Развод в 43. Когда уходит любовь - Александра Багирова

— Я думаю, сейчас есть вещи серьезнее, — едва сдерживает раздражение.

Не хочет ссориться с дочерью, они ведь только налаживают контакт. Но поведение Лены странное. Неужели она не переживает за мать?

Ведь звоночки сто процентов были! Не могла она ничего не видеть! Они с Надюшкой очень близки!

— Есть проблемы на работе. Твоя бывшая жена, которая почему-то решила, что можно пользоваться твоим хорошим отношением и просто царскими подарками в отношении нее и твоих дочек. Можно безнаказанно меня унижать. Я все стерпела, — вздыхает, — Ради тебя. Но скоро она уничтожит работу фирмы, что тогда? Уже скоро суд и выгодный контракт с Фоминым уплывет. Дальше что? Ты поступил очень благородно, я тобой горжусь, но они же не ценят. Сделали тебя врагом. Я-то найду себе работу в любом другом месте. Мне не нужны твои деньги. Мне нужен отец. Только поэтому я ежедневно терплю хамство Алены, придирки по каждой мелочи Веры. Я просто хочу быть рядом. И мне обидно, что вот так с тобой происходит, сердце болит. Но вместо реальных вопросов, ты забил свою голову небылицами. Миш, может хватит, а? — смотрит на него со смесью нежности и небольшого укора.

— Я с Верой разберусь. Не это сейчас главное. А здоровье твоей матери, как ты не понимаешь!

— Я все сказала, Миш. Вы слишком много времени потеряли. Просто сделай ей предложение и увидишь, как все изменится. Поверь мне.

Он не поверил. Едва досидел до конца ужина. Разговор дальше не клеился. На душе так паршиво, хоть вой.

В отель не хочется. Там пустота. Надюшку он пока видеть не может. Не хочет ругаться, а молчать не сможет.

Предложение… это серьезный шаг, надо все обдумать.

Хотя что тут думать? Разве не для этого он развелся?

Снова внутри гадко. Снова что-то ему мешает и давит.

Миша набирает Фомина. Ему нужен совет со стороны. Один он уже не вывозит.

— Что-то голос у тебя жесть, — изрекает Николай.

— Есть такое… Мне твой совет очень нужен…

— Приезжай, конечно. Чем смогу, всегда помогу.

Глава 51

— Мишань, я чет не понял, а где счастливый мужик? — Фомин скептически его рассматривает. — Серый, круги под глазами, впалые щеки, на тебя смотреть страшно.

— Ага…

Миша бредет к диванчику. Падает на него. Вытягивает ноги. Откидывает голову назад и закрывает глаза.

— Я не понял, а где счастливый влюбленный? Какого ты не со своей Надей? Поцапались?

— Можно и так сказать…

Сложно говорить. Так все навалилось, к земле придавливает, в груди такой пожар обжигающий. Хочется его затушить. Не получается.

— Ты чет будешь? — Фомин стоит рядом, руки скрестил, продолжает его изучать.

— Почему так фигово, Коль? — задает вопрос, на который вряд ли друг ответит.

— Так сейчас я нам стол организую, и ты мне все по порядку расскажешь. Надо тебя в чувства приводить!

Фомин лично суетится. Снует туда-сюда. Миша наблюдает за ним безразличным взглядом. Лишь ловит себя на мысли — тут лучше, чем в гостинице. Дом пахнет домом.

Он тоже хочет свой дом. Он скучает по тому уюту.

А при всем уважении к Надюшке, ему у нее не понравилось. Вот совсем. Может, всему виной ситуация, хоть чувство дискомфорта присутствовало и до открывшейся правды. Не видит себя там Миша.

А свой дом хочется… сейчас острее чем раньше.

— Выкладывай! — Фомин усаживается рядом, завершив свои приготовления.

— У Надюшки булимия… — безразлично взирает на накрытый стол.

— Хм… занятно. Давай с подробностями, — Фомин берет бокал и делает глоток.

Миша выкладывает все. Каждое слово с трудом дается. Снова это все проживает. И про Лену не забывает упомянуть. Его очень расстроила реакция дочери.

— Она вообще не признает проблемы? — задумчиво спрашивает Фомин.

— Нет. Меня еще крайним выставляют. Они. Обе.

— Миш, буду честен, — Николай неотрывно на него смотрит. — А оно тебе надо?

— Не понял? — хмурится.

— Ну сам смотри, Верка у тебя была беспроблемной любящей бабой. Надька… хм… как бы мягче сказать, понимаешь это же в башке в первую очередь проблема. А если это долго тянется, то у нее могут быть еще и не те заскоки. Ты не молодеешь, и что гробить сейчас свои годы на борьбу с тем, с чем она бороться не хочет? Ты хоть представляешь, какая у тебя жизнь будет?

— Неожиданно… — протягивает Миша. — Я как бы к тебе за поддержкой пришел.

— Поддержка, дружище, это когда не льют сахарный сироп в уши, а говорят то, что думают.

— А ты не подумал, кем я буду, если в такой момент кину любимую женщину? Где тогда любовь, если при проблемах сбегать? Как мне самому себе в глаза смотреть? — выпаливает злобно.

— Мне на твою Надьку, глубоко плевать с высокой колокольни. В приоритете твои интересы. И они явно сейчас за то, чтобы свалить. Пока не зашло все слишком далеко. Еще не вздумай ей предложение делать, тогда точно не отвяжешься, — ведет плечом и снова делает глоток из бокала. — А как ты будешь себе в глаза смотреть, когда через пару годков поймешь, на кого столько лет потратил?

— Моя судьба рядом с ней. И я пришел за другим. Чтобы ты подсказал решение, как заставить ее лечиться?

— А никак. Пока она не осознает проблемы, никто ей не поможет. Точно так же, как с алкашами, пока они сами не поймут в какой яме, они будут пытаться затянуть туда больше народу, чтобы не одиноко было гнить. Так же и в твоем случае.

— Ты не прав! — Миша яростно восклицает.

— В чем конкретно, дружище? — прищуриватеся Фомин.

— Наденька была одна. Очень долго. Над ней измывался муж. Сейчас она ощутит заботу близкого человека и оттает. В словах Лены есть резон.

— В словах Ленки? Серьезно? Девки, которая хочет, чтобы ты женился на ее матери? — Фомин усмехается. — А в моих, значит, нет?