Развод в 43. Когда уходит любовь - Александра Багирова

— С чего? Потому что ты так решил? Сам себе придумал и мне приписал? Я здорова, Миша. Мне всего лишь надо скинуть еще несколько килограмм. Все. А такое… случается у всех.

— Но…

— Не надо! — кладет ему палец на губы. — Ни слова больше об этом недоразумении. Ты же не за этим приехал? Ты хотел сделать мне сюрприз? — на губах слабая улыбка.

— Хотел…

— Так Миш, я же так тебя ждала. Видишь, даже диету нарушила, потому что скучала. Плохая привычка заедать грусть. Но раз ты тут, она мне больше не понадобится, — тянется к нему за поцелуем.

— Надь, подожди, — выставляет руку вперед, отгораживаясь. — Сейчас не до этого.

— Тебе противно? Из-за того, что ты видел, как меня вырвало? — всхлипывает, из глаз снова льются слезы. — Тебя я привлекала только стройной, идеальной, а как увидел, что я просто человек, так все…

— Ну что ты все переиначиваешь. Я переживаю, Надь. Надо все выяснить. К врачу сходить.

— Как ты не понимаешь! Не нужен мне врач! Мне ты нужен! Только ты! Я же так тебя люблю! — цепляется за его шею, хаотично целует лицо.

А Миша вообще далек. Какая близость, когда тут такое творится? Даже если умом захочет, физически он не способен.

Тут надо решать, как ей помочь. Она не признает проблемы. И это еще большая загвоздка.

— Нужен, Надь.

— Если ты не хочешь меня? То зачем пришел? Проваливай! — кричит и отталкивает его.

— Я не уйду. Я тебя не оставлю. Сейчас заварю тебе успокаивающего чая.

— Какой еще чай! Мишааа!

Не просто ему было успокоить Надюшку. Больно видеть ее такой. Когда она заснула, Миша убрал в ее комнате и ушел.

Ему нужно время. Надо поговорить с Леной. Возможно, вместе они что-то придумают. Его женщину надо спасать.

В который раз перед глазами проносятся события этой ужасной ночи. И тут на противоположной стороне улицы Миша замечает Веру. Она идет рядом с Владиславом. Они о чем-то оживленно разговаривают, улыбаются. Беззаботные. Расслабленные.

Острый нож вонзается в сердце.

Вроде бы он должен радоваться, что план удался, они нашли общий язык, сближаются по всей видимости.

А так тошно становится. Они там радуются жизни, а у Миши такие проблемы.

И неприятно до рези в глазах смотреть на Веру рядом с левым мужиком. Так, что хочется выскочить и дать Владу в морду.

Идиотское и нелепое желание.

Это все старая привычка, считать бывшую жену своей. Пройдет.

Сейчас он должен думать о своей Надюшке.

Глава 50

— Лен, у меня к тебе серьезный разговор, — Миша трет переносицу, собирается с мыслями.

Дочь опоздала на пятнадцать минут.

Он проводил Веру и Владислава взглядом, пока они не скрылись из виду.

Почему-то эта картина не хочет у него из головы выходить.

А может Вера и не любила раз так быстро снюхалась с первым подвернувшимся мужиком?

Да, Миша сам это хотел. И Фомин подсказал на первый взгляд отличный вариант. Но гадкие мысли лезут в голову.

Он же сам хотел, чтобы у Веры было все хорошо. Но почему она его так быстро забыла?

Или еще не забыла?

Так стоп!

Какая разница!

У него сейчас более важные вопросы.

— Что случилось? Ты меня пугаешь? — Лена чуть склонила голову, смотрит встревожено.

— Твоя мама… ты знаешь, что с ней?

— Что с ней? — хмурится.

— У нее булимия, — сжимает край стола до побелевших костяшек.

— Бред, — фыркает. — Кто тебе такую чушь рассказал?

— Лен, пусть ты с ней и не живешь, но не могла не замечать этого. Уверен, это не вчера началось.

— Миша, меня другое интересует, почему ты веришь тем, кто не желает тебе счастья? Да, мама следит за фигурой, у нее диеты. И что? Я не думала, что тебя так просто накрутить! — как раз приносят их заказ, и Лена принимается с аппетитом есть. — Прости, я голодная, весь день на ногах.

Ему же и в горло ничего не полезет. При виде еды вспоминается скрюченная над унитазом Надюшка.

Плюс нервы. Со всех сторон они.

— Мне никто ничего не говорил. Я сам видел. Она заказала кучу еды, наелась, а потом пошла опорожнять желудок, — болезненно сглатывает горький ком.

— И что? Сорвалась с диеты. Покажи мне хотя бы одного человека, которого никогда не тошнило? — пожимает плечами и отправляет в рот кусочек стейка.

— Нет. Я уверен это именно булимия.

— Она тебе это сказала? Подтвердила?

— Твоя мама сказала тоже, что и ты.

— Вооот! — взмахивает вилкой. — Что и требовалось доказать. Возможно, мама слишком сильно увлекается диетами, тут я согласна, но никакого заболевания у нее нет. Миш, все в твоих руках, докажи ей, как ее любишь, она почувствует себя в теплоте и в уюте рядом с тобой и отпадет желание сидеть на диетах. Но не надо сгущать краски. Поверь мне, я свою маму хорошо знаю.

— Все намного серьезней, Лен. Это очень опасно. Я за сегодняшний день такого начитался в интернете.

Кроме того, что смотрел в потолок, он еще рыскал по сети, читая такое, от чего волосы дыбом становились.

— Тебе делать нечего? — фыркает. — Чего только не напишут вшивые сайты.

— Там все по делу было написано…

— У тебя есть доказательства, кроме того, что ты раз увидел? А потом сам себя накрутил? Ведь всем известно, нельзя симптомы искать в инете. Уж кто как ни ты должен это знать, — отправляет в рот салат. — Слушай, тут отлично готовят. Такая вкуснотища, — она занята едой больше, чем его проблемами.

— Нет доказательств… но…

— Все, Миш, ты сам ответил на свои вопросы. Мама тебя всю жизнь любила, тебе не стыдно сейчас так себя вести? Продолжаешь жить в вонючем отеле, придумываешь небылицы. А ты ведь получил