Бывшая жена дракона. Право на сына - Северина Рэй

Я была настолько обескуражена, что потеряла дар речи, и весь завтрак молча ковырялась в тарелке. Меня одолевал лишь один вопрос, который я бы не решилась задать Ардену.

Неужели Мир – не его первенец?

Спустя час, как Арден и обещал, мы собрались и двинулись в путь. На этот раз он вдруг решил ехать с нами в карете. Вот только если вчера она показалась мне просторной, как только он сел напротив и заполнил всё пространство своим крупным телом, карета буквально стала крошечной.

Я настороженно взглянула в окно, опасаясь, что нас обнаружат и найдут довольно быстро. Наверняка вскоре выяснится, что та, кого ищут покровители лорда Яниса, это не Аиша.

Хоть я и узнала от Ардена, что у леди Риммы в предках затесался метаморф, я чувствовала, что Аиша и ее ребенок не те, кто нужен государству Арьяла.

Несмотря на всё это, единственное, о чем я могла думать, так это о словах Ардена, которые я услышала от него на постоялом дворе.

– Ты хочешь задать мне какой-то вопрос, Дарина? Такими темпами ты прожжешь во мне дыру еще до приезда в поместье.

Я сглотнула и решилась задать вопрос, который всё это время мучил меня.

– Сколько у тебя детей, Арден?

Мне не понравилось, как ревниво прозвучал мой голос.

Я ничего не могла поделать со своими инстинктами, хотя разум с поразительной упертостью твердил мне, что между мной и Арденом всё кончено. Но я не обольщалась, что наше общение после выздоровления Мира не оборвется.

Казалось, будто Арден планирует издеваться надо мной всю оставшуюся жизнь. И меня не покидала мысль о необходимости наблюдать за чередой его жен и детей. И дело не только в том, что мы с ним истинная пара, но и в том, что каждая из его женщин будет угрозой для моего сына.

– С чего такие вопросы, Дарина?

Арден вздернул бровь и не торопился отвечать мне. Он будто наслаждался моим интересом, выискивая в нем двойное дно. Я бы рада сказать, что его нет, но не хочу лукавить даже перед собой.

– Ты сказал, что у тебя уже есть опыт, как нянчиться с детьми, поэтому вывод напрашивается сам собой. Это значит, что Мир – не твой первенец.

Арден неожиданно улыбнулся, а затем расхохотался, словно я подняла ему настроение.

– Не скрою, что мне бы доставило удовольствие подразнить тебя этим, но пока на это настроения нет. Я, конечно, наследник своего отца, поэтому и занял должность главы рода, но отнюдь не его первенец.

– Разве ты не единственный сын у своей матери?

– Отец у меня довольно любвеобильной, так что и женщин в поместье не обходил стороной. Многие рожденные дети не дожили даже до года, а вот Алия была на удивление живучая. Я узнал о ней, когда мне было десять. Она дочь одной служанки в нашем поместье.

– Если она старше тебя, то вряд ли ты нянчился с ней, – фыркнула я.

– Ей было двадцать на тот момент, и у нее уже было двое собственных детей. Как оказалось, она стала женой нашего дворецкого. Мне было с ней интересно, так что иногда я возился с ее сыновьями. Ну, пока отец об этом не узнал. Потом он перевел их в отдаленное поместье где-то на севере, так что с тех пор я ее не видел.

– Не было желания увидеться снова?

– Я подрос, да и мы не были так уж близки. Да и к чему нам общаться? У нас разные дороги.

Я не удивилась, что он так размышляет, а мне стало жаль одновременно и его сестру Алию, и его мать, которая все эти годы терпела измены мужа, зная, что все его дети жили буквально под ее носом.

Я даже не сомневалась, что она об этом знала. Вот только не понимала ее мотивов, так как сама бы на такое не согласилась.

Пусть это мир патриархата и мужчин, где они считаются главными, где у женщин практически нет никаких прав, но это не значит, что мы должны покорно принимать такое положение дел.

– Ты знаешь, Дарина, у меня было много женщин, – вдруг произнес Арден, и я напряглась, не ожидая от него такого откровения. – Но я вас всё равно не понимаю. Все вы хотите, чтобы мужчины были верными, но при этом сами вешаетесь на женатых. Где логика?

– Ты серьезно спрашиваешь это у меня? И не сравнивай меня с другими женщинами. Я лично на женатых не вешаюсь, впрочем, и на холостых тоже. И избавь меня от подобных рассуждений, у меня нет желания знать о твоих похождениях.

Я поджала губы, показывая ему свое негативное отношение к тому, что он так разоткровенничался со мной.

Он лишь наклонил голову набок, будто впервые начал меня узнавать, и, к счастью, замолчал и больше не поднимал эту тему.

В этот момент Мир, который лежал рядом со мной, укутанный в несколько пеленок, вдруг завозился и засопел. Его глазки открылись, и он сонно заморгал, выискивая меня взглядом.

Я слегка распутала его, чтобы он мог двигать руками, и поднесла ближе к себе. Ощутив мой запах, он моментально успокоился, но вдруг начал шариться ладошками у меня по декольте.

Я бросила взгляд на Ардена, который всё это время наблюдал за моими манипуляциями, и покраснела, поняв, что мне придется кормить ребенка прямо в карете.

– Ты не хочешь размяться и снова прокатиться на коне? – попыталась я выпроводить его, чтобы остаться с сыном наедине, но Арден мой намек не понял. Или не захотел понять.

– Сегодня слишком жарко, не хочу перегреться на солнце. Что-то не так?

– Я хочу покормить ребенка.

– Я тебе не мешаю, Дарина.

– Но ты будешь смотреть. Отвернись.

– Думаешь, я чего-то там не видел? Это мой сын, а ты моя… ламия.

Мне показалось, что он хотел сказать какое-то другое слово, но в последний момент осекся и сказал то, что привело его самого в чувство.

Если до этого его взгляд был неожиданно нежным и трепетным, то теперь изменился и стал хмурым, словно он поймал себя на каких-то эмоциях, которые были ему не свойственны и не нравились ему. Претили его нутру.

Я поджала губы и промолчала, а сама слегка повернулась боком, чтобы закрыть ему обзор, затем развязала шнуровку и