и копы уже туда едут.

До больницы мы доехали очень быстро. Не знаю, кто их предупредил, но к машине сразу подбежали, и Мишу уложили на носилки. А мои руки другой врач отцеплял от руля, отгибая по одному пальцу. Потом мне вкололи в плечо успокоительное, и я почти потеряла сознание, чтобы меня могли достать из машины.

— У девушки сильнейший шок, — услышала голос врача. — Нужно проверить на скрытые травмы.

Через какое-то время услышала:

— Ушиб спины и небольшие царапины на руках. В больнице нет необходимости. Что вызвало такой сильный шок?

— Вождение машины, — узнала голос отца. — Оно у неё вызывает дикий страх. Я так и не смог выехать с ней дальше полигона. Водит она хорошо, но сильно боится. Что с Михаилом?

— Операция ещё идёт.

Мы с отцом сидели в коридоре больницы. В его объятиях я начала приходить в себя. Через пару часов приехали мои парни, взволнованные.

— Их поймали? — спросил отец.

— Да, разобрались. Доктор ещё не выходил?

— Нет.

Ещё через час операция закончилась. Всё прошло хорошо, но пока к Мише нас не пустили. Сказали, что можем прийти завтра, а через неделю его выпишут.

— Ты суперски водишь, — первое, что сказал Миша, когда я приехала с парнями. — Тебе стоит перебороть страх и обзавестись своей машиной.

Пока я не за рулём, не понимаю, почему мне так страшно. Но вчера я с трудом могла вести машину. Спустя пару дней, пока Мишу ещё не выписали, мне приснился до боли реалистичный сон. Я видела себя в машине за рулём с мужьями. Только это были не те парни, что сейчас у меня. Но потом, глянув в зеркало заднего вида, поняла, что за рулём не я, а моя старшая сестра. Я видела всё её глазами, но ощущала так, словно сама это переживала. Та я была счастлива, влюблена и ехала с мужьями отдыхать в горы в их уютное гнёздышко.

— Милая, прибавь газу, — сказал нервно один из мужей. — На склонах что-то происходит, нам нужно успеть проскочить, иначе на нас скала обрушится.

Я вдавила педаль газа в пол, и мы на максимальной скорости неслись по горной дороге. Успели проскочить, а за нами прокатились несколько больших деревьев и упали в пропасть с другой стороны дороги. Но не успели мы расслабиться, как нас догнала машина и врезалась сзади. Я с трудом удерживала машину, сердце колотилось в горле. Даже муж, сидящий рядом, помогал удерживать руль, чтобы нас не скинуло в пропасть. Но машина сзади не отставала и продолжала нас таранить. На повороте нас ещё раз ударили, и нашу машину сбросило в пропасть. Тогда я испытала тот же страх, что чувствовала, садясь за руль.

— Мариша! — тормошил меня Глеб. — Любимая, очнись!

Не знаю, что подействовало — то ли его голос, то ли объятия, но, приходя в себя, я услышала свой крик. Сердце бешено колотилось в горле, и меня всю трясло крупной дрожью. Парни обнимали меня все вместе и что-то ласково говорили. Я с трудом начинала понимать, что жива, что сейчас не в той машине, летящей в пропасть, а дома со своими любимыми мужчинами.

Ощутила, как вздрогнул Глеб, но потом он ещё крепче обнял и расцеловал моё лицо.

— Это был просто сон, — сказал он хрипло.

— Боюсь, что не просто сон, — сказала я, заикаясь. — Можно меня выпустить из кровати?

Парни думали, что я иду в туалет, но я пошла в сторону кухни. Они последовали за мной. Включила чайник и достала чай и чашку.

— Будете чай? Я уже просто не усну.